Несмотря на то что жителей блокадного Ленинграда остаётся всё меньше, их объединения продолжают играть важную роль в общественной жизни Петербурга, рассказал NEWS.ru депутат заксобрания Северной столицы Борис Вишневский по случаю 78-летия снятия блокады города. Организации блокадников пользуются поддержкой властей, а сами пенсионеры, пережившие тяжёлые испытания во время Великой Отечественной войны, несмотря на возраст, в последние годы выступали против сомнительных инициатив вроде установки памятной доски финскому военному и политическому деятелю Карлу Маннергейму, а также защищают историческое наследие.


«Не только то, что написано в книгах»

После нападения на СССР 8 сентября 1941 года армия нацистской Германии и её союзники отрезали Ленинград от внешнего мира. В результате город находился в кольце врагов 872 дня — Красная армия смогла освободить его 78 лет назад, 27 января 1944 года. С 2014 года эта дата ежегодно отмечается как День полного освобождения советскими войсками города Ленинграда от блокады его немецко-фашистскими войсками. Как рассказал NEWS.ru депутат Законодательного собрания Петербурга Борис Вишневский, сегодняшний праздник для блокадников является очень важным.

Это наш День победы. Мои родители ещё подростками провели в городе всю блокаду, тушили «зажигалки», дежурили на крышах, награждены медалями «За оборону Ленинграда», дедушка был на фронте от первого до последнего дня. Для меня блокада — это не только то, что написано в книгах, но и воспоминания близких родственников, на которых я вырос. Мой низкий поклон всем тем, кто пережил все эти дни, наше уважение к блокадникам велико и постоянно.

Борис Вишневский депутат Законодательного собрания Петербурга

Russian Look/Global Look Press

Парламентарий напомнил, что сегодня в Петербурге действует несколько объединений блокадников, а также их представительства в районах города. На сайте правительства Северной столицы указано, что их как минимум семь (также действуют объединения в других российских регионах), самыми важными из которых являются общество «Жители блокадного Ленинграда» и Международная ассоциация общественных организаций блокадников города-героя Ленинграда. Эти структуры, по словам Вишневского, «всегда играли достаточно активную роль в общественной жизни, и это хорошо». Но в последнее время их активность стала меньше, потому что в живых остаётся всё меньше тех, кто пережил события 80-летней давности.

В прежние годы, пока не было пандемии, мы каждое 27 января в музыкальной школе имени Римского-Корсакова устраивали для блокадников концерты, — напомнил Вишневский.

Что касается участия объединений жителей блокадного Ленинграда в общественно-политической жизни города, то их мнением, как отмечает депутат, всегда интересуются, в особенности когда обсуждаются вопросы дополнительных мер социальной поддержки. Они «достаточно активно» проявляют себя, защищая интересы блокадников, и законодатели постоянно консультируются с ними на эту тему.

Несколько лет назад в городе приняли закон, по которому выплаты из бюджета полагаются не только тем, кто награждён знаком «Житель блокадного Ленинграда», то есть кто прожил там не менее четырёх месяцев, но и всем, кто был в блокаде, вне зависимости от срока. По словам Бориса Вишневского, это было «очень серьёзное достижение» после того, как данный вопрос дискутировался не одно десятилетие. Когда шли споры, высказывались мнения, что «очень сложно найти точные данные о количестве таких людей — у многих потеряны документы, во время войны многое не сохранилось, поэтому насчёт числа блокадников есть разночтения». По состоянию на апрель 2021 года в Петербурге их осталось 63,3 тысячи, а по данным Минтруда на конец 2021 года, в России насчитывалось 74,1 тысячи человек, которые пережили блокаду Ленинграда.

Все объединения блокадников в Петербурге находятся в очень хороших отношениях с органами власти и пользуются достаточно большой протекцией. Не секрет, что когда идут избирательные кампании, кандидаты от власти стараются привлекать блокадные общества для своей поддержки, и обычно эту поддержку они получают. Но я бы не сказал, что чиновники манипулируют этими общественными структурами, — резюмировал Борис Вишневский.

Zamir Usmanov/Russian Look/Global Look Press

Трамвай идёт на фронт

Активист общественной инициативы «Красивый Петербург» Красимир Врански отмечает, что поскольку блокадникам уже по 80–90 лет, в силу возраста они не могут в полной мере участвовать в общественной жизни, однако существуют исключения.

Хорошо, что они живы, хорошо, что они есть, но они уже не в том возрасте, чтобы активно реагировать на то, что происходит вокруг. Я знаю одну женщину, которой за 80 лет, она ходит на градозащитные встречи, но это один случай из тысячи. Но когда люди не могут в силу преклонного возраста отстоять свои права, с ними делают всё, что хотят. Например, сегодня на Пискарёвском кладбище произошёл инцидент, когда блокадницу не пускали к мемориалу перед визитом президента Путина.

Красимир Врански лидер движения «Красивый Петербург»

Несколько лет назад блокадники реагировали на резонансные общественные конфликты в Северной столице, выходившие на федеральный, а иногда и на мировой уровень.

Например, в июне 2016 года, после соответствующего предложения Владимира Мединского, занимавшего тогда пост министра культуры РФ, в городе была открыта мемориальная доска в память о финском военачальнике и руководителе Финляндии Карле Маннергейме. В начале XX века он жил в Петербурге. У многих граждан решение увековечить память об этом деятеле вызвало недовольство, поскольку, будучи в 1939–1944 годах главнокомандующим финской армией, Маннергейм воевал на стороне нацистской Германии и участвовал в блокаде Ленинграда.На фоне массового недовольства и серии обращения в суды в октябре 2016 года власти города доску сняли. Произошло это в том числе благодаря иску 76-летней блокадницы Флоры Геращенко. Впрочем, суд его отклонил, поскольку на момент вынесения решения объект уже демонтировали.

До этого блокадники и градозащитники Петербурга активно боролись за сохранение здания тяговой подстанции на набережной Фонтанки. Ценность данного объекта заключается не только в том, что это значимый для истории памятник советского архитектурного авангарда 1930-х годов, но и в том, что в годы блокады он обеспечивал трамвайное сообщение в городе. На здании имеется мемориальная доска следующего содержания: «Подвигу трамвайщиков блокадного Ленинграда. После суровой зимы 1941–1942 года эта тяговая подстанция дала энергию в сеть и обеспечила движение возрождённого трамвая». Произошло это 8 марта 1942-го. В эту дату ежегодно к зданию приходят ветераны, чтобы почтить работников, которые обеспечивали Северную столицу транспортом, доставлявшим людей и грузы в опасные районы, находившиеся близко к линии фронта, и часто циркулировавшим под бомбёжками. Трамвай в блокаду стал очень важным символом, которому, например, посвятила стихотворение советская поэтесса и блокадница Вера Инбер.

Zamir Usmanov/Russian Look/Global Look Press

В 2009 году власти Петербурга издали постановление о реконструкции тяговой подстанции № 11, а через год власти одобрили снос здания. В 2013 году получившая объект строительная компания «ЛСР», гендиректором которой является бывший вице-губернатор города Александр Вахмистров, собралась возвести на месте памятного здания апартамент-отель. Данное решение в частности оспаривали 92-летняя Римма Беляева, 89-летняя Елена Епифанова и Лариса Гращенкова, жившие во время войны в Ленинграде.

После многочисленных уличных протестов и дискуссий в ноябре 2016 года власти отменили планы «реконструкции» подстанции в отель, а незадолго до этого внесли её в реестр объектов культурного наследия. В 2018 году подстанцию передали на баланс ФГБУ «Большой Санкт-Петербургский государственный цирк» с охранным обязательством, согласно которому собственник должен был выполнить противоаварийные работы, а также разработать проектную документацию по ремонту и реставрации объекта. Из-за затягивания сроков эта история закончилась судебным иском городских властей к владельцу объекта.

Как рассказал NEWS.ru петербургский журналист Антон Мухин, сейчас на подстанции «ничего не происходит». Там и не провели реставрацию, и не разместили музей, как предлагали блокадники и градозащитники, но зато её признали памятником, то есть защитили от сноса.