Днём Весны и Труда в России Первомай стал в 1992 году. В Советской России и в СССР с 1918 года (и по 1970 год) он отмечался как День Интернационала. Потом его переименовали в День международной солидарности трудящихся. С Интернационалом всё понятно: в июле 1889 года именно II Интернационал на конгрессе в Париже провозгласил 1 мая Днём солидарности рабочих всего мира.

С «международностью» тоже всё правда: по разным данным, Первомай отмечают от 86 до 143 стран, в том числе такие, как Австрия, Бельгия, Германия, Испания, Италия, Португалия, Финляндия, Франция, Швейцария, Швеция, Китай, Индия, Пакистан, Индия, ЮАР, Бразилия и Аргентина. Интересно, что главный враг Интернационала — Адольф Гитлер — сразу же после прихода к власти объявил 1 мая Национальным днём труда, каковой и отмечался нацистами до их конца (в том числе на оккупированных территориях СССР).

Но, конечно, это и один из самых народных праздников в России. И не только в России. Первомаем буквально пронизана топонимическая карта бывшего СССР. В Белоруссии десять сёл и деревень называются Первомайсками, по два Первомайска (деревни) — в Молдавии и в Приднестровье, три Первомайска на Украине (один из них — город в Николаевской области), ещё один Первомайск в ЛНР. В России Первомайсков 12, среди них — средних размеров город в Нижегородской области.

Населённых пунктов «по имени» Первомайский намного больше — в России их 217, есть они и в Белоруссии, и на Украине. Ещё больше (раз в пять) посёлков с названием Первомайское: в России, на Украине, в Казахстане, в Киргизии и др. Что уж тут говорить о Первомайских (или имени Первого мая) улицах, площадях, домах культуры и остановках электричек?

Телеграм-канал NEWS.ru

Следите за развитием событий в нашем Телеграм-канале

Легендарное советское женское имя 1920-х годов Даздраперма (от «Да здравствует Первое мая») — это, скорее всего, фейк. Но вот то, что имена Майя (Майя Плисецкая, 1925) и Май (Май Митурич, 1925) давались в те времена именно в честь Первомая, — это факт.

Почему так получилось? Почему политический памятный день так легко вошёл в житейскую практику миллиардов? Наверное, потому что Дню Весны и Труда — в отличие от Дня рабочей солидарности — не 132 года, а не менее чем три тысячелетия.

Во время первомайской демонстрации трудящихся на Красной площади. Фото В. Егорова. 1985 год. Главархив МосквыФото: mos.ruВо время первомайской демонстрации трудящихся на Красной площади. Фото В. Егорова. 1985 год. Главархив Москвы

Вальпургиев день весны и труда: языческое фэнтези

1 мая — это древний праздник начала весеннего сева, день весны, плодородия и землепашества (да, много эротических аллюзий). Именно 1 мая в Древнем Риме приносили жертвы Майе — таинственной Доброй Богине (Bona Dea), покровительнице плодородия (как скота, так и благочестивых римлянок). Той самой Майе, в честь которой в римском (ещё доюлианском) календаре был назван месяц май.

Первого мая с утра римляне обоего пола выходили в поле с музыкою сбирать зелёные ветви, коими украшали двери своих родственников и друзей, — рассказывает русский этнограф Иван Снегирёв.

Параллельно, с 27 апреля по 2 мая, длились разнузданные флоралии, празднества в честь богини Флоры, покровительницы цветения колосьев, садов и цветов. Ей приносили дары мёдом и молоком. Люди одевались в цветные одежды, танцевали, украшали столы цветами.

Этнографы утверждают, что истоки римских первомайских торжеств лежат ещё дальше в прошлом и восходят к Древнему Востоку и к Индии, где поклонялись богам и богиням, олицетворяющим природу (Исида, Иштар, Кибела, Шакти и др.).

День Весны и Труда пронизывает историю языческой, а потом и христианской Европы. Кельты в праздник Белтейн (Beltain) разжигали костры и прыгали через них, вешали на двери Майский Сук и сажали во дворах Майский Куст из ветвей рябины, украшенный примерно так, как потом стали украшать рождественские ёлки. Майское дерево и прыжки через костры стали неизменной частью майских праздников во всей Европе. В деревни вступали конные процессии, наряженные всадники держали в руках зелёные ветви (это называлось «привозить лето»), народ выбирал «майского короля» и «майскую королеву». К XVI веку праздник (в Англии — May-Day, слово, используемое сейчас военными в качестве сигнала СОС) стал не просто народным, а аристократическим, королевским. В XVIII веке «майское дерево» Людовик Святой выставлял на площади перед королевским дворцом, а в XVI веке шведский король Густав взял и назначил «майским королём» архиепископа Иоанна Магнуса.

Церковь пыталась бороться с язычеством, приникавшим с заднего крыльца Первомая в общественную жизнь. Но что-то шло не так. На 1 мая, так уж получилось, пришёлся день Св. Вальпурги (канонизирована 1 мая, предположительно 870 года). Очень скоро в день, посвящённый святой, исподтишка пролезли ведьмы: сначала день отмечался как «день изгнания ведьм» — били колокола, но, опять же, разжигались костры, через них прыгали, а на них сжигали чучела ведьм. И довольно скоро народные мифы превратили ночь, предшествующую дню памяти святой, в Вальпургиеву ночь шабаша ведьм и оборотней на Лысой горе.

Так или иначе, дух Майи, Кибелы и майского дерева остался с нами по сей день — «майские деревья» и «майские королевы» остаются участницами первомайских торжеств во всех англоязычных (и не только) странах.

Только вот причём здесь коммунизм, Интернационал и международная солидарность?

Фото: wikimedia.org

Всё началось в Чикаго: политический триллер

21 апреля 1856 года каменщики и строительные рабочие в Мельбурне (Австралия) прекратили работу и устроили шествие от университета до здания парламента, требуя введения восьмичасового рабочего дня. Считается, что это первая успешная «демонстрация трудящихся», а её участники признаны первыми в мире организованными рабочими, добившимися установления «восьмичасовки».

В США рабочий день даже спустя 30 лет составлял в среднем от 12 до 15 часов, платили очень мало, социальные гарантии отсутствовали. И как бы в ознаменование очередной годовщины австралийской демонстрации 1 мая 1886 года на улицы североамериканских городов вышли около 35 тысяч протестующих рабочих — 10 тысяч в Нью-Йорке, 11 тысяч в Детройте и 40 тысяч в центре протестов Чикаго. Во главе рабочего движения встали влиятельные тогда анархисты. Сразу же после этого на одном из заводов было уволено 1500 рабочих. 3 мая на завод привезли штрейкбрехеров, разгоняя рабочих, полиция открыла огонь, были убиты четыре и ранены десятки рабочих. 4 мая анархисты собрали на Хеймаркет-сквер массовый митинг против террора. Митинг шёл в целом мирно: мэр Чикаго убедился в этом и ушёл. Но сразу же после этого на площадь вошла полиция — и почти сразу в неё бросили бомбу. Погибли восемь полицейских, началась стрельба в толпу — и снова четыре убитых и десятки раненых рабочих.

На следующий день полиция разгромила рабочие клубы, были арестованы сотни анархистов, подвергнутых неконвенционным формам допроса. В организации террористического акта обвинили восьмерых — Августа Списа, Альберта Парсонса, Адольфа Фишера, Джорджа Энгела, Луиса Лингга, Михаэля Шваба, Самуэля Филдена и Оскара Неебе. Несмотря на то что на площади присутствовал (на трибуне) только Филден, что бросавший бомбу так и не был установлен и что единственный свидетель, давший против обвиняемых показания, вскоре дезавуировал их и признал своё свидетельство оговором, приговор был вынесен — полиция обвинила их в том, что они не стали разыскивать и ловить террориста, а значит, были в сговоре с ним. На суде Неебе назвал начальника следственной бригады Майкла Шаака преступником, тот захохотал, а впоследствии в своей книге «Анархия и анархисты» назвал анархистов сумасшедшими и агентами иностранных разведок.

Смертный приговор был вынесен пятерым. Спис, Фишер, Энгел и Парсонс были повешены 11 ноября, Лингг покончил с собой. Троих приговорили к 20 годам каторги.

В июне 1893 года Филден, Шваб и Неебе получили от губернатора Иллинойса письменные извинения: к этому моменту приговор был отменён, все обвиняемые признаны невиновными, а начальник полиции получил срок за коррупцию.

«Хеймаркетские мученики» стали общей иконой борцов за дело рабочего класса. И на первом, Парижском, конгрессе II Интернационала 1 мая стал Международным днём рабочей солидарности. А потом — потом новый праздник лёг на хорошо взрыхлённую почву. В России получилось интересно: Первомай традиционно был праздником горожан (прежде всего студентов) — днём пикников. Народ выбирался на лесные полянки, жарил — ну, наверное, тогда не шашлыки, выпивал. Постепенно возникла традиция «маёвок» — рабочие шли на пикник с «шашлыками» и водочкой, а там пропагандировали и протестовали. Первая «пролетарская маёвка» прошла в Санкт-Петербурге в 1891 году. Уже в 1901 году на маёвки вышли с лозунгами «Долой самодержавие!» и «Да здравствует республика!», в 1912–1914 годах на улицы России выходило до 400 тысяч рабочих, а 1 мая 1917 года, после Февральской революции, под лозунгами за свободу и войну до победного конца вышли миллионы.

А потом День Интернационала — Первомай — стал одним из трёх главных советских праздников, наряду с 7 ноября и Новым годом. Праздником народным, массовым и забывшим о судьбе незаслуженно казнённых чикагских анархистов.

Фото: wikipedia.org

Первомай с нами: документальный боевик

Но вошёл Первомай в нашу жизнь не только как пролетарский праздник или День доброй богини Майи, но как дата, вокруг которой развиваются события — в том числе события знаковые.

Например, 1 мая 1920 года состоялся первый всероссийский субботник — на котором Ленин нёс бревно (но это неточно) и установили большой камень на месте будущего памятника Карлу Марксу (что правда).

1 мая 1945 года советские солдаты подняли над Рейхстагом знамя Победы.

1 мая 1960 года советской ракетой был сбит американский самолёт-шпион — и это было знаковое событие. Самолёт U-2, высшее достижение американского hi-tech, регулярно залетал в небо над СССР на высоте 21 километр и фотографировал самые секретные объекты — ракетные шахты, Семипалатинский полигон за час до испытания ядерной бомбы (и её саму тоже), причём долгое время отреагировать советские силы ПВО просто не успевали. Но 1 мая они оказались почти на высоте. Во всяком случае, до высоты 21 километр одна из ракет (как было потом объявлено, единственная) долетела и взорвалась так удачно, что самолёт упал, а его пилот Фрэнсис Г. Пауэрс выжил и был схвачен. Правда, на самом деле ракет было больше, а ещё были самолёты-перехватчики, один из которых эти ракеты сбили, а его лётчик Сергей Софронов погиб.

Дальше получился шпионский детектив. Сначала американцы, уверенные в гибели пилота, на уровне президента Эйзенхауэра объявили самолёт научно-исследовательским и случайно залетевшим в Россию. На следующий день пилота предъявили, Эйзенхауэра публично макнули, приглашение для ответного визита его в СССР отозвали (в 1959 году Никита Хрущёв был в США). А потом Пауэрса приговорили на громком публичном процессе к 10 годам и через два года эффектно обменяли на знаменитого советского разведчика Вильяма Фишера, известного как Рудольф Абель. Сцена обмена на мосту вошла потом во многие популярные фильмы — от советского «Мёртвого сезона» до нескольких голливудских.

1 мая 1993 года, в разгар противостояния между президентом Борисом Ельциным и оппозиционными ему силами (Съездом народных депутатов России, коммунистами и др.), на первомайский митинг вышло (согласно заявке) около ста тысяч человек во главе с Геннадием Зюгановым, Сергеем Бабуриным, Виктором Анпиловым и другими вождями протеста. В рядах демонстрантов было много ветеранов, пожилых людей. И сразу же начались предельно жёсткие столкновения с милицией. По рассказам участников, милиция действовала «намного жёстче, чем потом на Болотной». Но и демонстранты были совсем не мирными — они принялись таранить ОМОН на угнанных самосвалах и грузовиках и «пробивать ограждение». В результате погиб один омоновец и умер один демонстрант-ветеран.

Этот Первомай стал стартовой точкой нестабильности: через пять месяцев, в октябре 1993 года в Москве случилась маленькая гражданская война, а гражданского мира так и не наступило.

Он наступил позже. И 1 мая 2012 года президент России Дмитрий Медведев и премьер-министр Владимир Путин зашли в пивбар «Жигули» на Новом Арбате и выпили там пива — в последний раз при таком распределении обязанностей.