Российский самбист, боец смешанных единоборств и боксер Хадис Ибрагимов готовится к защите титула в тяжелом весе лиги «Наше Дело». В эксклюзивном интервью NEWS.ru он рассказал, почему проиграл все поединки в UFC, за что был дисквалифицирован, а также поделился мнением о Хабибе Нурмагомедове и сменивших гражданство спортсменах.
Ибрагимов является чемпионом России и Европы по боевому самбо. С 2018 года он выступает в смешанных единоборствах и провел четыре поединка в UFC.
«Хочу вернуться в UFC»
— Вы должны были проводить реванш с Виктором Немковым 28 февраля в Казани, но он получил травму. Теперь вашим соперником стал Шамсутдин Махмудов. Насколько изменилась ваша подготовка?
— Я настраивался на бой с Немковым и расстроился, потому что мы не смогли завершить начатое до конца. Мы хотели понять, кто из нас лучше и сильнее. Последний бой оставил много вопросов. Соперник поменялся. Конечно, и подготовка тоже, потому что два этих бойца очень сильно отличаются друг от друга по росту, работе, по всем параметрам.
Я очень хорошо знаю Шамсутдина. Мы земляки, из одной республики, готовились к прошлым боям в одном зале. Я отношусь к нему с большим уважением. Шамсутдин — абсолютно заслуженный претендент на чемпионский пояс. Он очень непростой соперник. Как мужчины, после боя мы пожмем друг другу руки и, возможно, дальше вместе будем работать и готовиться к другим оппонентам. Сейчас мы узнаем, кто из нас лучше в MMA.
— Какие у вас отношения с Немковым за пределами октагона?
— У меня с Виктором хорошие отношения, приветствуем друг друга. Я всегда желаю ему только всего хорошего. Я уважаю его как человека и бойца. С его стороны никогда не было чего-то плохого в адрес соперника.
— Вы являетесь чемпионом России по боевому самбо. Насколько плавным был переход в MMA?
— Я занимался боевым самбо, а также выступал в турнирах по рукопашному и универсальному бою. Затем я перешел в MMA. У меня стало получаться, заявился в лигу M-1 Global. Я шел без поражений. Тогда понял, что это мое, и начал много времени уделять MMA и профессионально заниматься.

— Вы получили тяжелую травму крестообразных связок. Был ли риск завершения карьеры?
— Да, все врачи говорили, что со спортом придется завязать. В 2016 году у меня был разрыв крестообразных связок на оба колена. Но я был уверен, что такая травма не сможет меня остановить. Я делал все возможное для реабилитации. Много выступал после восстановления и могу сказать, что травма не сильно меня беспокоит.
— Вы перешли в UFC, но проиграли там все четыре боя. Почему выступили неудачно?
— У меня была серия из восьми побед подряд. Был очень молод, горяч, считал себя очень сильным, непобедимым соперником, каким-то особенным. Халатно относился к тренировочному процессу, к подготовке к бою, выходил на замену, неправильно сгонял вес. И вот результат, так сложилось.
— Уровень бойцов в UFC был выше, чем у предыдущих соперников?
— Я мог победить в каждом из четырех боев, считал себя фаворитом. В первом поединке я бил соперника три раунда, но он меня задушил. Во втором бою прилетел неудачный удар, который я не увидел. Соперник попал мне коленом в область челюсти, хотя бил в корпус. Я сам на него наткнулся. В четвертом бою я неправильно сгонял вес, это дало осложнения, но поединок прошел до конца. Были равные бои, поэтому я не могу сказать, что там невозможный уровень.
— Вы бы хотели вернуться в UFC?
— У меня есть планы вернуться, но в тяжелом весе. Я считаю себя бойцом, который еще далек от пика. Мне 29 лет. Для тяжелого веса это небольшой возраст, зато у меня за спиной есть большой опыт. Я думаю, в 32 [вернусь], когда я полностью окрепну в тяжелом весе. Моя цель — зайти в UFC, побеждать, не оставляя сопернику ни единого шанса, добиться победных серий и приблизиться к чемпионскому титулу.
— В июле 2021 года РУСАДА дисквалифицировала вас на пять лет за нарушение антидопинговых правил. Что у вас обнаружили? Пытались ли вы обжаловать решение?

— После боев в UFC меня тестировали семь раз. Я ни разу не был замечен в употреблении допинга. После этого я сделал операцию и начал лечиться, принимал медицинские препараты.
Я не пытался обжаловать решение РУСАДА. Я не отрицал, что принимал препараты в медицинских целях для быстрого восстановления и заявился на чемпионат России. Я не должен был этого делать. Это моя вина. Тестостерон или мастерон. Что-то из этого было завышено. Насколько я помню, срок дисквалификации заканчивается или подходит к концу.
«Хабиб — пример для всех бойцов»
— Вы согласны, что бойцы Hardcore (в июле 2024 года Федерация бокса России приостанавливала действие лицензии у промоушена. — NEWS.ru) перегибали палку? Особенно в ситуации, когда один из них пнул ринг-герл.
— Я против такого. Какая разница — девушка, не девушка, зачем поднимать руку? Я не думаю, что в Hardcore разрешали бойцам так себя вести. Они не могли предположить, что их боец сделает такое. Я думаю, что надо было дисквалифицировать многих [cпортсменов]. Возможно, в этом и есть ошибка Hardcore. Если бы некоторых бойцов дисквалифицировали, не было бы таких последствий.
— Сейчас российские спортсмены вынуждены выступать без флага и гимна. Они участвуют в соревнованиях в нейтральном статусе. Многие считают их предателями. Вы согласны с этой точкой зрения?
— Если спортсмену дают выбор и он выступает без флага, это неправильно, потому что он живет в родной стране. А если у него нет выбора? Мы не можем знать, что у человека и как. Возможно, от его карьеры и заработка зависит не только его жизнь, но и семья, поэтому приходится выступать. У каждого свои моменты. Мы не знаем, в какой ситуации находится тот или иной спортсмен. Кто-то решает, что не выйдет без флага, кто-то — наоборот.

— Атлеты, сменившие спортивное гражданство, — предатели?
— Сейчас стало много таких моментов, начали копаться. Всегда были спортсмены, которые выступали за другие страны. В основном это те, кто не мог показывать высокие результаты на родине. В России была большая конкуренция в том или ином виде спорта. Они хотели пробиться дальше, выйти на олимпийский уровень. Спортсмен выбирал страну послабее, где можно выиграть чемпионат и затем представить страну на Олимпиаде.
Я не считаю это предательством. И раньше так не думали. Все индивидуально и зависит от того, как ты уехал из страны и как себя ведешь.
— Некоторые бойцы, например Владимир Минеев, ездили в зону СВО. Вы хотели туда отправиться?
— Это все индивидуально. Они едут защищать страну. Я знаю тех, кто ездил, у кого-то что-то случилось. Каждый сам решает.
— Хабиб Нурмагомедов — лучший боец в истории UFC?
— Однозначно. Он один из лучших спортсменов в мире. Хабиб — пример для всех бойцов, как надо себя вести. Его результаты вызывают только уважение. Я с большим уважением отношусь к нему как к человеку и спортсмену.
— Сможет ли Хабиб проявить себя как тренер?
— Сейчас он только начинает. На нем лежит большая ответственность. Хабиб является главным мотиватором для своих подопечных. Мне нравится ход его мыслей. Он очень хорошо справится и с тренерской деятельностью. Надеюсь, что у бойцов Хабиба будет много поясов, его ученики будут забирать титулы не только в UFC и Bellator, а везде.
— Кого из западных бойцов можете выделить?
— Среди тех, кто выступает в тяжелом весе, это Джон Джонс. Очень сильный боец. У него были разные ситуации в жизни, несколько раз его ловила полиция. С этого нельзя брать пример. Но я отмечу его как спортсмена. За карьеру он потерпел лишь одно поражение из-за запрещенного удара.
— Есть ли у вас специальный ритуал перед боем?
— Никаких ритуалов нет. В день боя стараюсь провести время со своей командой. Позавтракаем, соберемся. Я отношусь к поединкам как к работе. Выиграл — выиграл, проиграл — проиграл. Я уверен, что, выйдя в клетку, сделаю все для победы. В день боя уже поздно думать, что ты не доработал и что хотел сделать.

— Есть ли спортсмен, которому вы бы хотели намылить шею? Кто вас раздражает?
— Нет, такого не было.
— Как вы относитесь к участию непрофессионалов в боях? Дрались актер Никита Джигурда, шоумен Отар Кушанашвили, треш-блогер Олег Монгол, даже депутат Госдумы Виталий Милонов.
— Если организации это было интересно, она проводила бои. Я не смотрю такие поединки.
— Вы бы вышли на бой против непрофессионала?
— Нет, на таком уровне это будет бессмысленно.
— Какой у вас был самой большой гонорар?
— Это личное, его лучше не озвучивать.
— Кто для вас пример для подражания?
— Для нас, религиозных мусульман, примером является наш пророк. Нужно равняться на него.
— Как вы отмечаете победы? Кому первому звоните после боя?
— После боя, вне зависимости от результата, звоню маме. Она переживает больше всех, для нее это тяжело. Я всегда прошу ее, чтобы она не переживала. Для мамы главное, чтобы я был здоров. Звоню ей, говорю, что со мной все хорошо. Мой отец в основном бывает в углу. А дальше уже не важно, какая очередность.
Читайте также:
Психозы, $9 млн в год, конец карьеры: как живет Даниил Медведев вне России
Кто «выгнал» Винер из сборной РФ, при чем тут Кабаева? Вяльбе следующая?
Тарасова в ужасе. Почему Винер ушла из сборной России, ее заменит Кабаева?