Необъявленный визит члена Госсовета, министра иностранных дел Китая Ван И в Кабул удивил западных наблюдателей. Это первая поездка официального лица столь высокого ранга в Афганистан с момента прихода к власти движения «Талибан» (запрещено в России), что ставит вопрос о готовности Пекина признать статус нового правительства. В экспертной среде обращают внимание, что за последние недели антиамериканская политика КНР серьёзно ужесточилась, и поездка шефа дипломатического ведомства в афганскую столицу вписывается в этот сдвиг.

В Кабуле Ван И провёл встречу с и. о. министра иностранных дел «временного правительства» Амиром Ханом Мутаки. Глава МИД КНР заметил в беседе с коллегой, что его страна никогда не занималась вмешательством во внутренние дела Афганистана и не делала ставку на распространение своей сферы влияния. На этом контрасте шеф дипломатического ведомства подверг косвенной критике администрацию президента Джо Байдена.

Мы выступаем против того, чтобы экстерриториальные силы произвольно оказывали политическое давление на Афганистан и вводили экономические санкции в его отношении, — отметил китайский дипломат.

Мутаки, в свою очередь, заметил, что Кабул проявляет особую бдительность в том, что касается активности террористических элементов на афганской арене, и прекрасно понимает все связанные с этим озабоченности КНР. По его словам, новые власти страны готовы предпринимать активные шаги для того, чтобы предотвратить соответствующую угрозу.

Ван И проводит переговоры с Амиром Ханом МутакиФото: Saifurahman Safi/XinHua/Global Look PressВан И проводит переговоры с Амиром Ханом Мутаки

Ван прибыл в Кабул из Исламабада, где принимал участие в двухдневных переговорах Организации исламского сотрудничества. Несмотря на то что Пекин имеет долгую историю взаимодействия с талибами, до настоящего момента КНР не направляла столь высокопоставленного государственного деятеля в Кабул. Отчасти поездка могла затрагивать готовящуюся на следующей неделе встречу государств — соседей Афганистана. Она должна пройти в Пекине. На ней талибы, как ожидается, представят свою оценку того, по какому пути идёт Исламский Эмират (самоназвание талибского государства).

Связь с Украиной

Визит Ван И навлёк на себя критику правозащитников. Исполнительный директор организации Human Rights Watch Кеннет Рот не без негодования заметил: пока талибы отказывают девушкам в получении среднего образования, министр иностранных дел Китая приезжает в Афганистан, чтобы обсудить интересы страны в экономической сфере.

Тем не менее поездку западные эксперты охарактеризовали как «наиболее значительное взаимодействие между Китаем и талибами», которое, вероятно, стало возможным благодаря тому, что Пекин получил заверения со стороны контролирующего Афганистан движения об отсутствии трансграничных угроз в сфере терроризма.

Китайские исследователи считают, что поездка в то же время дала ответ на вопрос, готов ли Пекин к признанию талибского правительства, потому что практические шаги намного важнее риторики. Отдельно наблюдатели обращают внимание на то, что визит Ван И совпал с прибытием в афганскую столицу российского спецпредставителя Замира Кабулова.

Замир КабуловФото: MFA Russia/Global Look PressЗамир Кабулов

Эксперты не исключают, что активизация КНР на этом направлении может быть связана с глобальной повесткой. Так, профессор исследований мира и конфликтов Упсальского университета Ашок Суэйн отметил: пока администрация Байдена поглощена тем, что происходит на Украине, «Китай наращивает своё влияние».

Впрочем, это не означает, что стоит говорить о прямых попытках Пекина воспользоваться ситуацией, связанной с Украиной.

Как рассказал NEWS.ru замруководителя Центра экономических и социальных исследований Китая РАН Павел Каменнов:

В Пекине, как и во всём мире, многие явления, казавшиеся неизменными, сейчас переоцениваются. Тем не менее есть ряд факторов, которые более-менее гарантируют как минимум нейтралитет Китая в данной ситуации, и эти факторы вряд ли исчезнут в перспективе как минимум ещё нескольких лет. Таким фактором является, во-первых, объективное отсутствие у Китая какого бы то ни было интереса к затягиванию или эскалации вооружённого конфликта между третьими странами. Во-вторых, Китай воспринимает Россию как источник дешёвых энергоресурсов и прочего сырья, и прагматичные китайцы никогда не предадут выгодного торгового партнёра ради каких-либо «высокоморальных», но абстрактных принципов. Наконец, между РФ и КНР совсем недавно ещё на пять лет был продлён договор о дружбе и сотрудничестве.

Антиамериканский лагерь

В разговоре с NEWS.ru директор Института стран Азии и Африки при МГУ Алексей Маслов пояснил, что Пекин действительно в последнее время активизировал свою внешнеполитическую деятельность. Так, совсем недавно Ван И встречался с министрами иностранных дел стран Юго-Восточной Азии и много говорил о том, что государства не должны позволять себя использовать другими крупными государствами. Это было «чисто антиамериканским выпадом», заметил эксперт.

Ван И сейчас совершил поездку в Афганистан, потому что, судя по всему, Китай на антиамериканской волне укрепляет свой лагерь. Сейчас антиамериканизм в китайской политике пошёл значительно выше и шире, чем это было ещё месяц назад. Китайские газеты наполнены абсолютно антиамериканскими лозунгами, обсуждениями и дискуссиями.

Алексей Маслов директор ИСАА МГУ, востоковед

КНР на этой волне пытается найти себе союзников, полагает Маслов. До этого Пекин выстраивал этот лагерь с точки зрения экономики: инвестиции в обмен на лояльность. Однако сейчас он, судя по всему, переключается и на некую идеологическую составляющую, обращает внимание эксперт.

Пекин зовёт талибов в антиамериканский лагерьФото: Miguel Candela/Keystone Press Agency/Global Look Press

Талибы — «это по понятным причинам самые антиамерикански настроенные ребята», говорит аналитик. Поэтому Китай пытается воспользоваться тем, что движение, к которому скептически относится международное сообщество, нуждается в признании со стороны крупных игроков.

Проблема статуса

Маслов напоминает, что Китай питает огромный экономический интерес к Афганистану, особенно сейчас, на фоне разрушения рынков.

Здесь есть, пожалуй, три направления, — пояснил эксперт. — Первое — это самые крупные в Азии и одни из самых крупных в мире залежей меди, к которым Китай давно подбирается. Второй момент — это рынок редкоземельных металлов, которые КНР — если она будет добывать их — практически монополизирует полностью на мировом уровне, а это обеспечивает контроль над рынком микропроцессоров. Наконец, третий компонент — это перевозки. Китай давно разрабатывал концепцию коридора через Пакистан и Афганистан.

В то же время Маслов допускает, что Китай может вести дискуссию о признании талибского правительства, но здесь ему нужны некоторые гарантии.

Во-первых, это гарантия того, что любые китайские инвестиции будут защищены, а не пропадут в результате действий со стороны каких-то региональных властей. Второй момент: КНР совсем не хочет поддерживать страны, которые явно нарушают права человека. Пекин не хотел бы совсем подписываться под любыми нарушениями, — рассуждает собеседник NEWS.ru.

В связи с этим визит Ван И может быть своего рода разведкой, «является ли нынешнее талибское руководство вариантом 2.0 либо это те же самые талибы, которые научились себя хорошо вести», подытожил Маслов.