Сам факт резонансного визита, с которым сегодня в Москву прибывает китайский лидер, на фоне западных заклинаний о тотальной изоляции России важнее, чем даже подписание документов по итогам предстоящих переговоров. Тем более, как считается, своей поездкой в Россию Си Цзиньпин начинает новый, весьма амбициозный пятилетний внешнеполитический цикл.

Предполагается даже, что президент Владимир Путин лично встретит почетного гостя в аэропорту. В любом случае сама атмосфера визита будет контрастировать с видеокартинкой недавних переговоров российского лидера с разными натовскими эмиссарами, когда визитеры сидели на другом конце длинного кремлевского стола. Не исключено, что многие мировые телекомпании подготовят «склейку» таких двух вариантов бесед в Кремле, которая многое проиллюстрирует.

Среди различных деталей визита привлекает внимание запланированное участие в переговорах на высшем уровне министра обороны России Сергея Шойгу и главы Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству Дмитрия Шугаева. В принципе, факт чисто протокольный. Однако, если принять во внимание международный контекст, обвинения нашего военного руководства в пресловутых «военных преступлениях» и в неспровоцированной «агрессии», то такая встреча председателя Си выглядит четким ответом на прилеты на Тайвань Нэнси Пелоси и прочих вашингтонских политиков.

Конечно, оппоненты России тщательно готовились к визиту Си Цзиньпина в Москву. И выписанный аппаратом МУС потешный ордер на арест Владимира Путина, и случайно обнаруженный на линии военного соприкосновения на Украине некий сбитый беспилотник якобы китайского производства, и всплывшие таможенные отчеты о поставках из Китая в Россию бронежилетов и автоматических винтовок — все это вещи одного порядка, призванные дополнительно сгустить атмосферу вокруг московской встречи лидеров.

Си ЦзиньпинФото: kremlin.ruСи Цзиньпин

Однако парадокс ситуации заключается в том, что китайская сторона, которая так же, как и Россия, не признает юрисдикцию МУС, может воспринять конъюнктурно объявленное решение об аресте Путина как провокацию, направленную против возрастающей международной роли Поднебесной. И такой демарш даст прямо противоположный эффект, наоборот простимулировав российско-китайское сближение.

Что касается планируемых соглашений, то в центре внимания будет подписание документов об углублении отношений всеобъемлющего партнерства и развитии ключевых направлений экономического сотрудничества до 2030 года. То есть на время действия властных мандатов двух президентов (учитывая возможное переизбрание Путина в 2024 году), которые поддерживают хорошие личные отношения. Видимо, акцент будет сделан на развитии сотрудничества в энергетической сфере, будут подписаны контракты на строительство новых веток «Силы Сибири». Не исключено, что получат развитие соглашения в сфере престижных космических проектов, включая российскую-китайскую орбитальную станцию.

А вот наиболее интересные для общественности переговоры по военно-техническому сотрудничеству и вариантам урегулирования украинского кризиса пойдут за плотно закрытыми дверями.

Между тем вряд ли стоит ожидать по этим направлениям какого-то значительного прорыва. Осторожный Китай не готов оказать России поддержку в стиле ленд-лиза, но, например, могут быть достигнуты соглашения о модернизации оборудования для модернизации предприятий нашего ОПК.

Си Цзиньпин, конечно, летит в Москву как миротворец. Но проблема в том, что пока никакие перспективы дипломатического компромисса даже не просматриваются. Скорее всего, стороны зафиксируют свою общую позицию в пользу начала переговоров без предварительных условий, настаивая на целесообразности многосторонних рабочих контактов для поиска выхода из кризиса. Пекин подтвердит свое намерение застолбить за собой роль глобального арбитра. На фоне общего примирения под его эгидой Ирана и Саудовской Аравии, установления контактов саудитов и йеменских хуситов, визита Башара Асада в ОАЭ.

И в этой связи необходимо помнить, что сам факт своего качественного сближения и Россия, и Китай будут использовать для давления на своих стратегических противников, испытывающих по такому поводу сильное беспокойство. Еще вице-президент Джо Байден смеялся, когда ему говорили о перспективах российско-китайского союза. Посмотрим, кто будет смеяться последним.