Напряжённые отношения Абу-Даби и Дубая могут не пройти стресс-тест экономическим кризисом, который потряс Ближний Восток из-за распространения коронавируса нового типа. Сообщения о возможном слиянии некоторых активов двух эмиратов дали повод говорить об обострении политической ситуации внутри монархии. Дубай опасается, что после принятия финансовой помощи из столицы он попадёт в политическую зависимость.


Поводом для беспокойства стали сообщения агентства Reuters, в которых со ссылкой на источники говорилось о том, что Абу-Даби и Дубай обсуждают каналы финансовой помощи. После вспышки COVID-19 некоторые секторы экономики в Дубае практически прекратили своё существование: он столкнулся с самым серьёзным спадом в новейшей истории после долгового кризиса 2009 года. Властям эмирата пришлось опровергать материалы о том, что сейчас ведётся такая дискуссия. Как утверждают наблюдатели, сообщения могут быть пробным шагом Абу-Даби в сторону предложения Дубаю кредитных линий. Такую форму поддержки последний считает неприемлемой: она сопряжена с потерей политической независимости. Говорят, что получение помощи от Абу-Даби в 2009 году сопровождалось некоторыми неприятными политическими уступками. Сейчас же источники агентства Reuters утверждают, что два эмирата могли бы соединить некоторые активы в качестве антикризисных мер, что вообще ставит под вопрос будущее Дубая.

Karol Kozlowski/imageBROKER.com/Global Look Press

Долгие годы дистанция между политикой двух эмиратов росла. Серьёзный удар по экономике Дубая нанесла напряжённость вокруг Ирана, торговля с которым определяла его благосостояние. В 2018 году после раунда мощных экстратерриториальных санкций США в отношении Тегерана иранские компании были вытеснены на катарский и турецкий рынки, отмечает главный редактор портала The Middle East Eye Дэвид Хёрст. Это повлияло на появление напряжённости между Дубаем и Абу-Даби, сторонником такой санкционной политики. Власти Дубая опасались, что любой сценарий военной конфронтации Запада с иранскими военными поставит под угрозу его существование. Не менее спорными эмират считал конфронтационную позицию Абу-Даби по йеменскому конфликту и абсолютно деструктивную политику по отношению к соседу — Катару, который в 2017 году стал объектом политической, территориальной и экономической блокады со стороны ведущих стран Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ).

Разочарование политикой Абу-Даби, говорят наблюдатели, есть и в других эмиратах. Так, шейхи ОАЭ с неодобрением смотрят на ту неокупаемую помощь, которую принц Абу-Даби шейх Мухаммед бен Заид Аль Нахайян оказывает самопровозглашённому фельдмаршалу Халифе Хафтару в Ливии, и на интерес центрального руководства страны к суданскому кризису. Проблема заключается в том, что столь высокий конфликтный потенциал политики принца Мухаммеда работает не на пользу монархии, полагают правители. Другой причиной для недопонимания становится неравномерное распределение доходов. Есть традиционные различия между такими зажиточными эмиратами, как Абу-Даби и Дубай, и остальными. Бедными, по широко распространённому мнению, можно считать «северные» эмираты — Аджман, Шарджу, Умм-эль-Кувейн, Фуджейру и Рас-эль-Хайму. Вероятно, коронакризис только обострил эту непохожесть.

Долгое время бытовало убеждение, что стабильность ОАЭ гарантируется общественным контрактом, который сводится к распределению нефтяных доходов в обмен на общественную лояльность, однако глобальная кризисная ситуация поставила под удар подобные принципы существования аравийских монархий. Велика вероятность, что противоречия Абу-Даби и Дубая могут запустить в стране опасный процесс, который отразится на всём регионе.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен