18 марта суд из-за тяжёлой болезни освободил из колонии бывшего губернатора Удмуртии Александра Соловьёва. В октябре прошлого года его приговорили к десяти годам лишения свободы за получение взяток на сумму 139 млн рублей. Однако, как рассказали NEWS.ru эксперты, в России освобождения по болезни добивается лишь каждый пятый осуждённый. Как из колонии освобождают «нестатусных» заключённых при наличии у них серьёзного заболевания — в материале NEWS.ru.

Ходатайство об освобождении удмуртского экс-губернатора Александра Соловьёва поступило в Завьяловский районный суд 11 марта. По словам руководителя Объединённой пресс-службы судейского сообщества Удмуртской Республики Натальи Нургаяновой, рассмотрение проходило в закрытом режиме — из-за того, что в процессе озвучивалась врачебная тайна. Она отказалась ответить, чем именно болен экс-чиновник, ссылаясь на этические нормы. Однако ранее СМИ со ссылкой на его дочь Евгению Сирик писали, что у экс-главы «метастазы в грудной клетке, парализована нижняя часть и он не ходит. Кроме того, от болевого шока у него произошёл инфаркт, а также отказала единственная почка». 20 февраля в ряде СМИ появилась новость о смерти бывшего чиновника, однако УФСИН по Удмуртии опровергло эту информацию. «В настоящее время А. В. Соловьёв по профилю заболевания проходит специализированное лечение в ведущем ЛПУ Минздрава Удмуртии. Состояние здоровья стабильное», — заявили в ведомстве.

Александр СоловьёвФото: udmurt.ruАлександр Соловьёв

Пресс-секретарь также отметила, что в заседании участвовал не постоянный адвокат Галина Сбоева, а другой — вероятно, это был защитник по назначению. Таким образом, Соловьёв выйдет на свободу через десять дней, если никакая из сторон не обжалует решение.

В Первомайской коллегии адвокатов Ижевска заявили NEWS.ru, что адвокат Сбоева не общается с журналистами по этому вопросу.

Адвокат Сергей Петряков в разговоре с NEWS.ru пояснил, как проходит процедура освобождения человека из колонии по болезни. Сначала заключённый должен обратиться в суд, чтобы получить разрешение на прохождение медицинской комиссии. Комиссия определяет, действительно ли у осуждённого есть тяжёлое заболевание. Если после её прохождения выдаётся положительное заключение, то с ним снова можно идти в суд и просить об освобождении в связи с наличием заболевания. Перечень болезней, которые считаются тяжёлыми и позволяют освободить человека из тюрьмы, отражены в специальном постановлении правительства — их 57.

Адвокат упомянул постановление Пленума Верховного суда об условно-досрочном освобождении. В прежней редакции, по его словам, суд при рассмотрении таких ходатайств должен был учитывать множество разных критериев — например, нужно было принимать во внимание отношение осуждённого к лечению в колонии. Если человек саботировал его различными способами, то суд отказывал в освобождении.

В нынешней редакции Пленума таких критериев уже нет. При этом мне кажутся разумными доводы суда, когда он отказывает в освобождении, если у лица нет близких родственников, которые могут за ним ухаживать. Если человека всё-таки освобождают, то на свободе он оказывается предоставлен сам себе, вряд ли он сможет сам себя обслуживать и оказывать помощь. В этом случае частично могу согласиться с отказом. Но зачастую суды мотивируют отказ, ссылаясь на тяжесть преступления, на длительный срок, который ещё предстоит отбыть, на различные дисциплинарные взыскания.

Сергей Петряков адвокат

Петряков говорит, что в 2016 году «Агора» изучила данные судебного департамента о частоте освобождений из мест лишения свободы — это самые свежие данные и по сей день. Согласно им, по причине болезни из российских тюрем выходит лишь каждый пятый осуждённый.

Вспоминая свою практику, адвокат говорит, что из-за заболевания освобождался каждый второй, но для этого нужен «пробивной адвокат». Однако он отмечает, что бывало по-разному.

В моей практике был случай, когда осуждённый подал за год пять ходатайств об освобождении, на шестом его освободили, через две недели он умер дома. Освободили, потому что он уже был в «овощном» состоянии. Он не понимал, где находится, не мог самостоятельно передвигаться и обслуживать себя, — рассказывает Петряков.

Плюсом в этой ситуации является то, что прошение об освобождении по болезни можно подать, в отличие от УДО, неограниченное количество раз, считает эксперт.

Правозащитники занимались несколькими категориями болезней: это ВИЧ, ВИЧ с туберкулёзом лёгких, туберкулёз лёгких, онкология, болезни опорно-двигательного аппарата. Адвокат отмечает, что если для лечения ВИЧ в некоторых колониях был весь необходимый набор препаратов, то с онкологией всё обстояло гораздо хуже. Это происходит потому, что в учреждениях ФСИН не работают онкологи, а само лечение — лучевая или химиотерапия — трудозатратно и дорого. Возить же людей в гражданские больницы может себе позволить не каждая колония.

NEWS.ru рассказывал, как адвокат тяжелобольного Ильи Романова добивался его освобождения. Мужчину парализовало, однако защитника не допускали в колонию — во всех исправительных учреждениях был введён карантин.

В подготовке текста также участвовала Марина Ягодкина.