4 октября СПЧ обратился к генпрокурору Чайке с просьбой обратить внимание на резонансные уголовные дела, возбуждённые против врачей. Правозащитники просили внимательно разобраться в делах, где в основу обвинения легла врачебная ошибка. Речь в обращении правозащитников идёт о делах астраханских врачей — психиатрах Александре Шишлове и Ольге Андроновой и нейрохирурге Константине Сергине, а также о деле нижегородских сердечно-сосудистых хирургов Максиме Кудыкине и Андрее Васягине.


Совет просит Генпрокуратуру России обратить внимание на данные дела и поручить прокурорам соответствующих субъектов Российской Федерации проверить законность и обоснованность привлечения О. Андроновой, А.Н. Васягина, М.Н. Кудыкина, К.А. Сергина и А.А. Шишлова к уголовной ответственности, и в тех делах, приговоры по которым ещё не вступили в законную силу, учесть позицию врачебного сообщества при формировании процессуальной позиции прокуратуры, — говорится в обращении.

«Золотая жила в виде врачей»

Самым резонансным за последнее время оказалось дело психиатра Александра Шишлова. Его обвиняют в том, что он в 2017 году убедил врачебную комиссию перевести на амбулаторное лечение Михаила Елинского: мужчина был болен шизофренией. В 2011 году он совершил убийство, однако был признан невменяемым и отправлен на принудительное лечение. Через четыре с половиной года по решению суда его решили перевести из Волгоградской психиатрической больницы в стационар спецтипа по месту жительства, в Астрахань. Такое решение было принято неспроста — мужчина быстро вышел из психоза, был уравновешен, внешних признаков болезни не проявлялось. Через год пребывания в стационаре Астрахани врачебная комиссия из нескольких человек разрешила перевести его на домашнее лечение под наблюдением родственников.

Александр ШишловАлександр Шишлов Профсоюз Действие/YouTube.com

Однако, как выяснилось позже, Елинский через три недели после перевода начал пренебрегать медицинским назначениями, бросил пить таблетки. Родственники знали об этом, однако ничего не предпринимали. Всё закончилось тем, что Михаил напал на полуторагодовалую девочку — дочь своей племянницы. Мать ребёнка он тоже пытался убить, но женщина сумела скрыться. Елинского застрелили во время задержания.

Шишлова обвинили в халатности и осудили на два года лишения свободы. При этом прокуратура дважды отказывалась подписывать обвинительное заключение и возвращала дело на доследование. Однако следователи смогли довести его до суда.

Нижегородские врачи Максим Кудыкин и Андрей Васягин обвиняются в мошенничестве с использованием служебного положения. Заявление в органы написал пациент, который лечился у них четыре года назад. Он утверждает, что в 2015 году врачи предложили ему купить стент для периферийных артерий напрямую у компании-поставщика: мужчине необходима была операция, а в больнице на тот момент нужных стентов не было.

По версии следствия, Кудыкин и Васягин убеждали пациентов за деньги приобретать различное оборудование и оплачивать операции, в то время как эти расходы покрывает ОМС. Деньги, подчёркивают следователи, врачи тратили на собственные нужды.

Сейчас хирурги находятся в СИЗО: суд Нижнего Новгорода арестовал их до 10 ноября.

Как рассказала News.ru член СПЧ и автор обращения Анита Соболева, к этому правозащитников подтолкнули письма от коллективов и ассоциаций медработников, а также личные истории и посты в соцсетях.

Историю про нижегородских хирургов я узнала сама, когда была в Нижнем Новгороде на конференции. Кудыкин не так давно стал главврачом районной больницы городка Балахна в области. Как мне рассказали, там буквально в каждом магазине говорят об этом враче, о его аресте. В городе очень радовались, когда он приехал работать к ним (Кудыкин — доктор медицинских наук и профессор, вице-президент Ассоциации флебологов. — News.ru), — говорит она.

Правозащитница считает, что возбуждение уголовных дел против врачей — это лёгкий способ увеличения раскрываемости.

В Астрахани следователи нашли золотую жилу в виде врачей. Неслучайно большинство дел оттуда, — отмечает она.

Соболева видит две причины возникновения тенденции уголовного преследования врачей. Первая — повышение раскрываемости преступлений. Врачи, по её словам, удобный для этого объект. Вторая — сама система здравоохранения, которая способствует появлению неоднозначных ситуаций.

Сергей Лантюхов/News.ru

Врачей побуждают делать всё, чтобы они приносили деньги клинике, предлагая платные услуги. Или, например, при сокращении коечного фонда врачей заставляют выпихивать пациентов из клиник, переносят нагрузку на амбулаторное звено, — утверждает автор обращения.

Она приводит в пример дело Шишлова, напоминая, что врач не самостоятельно принимает решение о переводе психического больного на амбулаторное лечение: сначала его утверждает врачебная комиссия, а потом суд.

Зачем у нас созданы все эти гарантии в виде комиссии и суда, если ответственность всё равно на лечащем враче? — недоумевает правозащитница.

Соболева говорит, что в СПЧ рассчитывают, что Генпрокуратура проверит перечисленные в обращении дела.

Штраф вместо срока

Председатель Лиги защитников пациентов Александр Саверский считает, что профессия врача — единственная, которая целиком регулируется Уголовным кодексом, а врачи постоянно ходят под подозрением.

Он говорит, что несмотря на то, что Уголовный кодекс никак не выделяет термин «врачебная ошибка», под его определение подходит статья 28 УК — «Невинное причинение вреда».

Почему врачи не извиняются за совершённые ошибки? Потому что извинение будет приравнено к уголовному признанию вины. Как следствие этого — отрасль не анализирует ошибки, не признаёт их, лишена возможности их исправить, — утверждает Саверский.

Эксперт уверен, что гораздо эффективнее было бы применять к оступившимся врачам административную ответственность вплоть до запрета заниматься медицинской деятельностью. Сейчас в России для врачебных ошибок её не предусмотрено, врачи рискуют сразу попасть под уголовную статью.

Это было бы гораздо действеннее. Некоторые уголовные дела длятся по восемь–​десять лет, там уже несколько следователей сменилось, и все уже понимают, что никто никакой ответственности не понесёт, — убеждён он.

Однако Саверский отмечает, что за грубые нарушения, например, такие как бездействие врача, должно остаться уголовное наказание.

Недавно был случай: девушка родила ребёнка, там были сложные роды, у мамы развился сепсис. То есть диагноз «сепсис» ей поставили, а антибиотиков не дали. Это бездействие, тут нельзя говорить о неосторожности, — рассказывает он.

Сергей Булкин/News.ru

В последнее время предпринимались попытки усовершенствовать Уголовный кодекс, добавив туда «врачебные статьи». Летом 2019 года с подобной инициативой выступил Следственный комитет. Они предложили создать две специальные статьи за врачебные ошибки: статья 124.1 — «Ненадлежащее оказание медицинской помощи (медицинской услуги)» и статья 124.2 — «Сокрытие ненадлежащего оказания медицинской помощи (медицинской услуги)».

Первая предусматривает наказание до шести лет лишения свободы с лишением права заниматься врачебной деятельностью, если в результате неосторожности врача погибли два или более человека. Вторая статья предполагалась менее строгой: штраф до 300 тысяч рублей или ограничение свободы на срок до трёх лет. Штраф увеличивается до 1 млн рублей, а ограничение свободы до четырёх лет с лишением права на врачебную деятельность, если на скамье подсудимых оказался руководитель медучреждения.

Проект поправок в УК был опубликован на федеральном портале проектов нормативных правовых актов, однако сейчас уже удалён.

Цеховая солидарность

Врачебное сообщество не осталось в стороне и стало высказываться, выступать в защиту осуждённых и находящихся под следствием врачей. Так, в поддержку психиатра Шишлова и сердечно-сосудистых хирургов Кудыкина и Васягина их коллеги пишут посты в соцсетях, а также создают петиции. В одном случае врачи просят прекратить уголовное преследование, а в другом — отпустить врачей под личное поручительство. Врачи не должны сидеть в тюрьме, утверждают они.

Не располагая материалами следствия и не разбирая дело по существу, хотим спросить только: какую общественную опасность представляют эти люди? Не посади их в тюрьму, в чём будет их угроза обществу? Кудыкин Максим Николаевич — доктор медицинских наук, профессор, воспитывает троих несовершеннолетних детей. Васягин Андрей Николаевич — двоих. Неужели нельзя изменить меру пресечения? Не убегут профессор Кудыкин М.Н. и доктор Васягин А.Н. ни от своих малолетних детей, ни от следствия. Мы берём на поруки своих товарищей и призываем Вас сделать перепост этого обращения в защиту профессора Кудыкина М.Н. и доктора Васягин А.Н. Врачи должны заниматься больными, а не сидеть в тюрьме с уголовниками и наркоманами, — написал на своей странице в Facebook доктор Константин Мазайшвили.

Однако руководитель проекта «Медицинская Россия» Игорь Артюхов скептически относится к такой профессиональной солидарности.

Решение любой проблемы начинается с их признания. Что, в медицине нет халатности или взяточничества? Есть. Но это не значит, что нужно набрасываться на каждого, кто об этом смеет говорить, неся всякий психиатрический бред про «госзаказ на врачей». Защита врачей не равно безапелляционному покрывательству и отмазыванию из чувства солидарности. В медицинском профессиональном сообществе, как и везде, есть мастера своего дела, а есть безголовые пофигисты и вымогатели. Увы, ангельский нимб не прилагается автоматически с медицинским дипломом, — высказался он на своей странице во «ВКонтакте».

Казалось бы, уже забытое выражение «дело врачей» вновь вошло в обиход в 2015 году. Тогда публичное пространство взбудоражила история врача-гематолога Елена Мисюриной. Её обвинили в причинении смерти по неосторожности: по версии следствия, её пациент умер после неудачной пункции костного мозга, который проводила Мисюрина. В январе 2018 года её осудили на два года, но благодаря общественному резонансу и вмешательству московских властей Мосгорсуд отменил это решение и вернул дело в прокуратуру.

Не менее громким стало дело и. о. главврача родильного дома Калининградской области № 4 Елены Белой и реаниматолога Элины Сушкевич. Их обвинили в убийстве новорождённого, дело возбудили по факту смерти недоношенного мальчика весом 700 граммов, который родился в роддоме в ноябре 2018 года. Следствие утверждает, что Белая поручила Сушкевич «сэкономить ресурсы на поддержании жизнеобеспечения новорождённого» и не портить статистику больницы. Вследствие этого ребёнок не получил дорогостоящих необходимых ему лекарств и умер. Подследственных врачей поддерживали медики со всей страны — подписывали петиции, выходили на пикеты, устраивали флешмобы. Сейчас обвиняемые находятся под домашним арестом.

В марте нынешнего года в Петербурге возбудили дело против врача-гематолога из НИИ гематологии и трансфузиологии Федерального медико-биологического агентства. Следователи считают, что врач брал взятки у менеджера региональной фармкомпании под видом договора на научную деятельность. Взамен он выписывал рецепт на препарат ритуксимаб подставным пациентам, после чего лекарство оказывалось на чёрном рынке и перепродавалось в региональные больницы. Следствие ещё не закончено.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен