Несколько дней назад на космодроме Куру во Французской Гвиане взорвали стартовую площадку для ракет «Союз». Всего с нее провели 27 запусков, однако после начала СВО эксплуатация была прекращена. Политический обозреватель кандидат исторических наук Александр Чаусов в колонке для NEWS.ru объяснил, зачем Парижу понадобился этот политический жест, как Европа приступает к милитаризации космоса и чем на это ответит Россия.
Почему Франция отказалась от «Союза»
«Демонтаж» стартовой площадки для ракет «Союз-СТ» при помощи направленного взрыва произошел на космодроме Куру 24 апреля. Платформа, с которой запускались российские носители, функционировала с 2011 по 2022 год — ее строительство было продолжением сотрудничества РФ и Франции в космической сфере, начатого еще в середине 1960-х. Однако вскоре после начала СВО все совместные программы России не только с Парижем, но и в целом с Европой в этой отрасли были свернуты по инициативе Европейского космического агентства (ЕКА).
Подрыв стартового комплекса для «Союзов» многие восприняли как демонстративный политический жест, призванный показать: совместного космического будущего у РФ и Европы больше нет. Отчасти это так, но вопрос упирается еще и в деньги: демонтажу подверглось только 20% площадки, в то время как остальные 80% очень нужны французской коммерческой компании ArianeGroup. Ее дочерняя структура MaiaSpace планирует запускать с бывшей «союзной» платформы многоразовые ракеты-носители «Майя».
Именно этот факт делает возврат к партнерским отношением Москвы и Парижа в космосе невозможным. Во-первых, MaiaSpace уже не отдаст инфраструктуру никому, а во-вторых, ее ракеты — настолько своеобразный продукт, что запускать что-то другое с космодрома Куру будет крайне проблематично.
Французская космическая «Ока»
«Майя» пока не проходили даже тестовых испытаний, которые назначены на 2028 год. Однако уже известно, что ракеты будут многоразовыми и «модульными». В базовой комплектации их оснастят двумя ступенями с возможностью присоединения третьей — это должно увеличить доставляемую на орбиту полезную нагрузку с 500 до 1500 кг.
Французские СМИ наперебой трубят об «экологичности» новых ракет и называют их европейским ответом Илону Маску с его многоразовыми Falcon и Starship. Впрочем, такие сравнения вряд ли уместны. Falcon в зависимости от комплектации доставляет на орбиту от 4 до 22 т полезного груза, а Starship — вообще сверхтяжелая ракета, полезная нагрузка которой достигает 250 т.
Многоразовая ракета компании MaiaSpace
На фоне «космических грузовиков» Маска французская «Майя» — что-то сродни нашей «Оке». А советские «Союзы» в таком случае можно сравнить с «буханкой» — настолько универсальна и неприхотлива ракета, способная доставить на орбиту от 2,8 до 9,2 т грузов.
В общем, если Франция и развивает свою космическую отрасль, то явно в некоем «альтернативном направлении», конкурировать в котором она может разве что сама с собой.
Однако в космической отрасли Пятой республики происходят и другие процессы, причем весьма тревожные и вполне способные навсегда изменить отношение Европы к внеземному пространству.
Чего добивается Франция в космосе
Франция — второй после Германии донор ЕКА. В ноябре 2025 года агентство утвердило рекордный бюджет в размере €22,1 млрд: из них Берлин внес €5 млрд, Париж — €3,7 млрд, Рим — €3,5 млрд.
При этом параллельно президент Пятой республики Эммануэль Макрон заявил о выделении €4,2 млрд на национальные оборонные программы и €16,2 млрд — на развитие гражданского космического сектора и проектов «двойного назначения». В совокупности — лишь чуть меньше, чем бюджет вообще всей европейской космонавтики.
Проекты «двойного назначения» — это тоже военные инициативы. Фактически Париж идет по пути стремительной милитаризации космоса. И в эту концепцию носители «Майя» вписываются идеально. Они как раз подходят для вывода на орбиту малых шпионских спутников — официально французские власти называют их «патрульными космическими аппаратами». Географическая отдаленность и труднодоступность Гвианы, которая граничит с Бразилией и Суринамом, должны обеспечить должный уровень секретности.
Действия Франции — пример не только милитаризации космоса, но и того, как трещит по швам все европейское единство. Париж выделяет деньги на общие с ЕС космические инициативы по остаточному принципу, не скрывая, что основная часть бюджетов идет на собственные оборонные проекты — да еще такие, что о них даже «уважаемые партнеры» по Евросоюзу имеют лишь весьма расплывчатое представление.
Новая европейская ракета-носитель Ariane 6 впервые стартует в космос с европейского космодрома в Куру, Французская Гвиана
Чем Россия ответит Франции
Иронично, что до начала СВО Россия именно во Франции видела главного союзника по предотвращению «гонки космических вооружений». Но теперь Париж наравне с США выступает основным «застрельщиком» милитаризации космоса.
Для нашей страны вся эта история, конечно, печальна, но не критична. У РФ в этой отрасли своя развитая инфраструктура, национальные и совместные программы со странами Востока, например с Китаем и ОАЭ.
Планов по освоению Луны, изучению Марса, расширению околоземных спутниковых группировок у России множество, и они постепенно воплощаются в жизнь. При этом нам еще предстоит построить национальную орбитальную станцию на замену МКС, которая через несколько лет окончательно выработает свой ресурс.
Печально лишь то, что России придется в ответ на политику США, а теперь еще и Европы, расширять в космосе военное присутствие, возможно, не только на уровне спутников наблюдения. Да, не мы эти процессы начали, но нам придется на эти вызовы отвечать.
Читайте также:
Наш Starlink, штурм Луны: топ-10 успехов российской космонавтики
Летим на Луну, а потом на Марс: как Россия и Китай будут осваивать космос
Спешка на фоне хаоса: почему США проиграют РФ и Китаю в освоении Луны
