50 лет назад на закрытии Нью-Йоркского кинофестиваля впервые показали картину Бернардо Бертолуччи «Последнее танго в Париже», которая впоследствии стала одним из самых скандальных фильмов мирового кинематографа. Им восхищались, его запрещали, называли одновременно прекрасным и аморальным. Сегодня лента входит в число шедевров и считается вершиной актерской карьеры Марлона Брандо. Но за триумфом скрывается как минимум одна разрушенная жизнь — актрисы Марии Шнайдер, которая так и не смогла избавиться от ярлыка «девушки со сливочным маслом». NEWS.ru рассказывает историю одного из самых противоречивых фильмов человечества.
Первая роль для Шнайдер и спасительная для Брандо
Изначально 31-летний Бернардо Бертолуччи хотел снимать в своем фильме Жана-Луи Трентиньяна, который до этого появился у режиссера в успешной картине «Конформисты». Но для Трентиньяна сюжет оказался слишком эротичный. Он считал, что будет плохо смотреться в откровенных сценах, поэтому предложил вместо себя Жан-Поля Бельмондо. Но тот даже не ответил на просьбу встретиться.
Тогда Бертолуччи обратился к Алену Делону. Актер сначала медлил с ответом, а позже сказал, что согласится на двух условиях: в главной роли будет молодая актриса Мария Шнайдер и картину продюсирует он сам. И если с первым Бертолуччи не спорил — Шнайдер сразу же ему понравилась, то менять своего продюсера Альберто Гримальди на Делона не захотел.

Собственно, именно Гримальди договорился о встрече с Марлоном Брандо. Для Бертолуччи это был шанс планетарного масштаба. Голливудская икона, величайший актер современности, звезда «Крестного отца» может сняться у начинающего итальянца — уму непостижимо! Бертолуччи надел свой лучший костюм, начистил ботинки и отправился на встречу с единственной целью — всеми силами обаять великого и ужасного Марлона Брандо.
Впрочем, у актера тогда было плачевное финансовое состояние: кредиторы без конца трясли его за долги, банки требовали проценты за приобретенный остров, да и за «Крестного отца» Брандо не получил ни цента. Предложение Бертолуччи стало для него спасательным кругом. Пусть и не за те гонорары, к которым артист привык. После выхода фильма Брандо обретет семью и последнюю в карьере премию «Оскар» за лучшую мужскую роль.
Для 19-летней Марии Шнайдер это была первая серьезная работа. Хотя до этого она, внебрачная дочь великого французского актера Даниэля Желена, снялась уже в шести фильмах. В том числе с Аленом Делоном. Много лет спустя она скажет, что сожалела о своем решении сниматься у Бертолуччи с самого начала. Но тогда все же дала согласие.
Драма в кадре и на съемочной площадке
Так они и встретились: 45-летний американец Пол (Марлон Брандо), который успел побывать боксером, актером, музыкантом, революционером в Южной Америке, журналистом в Японии, и 19-летняя француженка Жанна (Мария Шнайдер). У него — затяжная депрессия на фоне измены жены. У нее — влюбленный в кинокамеру жених Том и перспектива счастливого будущего.
Они увиделись в парижской квартире дома № 1 на улице Жюля Верна совершенно случайно. Оба подыскивали себе временное жилье. С этого момента между ними заключается молчаливый договор о сексуальных отношениях на условиях полной анонимности. Она ничего не знает о нем. Он не хочет ничего знать о ней. Никаких имен, деталей и биографий. Но с каждой встречей Пол эмоционально и физически подавляет юную и прекрасную Жанну, грубо пресекая любые ее попытки сделать эти странные отношения нормальными. Поначалу девушка соглашается на эту роль, терпит выходки опытного мужчины, но на горизонте снова маячит ее свадьба. И Жанна понимает, что так больше не может продолжаться. Вот только необходимое расставание оборачивается трагедией. Тогда женщина-вещь, попавшая в грубое пользование потрепанного жизнью мужчины, становится женщиной-убийцей.
То, через что они проходят, — это усиленная, ускоренная история сексуальных отношений доминирующих мужчин и обожающих женщин. Такая ключевая модель последних десятилетий — и она рушится. Они не знают друг друга, но их секс не «простой» и не «чистый». Они привносят в него все свои культурные заморочки. Это битва партнёров с неравными возможностями, утверждающими своё превосходство любыми доступными средствами, хватаясь за любое преимущество, — написал еще в 1972 году признанный кинокритик Полин Кейл.

Эти съемки дались большой кровью всем участникам процесса. Марлон Брандо был не просто одним из лучших актеров своего времени, но и одним из самых капризных. Ровно в 18:00 и ни минутой позже он уходил со съемочной площадки не прощаясь. О работе в субботу и воскресенье и речи быть не могло. И это при том, что он не мог выучить текст. Нетрудно представить, как систематическое мычание звезды в кадре бесило маленькую Шнайдер, идеально знавшую каждую строчку вплоть до запятой, и импульсивного Бертолуччи. За камерой всегда стояла помощница с текстом реплик, но Брандо лишь метал в них ненавидящие взгляды и каждый раз бросался натурально рыдать.
Марлона надо было снимать с одного дубля. Только тогда срабатывала магия, за которую он получил мировое признание. И гениальный оператор Витторио Стораро об этом знал. Иногда режиссеру казалось, что знаменитый артист просто делает всем одолжение, перевоплощаясь из невыносимо капризной звезды в гения, способного вдохнуть жизнь в сухой текст сценария. Бертолуччи пытался прочувствовать Брандо, найти с ним общий язык, придумать нечто, что смогло бы вывести фильм на совершенно другой уровень восприятия. И им это удалось.
Сливочное масло, обернувшееся для Шнайдер катастрофой

Однажды утром перед съемками Бернардо Бертолуччи и Марлон Брандо придумали сцену, которой не было в сценарии: Пол насилует Жанну, используя сливочное масло вместо лубриканта. Шнайдер рассказали обо всем буквально перед командой «Мотор!». До конца жизни она не смогла простить ни Брандо, ни Бертолуччи этого сливочного масла.
Правда об одной из самых знаменитых сцен фильма всплыла во время интервью, которое режиссер дал в 2013 году. В Сети ролик появился только в 2016 году, когда ни Марии Шнайдер, ни Марлона Брандо уже не было в живых.
Я хотел ее реакции как девушки, а не актрисы. Думаю, она ненавидела меня и Марлона за то, что мы не сказали ей про сливочное масло, — сказал он в интервью.
Бертолуччи хотелось, чтобы всё было по-настоящему: и секс, и слезы Марии. Но если от настоящего соития Брандо отказался, слезы Шнайдер были максимально искренними. Она говорила, что потеряла семь лет своей жизни, употребляя кокаин и героин из-за ненависти к себе. Она отказывалась от всех ролей, которые напоминали ей образ Жанны, сфокусированный на теле, а не на личности.
Она была редуцирована до единственного образа единственной сцены единственного фильма. И это был образ тела без имени, — написала сестра Шнайдер, журналистка и писательница Ванесса Шнайдер, выпустившая о Марии биографическую книгу.
В ней же подробно описывается первый и самый ужасный для Марии показ «Последнего танго в Париже». По словам писательницы, после сеанса зрители, смущаясь, проходили мимо актрисы, делали вид, что не видят и не узнают ее. Только актриса Джин Сиберг, немало пострадавшая за свою активную политическую позицию, обняла ее и сказала, что нужно держаться. После официального выхода картины на Шнайдер обрушилось колоссальное внимание журналистов. В ответ на вопросы о сливочном масле Мария пыталась иронизировать, что готовить теперь предпочитает только на оливковом.
Спустя несколько лет после премьеры на фестивале в Токио Мария случайно столкнулась с Бертолуччи. Вежливые японцы захотели устроить в их честь прием, но Шнайдер отказалась и процитировала свою последнюю реплику из фильма: «Я не знаю этого человека».
Я чувствовала себя униженной и, честно говоря, немного изнасилованной как Марлоном, так и Бертолуччи. После этой сцены Марлон не утешил меня и не извинился, — рассказывала Шнайдер в интервью спустя 10 лет после выхода фильма.
Переживая психологическую травму, актриса отказалась снова появляться обнаженной на экране. В какой-то момент она просто исчезла, через два года после выхода фильма совершила каминг-аут по поводу своей бисексуальности, а через год легла в психиатрическую клинику в Риме в знак протеста против заключения ее девушки Джоан Таунсенд. В течение семи лет актриса боролась с наркотической зависимостью. Она пыталась покончить жизнь самоубийством, но была спасена.
Оценка критиков и пересмотр взглядов на шедевр

Первые же показы разделили смотревших фильм на два лагеря: одни восхищались Бертолуччи, другие требовали убрать картину на самую дальнюю полку. На 14 лет фильм запретили в Италии, на год Португалии, на несколько лет в Сингапуре, Новой Зеландии и Республике Корея. «Последнее танго в Париже» прокляли представители Ватикана и все яростные феминистки.
А всплывшее в 2016-м видеопризнание режиссера заставило пересмотреть отношение к картине даже ее преданных поклонников.
Известная американская актриса Джессика Честейн написала в своих соцсетях, что от комментариев Бертолуччи ей стало плохо.
Все, кто любят этот фильм, вы смотрите, как 19-летнюю девушку насилует 45-летний мужчина. Режиссер спланировал нападение. Меня тошнит, — написала Честейн.
Ее ретвитнула актриса Эван Рейчел Вуд, добавив, что «двое из них — очень больные люди, если думают, что такое нормально». А звезда «Мстителей» Крис Эванс написал, что никогда больше не будет смотреть ни этот фильм, ни на Бертолуччи или Брандо так же, как раньше.