Российские парламентарии, чиновники и эксперты объединились в рабочую группу по разработке беспрецедентного в истории страны документа — Цифрового кодекса. Он охватит как IT-технологии, так и связь, упорядочив нынешнее разрозненное и устаревшее законодательство в этих сферах. В состав группы вошел и председатель комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи Александр Хинштейн. О подробностях работы над кодексом, а также о новых кибервойсках в России и «безопасном» Рунете Александр Хинштейн рассказывает в интервью NEWS.ru. Публикуем первую часть беседы, вторая выйдет в ближайшее время.
Когда Рунет можно будет назвать безопасным
— В 2019 году председатель Госдумы Вячеслав Володин заявил, что закон об устойчивости Рунета должен решать главную задачу — обеспечение безопасности. С тех пор периодически проводятся плановые учения в рамках закона о суверенном Рунете. Александр Евсеевич, на ваш взгляд, как в итоге будет выглядеть Рунет?
— Мне больше нравится формулировка не «суверенный», а «безопасный» Рунет. Нужно не просто создать какую-то собственную автономную сеть в границах РФ, не обособиться от остального мира, а именно обеспечить безопасность, сделать так, чтобы устойчивость сети никак не зависела от внешних факторов.
С 2019-го, с момента заявления Вячеслава Викторовича, прошло достаточно времени, и оно не прошло даром. На сегодня могу с полной ответственностью сказать, что безопасный Рунет функционирует. Хотя те задачи, которые ставились изначально, вызывали очень неоднозначную реакцию — звучала критика о том, что это недостижимо. Тем не менее — факт. Система работает, она позволяет блокировать негативный запрещенный контент, она позволяет ограничивать доступ или замедлять трафик совершенно конкретным ресурсам.
Блокируются запрещенные в России соцсети, большое количество ресурсов — мошеннических, фишинговых. А как они блокируются? Благодаря системе безопасного Рунета, технологических устройств, обеспечивающих цифровую суверенность нашего государства на самом деле.
Образно говоря, если у вас дома стоит собственный генератор, то сбой в работе соседней электрической подстанции вам не страшен.

Что такое китайская модель цифровизации
— В какой степени образцом для будущего Рунета станет китайская модель?
— Китай работает по другому принципу. Во-первых, там действует принцип шлюзования. Весь сигнал проходит через определенные шлюзы. Во-вторых, в КНР действуют достаточно жесткие ограничения доступа к разным ресурсам, в том числе не только к тем, что нарушают китайское законодательство.
Надо помнить, что китайцы живут по несколько иным правилам, чем мы. В Китае — однопартийная система, там по-прежнему строят социализм, нет тех конституционных свобод и гарантий, которые есть в России. В этом смысле мы китайский опыт полностью никогда не повторим.
А вот какие-то здравые вещи брать оттуда, безусловно, можно и нужно. Правда, не все они вызывают однозначную реакцию граждан. Скажем, социальный рейтинг. Уверяю вас, если мы сегодня заведем разговор о введении такого рейтинга, это вызовет массовое негодование. Станут говорить, что «цифровой ГУЛАГ» наступает.
Когда закончат разработку Цифрового кодекса
— При Минцифры создается рабочая группа по разработке Цифрового кодекса, куда вас пригласили войти. Как вы уже писали ранее, в этой сфере наше законодательство не только устаревшее, но и разрозненное. То и дело приходится его править. Вы опасаетесь, что работа над кодексом затянется надолго, ведь тема сложная и новая?
— Цифровой кодекс разработать и принять очень важно. Это базовый свод законов, который систематизирует существующие разрозненные нормативные документы, связанные с цифровыми технологиями, IT, информацией и связью. А кроме того, определит перспективы развития в этих областях.
Да, к сожалению, наше законодательство устарело. Это не результат плохой работы законодателя, это результат того, что жизнь развивается гораздо быстрее. То, что сегодня для нас в порядке вещей, три года назад казалось абсолютной фантастикой. Например, до пандемии не было массового охвата цифровыми услугами. Было редкостью проводить совещания с использованием видео-конференц-связи. Сегодня это обыденность, как и закупка продуктов или одежды через интернет.
Действующему закону «О связи» исполнилось 20 лет. В нем, например, упоминается телеграфная или пейджинговая связь, которой уже нет в нашей жизни. В то же время в законе не упоминается IP-телефония, которая широко используется.

Мы совершенствуем эти законы, но они уже похожи на большие залатанные куски материи, куда мы . Цифровой кодекс позволит решить проблему системно.
У нас есть только два федеральных закона, в которых упоминается искусственный интеллект. При этом тема сложная. Мы сами до конца не понимаем ее потенциал и возможные плюсы и минусы. Поэтому работа законодателя основана на принципе «не навреди». Лучше не дойти до крайности, чем принять ошибочное решение. Цифровой кодекс — масштабная работа. Но, приняв его, мы дальше сможем уже магистрально по каждому из направлений совершенствовать отраслевые законы: «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», «О связи», «О персональных данных», «О почтовой связи» и т. д.
В кодексе необходимо прописать и гарантии прав защиты граждан в цифровой среде. Сегодня люди беззащитны перед цифровой средой, которая содержит в себе не только положительные, но и отрицательные стороны.
Я понимаю тех, кто не хочет полностью цифровизироваться. У них есть право на это. Я против насильственного внедрения цифровых технологий.
Что касается сроков. Думаю, что, несмотря на масштаб задачи, мы можем разработать документ за два года. Срок достаточный. Кроме того, предлагаю сделать эту работу максимально открытой.
Граждане должны иметь право направить свои предложения или замечания — естественно, в цифровом формате. И мы услышим мнение абсолютного большинства.
На моей памяти такое всенародное обсуждение — не считая, конечно, Конституции — было только по поводу закона «О полиции».
Решение о создании кодекса уже принято, рабочая группа создана, концепция к концу года должна быть представлена правительству. Поэтому у нас нет другого варианта, кроме как выполнить эту задачу.

Заставит ли ИИ человечество поглупеть
— «Искусственный интеллект» — сейчас в мире самое популярное словосочетание в поисковом запросе. В связи с этим как бы вы оценили высказывание Илона Маска о том, что в будущем работа для человека станет необязательной благодаря ИИ? При этом возникает риск, что это убьет человечество, опасается американский миллиардер.
— Не соглашусь с господином Маском. А что касается частоты запросов про ИИ, то, может быть, это сам искусственный интеллект и генерирует такие запросы? Это шутка, конечно.
Если говорить серьезно, то человек всегда будет венцом творения, за нами все равно останется последнее слово.
Можно человека подменить во многих его функциях, и такое происходило задолго до появления ИИ — с момента, когда человек взял в руки палку. Потом сделал первое колесо. Когда луддиты в начале XIX века протестовали против перехода на станки, они же боялись того же — что потеряют рабочие места, что работу, которую сегодня выполняет 10 человек, завтра будет выполнять один станок.
Сегодня один станок выполняет то, что вчера выполняли 200 рабочих. Означает ли это, что люди перестали быть людьми? Сегодня «цифра» руководит воздушными перевозками, железнодорожными. Какие поезда за какими пускать, какую стрелку куда переключать. «Цифра» регулирует подачу тепла в дома, контролирует линию производства на самых разных предприятиях. Вчера все это делали люди. Сегодня — машины.
Прогресс, на мой взгляд, направлен не на то, чтобы сделать человека бездельником, дав ему возможность лежать на берегу моря, наблюдая за тем, как машины работают за него. Это не про Вовку из Тридевятого царства, это про развитие самого человека. Чем совершеннее становится техника, в том числе с появлением ИИ, тем больше возможностей у человека открывается.
Мы сегодня благодаря интернету можем объем наших знаний кратно увеличить по сравнению со вчерашними возможностями. Вчера я должен был идти в библиотеку, сидеть и выписывать книги. Карточки искать в хранилищах. Сегодня через поисковую систему эти книги найду мгновенно, выберу ровно то, что мне нужно.
Другой вопрос, что любые возможности всегда дают шанс как для добра, так и для зла. Могут ли дополнительные возможности привести человека к негативу? Конечно. Но опять же конечное слово все равно за человеком. Уверен, что он будет только развиваться.
— В общем, отупение нам не грозит?
— Я на это рассчитываю.
— Если заглянуть вперед на несколько десятилетий, как вы считаете, нам не грозит цифровое рабство?
— Не заглядываю так далеко. Законодательство, которое мы готовим, гарантирует от любого цифрового рабства и от любого нарушения прав. Я не случайно сказал, что в кодексе нам обязательно надо прописать гарантии прав и свобод человека в диджитал-среде.

Какие кибервойска нужны России
— В Минцифры поддержали идею сформировать в России полноценные кибервойска. В Минобороны они созданы в 2014 году, но, насколько известно, немногочисленные. Ваш заместитель Антон Горелкин недавно призвал создать кибервойска и в МВД, точнее в Росгвардии. Эта идея может воплотиться в жизнь?
— Кибервойск в прямом смысле слова, наверное, сегодня у нас нет. Есть военно-технические роты, есть подразделения информационного противоборства. Но кибервойска, по крайней мере в моем понимании, — это все-таки в первую очередь IT-специалисты, которые занимаются различной деятельностью, в том числе и не совсем открытой. Проще говоря, атакуют враждебные ресурсы хакерскими методами и тому подобное. Мне неизвестно о том, чтобы в штате Министерства обороны или другого ведомства было такое подразделение компьютерных атак. Но опять-таки это мое прочтение термина «кибервойска».
В любом случае в условиях боевых действий, гибридной войны мы должны использовать все возможности. Тем более что противная сторона их не стесняется. Начиная с февраля прошлого года в России фиксируется небывалый рост кибератак по всем направлениям. Их цель — обрушить нашу инфраструктуру, а также — пропагандистские акции, когда ломается сайт и на нем появляется надпись, прославляющая Украину. Кроме того, и террористические действия. Вывести из строя систему жизнеобеспечения целого района. По своим последствиям чем это отличается от подрыва ТЭЦ?

Слава богу, эти атаки не дают результата, так как достаточно эффективно выстроена наша система защиты. Но это происходит по всем фронтам, и участие принимают не только враждебные нам государства, но и хакерские группировки. По сути, в Европе хакерам дана индульгенция — в случае если преступления касаются России и ее граждан. На Украине создана так называемая IT-армия — несколько сотен тысяч человек. Не выходя из дома, они предоставляют свои компьютеры, свои IP-адреса для любых действий антироссийского характера. Именно за счет этого проводятся различные масштабные DDoS-атаки. Я не предлагаю копировать слепо то, что делает наш противник. Я говорю о том, что всегда должна быть адекватность. И подставлять правую щеку после удара по левой — это неправильно.
Вот поэтому я поддерживаю идею создания кибервойск. Что касается Росгвардии, почему бы и нет? С точки зрения цифровизации из всех ведомств Росгвардия — наиболее продвинутая. Это не моя оценка, это оценка Минцифры. В рейтинге цифровой трансформации Росгвардию выдвинули на первое место по итогам первого полугодия. Мне как человеку, имеющему к этому ведомству прямое отношение, это очень приятно.
Если будет поставлена задача перед Росгвардией (а ее может поставить только президент) вести и такого рода работу, то уверен, что мои коллеги справятся.
— Наверно, уже с 10-11 лет нужно готовить детей к службе в таких кибервойсках, а для этого обучать их современному программированию. Но в проекте госбюджета, как сообщалось, деньги на подобные цели заложены недостаточные?
— Ко второму чтению бюджета благодаря поправкам «Единой России» эту проблему удалось решить. Все недостающие средства будут предусмотрены.
Кстати, это не единственная существующая программа по поддержке робототехники, компьютерного программирования среди детей, подростков, молодежи. Их достаточное число, это одна из наиболее интересных.
Наша задача — чтобы подавляющее большинство граждан страны было с цифровой точки зрения грамотно.
Читайте также:
Закон против бота: нужно ли запрещать в нейросетях русофобию и порно?
Как в России блокируют VPN: кто принимает решения, какие сервисы закрывают
В РФ могут отменить неограниченный доступ к YouTube: запретят ли сервис