Недавно глава Тувы Шолбан Кара-оол пригрозил журналистам издания Znak.com юридическими последствиями за репортаж «„Просто будь осторожнее и по вечерам не гуляй!“ Распад государства в российской столице убийств». В публикации говорилось о запредельном уровне преступности в республике, а также о коррупции местных властей, разрушенной экономике, нищете, безработице и алкоголизации населения, производстве наркотиков, криминальной субкультуре и восприятии местным населением России. Авторы публикации упоминают и об оттоке русскоязычного населения из Тувы в ответ на якобы национальную политику в постсоветское время, а также отсутствие нормальной транспортной инфраструктуры. Последний фактор делает этот субъект, куда до сих пор не пришла железная дорога, малодоступным и загадочным анклавом. NEWS.ru решил поговорить о тувинский специфике с писателем Романом Сенчиным, уроженцем региона.

— Часто ли вы бываете в Туве? Что там поменялось за время вашего отъезда из республики? Что бросается в глаза?

— Наша семья уехала из Тувы в 1993 году, когда в республике принималась конституция, начинающаяся так: «Республика Тыва — суверенное демократическое государство в составе Российской Федерации, имеет право на самоопределение и выход из состава Российской Федерации путём всенародного референдума Республики Тыва». Обстановка и в стране, и в самой Туве была такая, что выход вполне мог состояться — выезд тех, кого тувинцы называют «орус» (а не «урус», как в статье), то есть нетувинцев, принял массовый характер в 1992 году, да и до этого, начиная с заката перестройки, люди стали Туву покидать. Квартиру мы сумели продать за бесценок в 1994-м, покупать её долго не хотели, намекали, что в конце концов бросим так. Бываю в Туве с тех пор почти каждый год, но коротко — по два дня, по неделе. В конце 1990-х — начале 2000-х разруха и запустение бросались в глаза, в последние годы центр Кызыла слегка привели в порядок.

— Как вы оцениваете ситуацию в Туве в постсоветские годы, из-за чего, по-вашему, регион стал аутсайдером России по многим социально-экономическим показателям?

Телеграм-канал NEWS.ru

Следите за развитием событий в нашем Телеграм-канале

— В начале 1990-х закрылись почти все предприятия, в том числе кобальтовые, асбестовые комбинаты, завод ЖБИ, где изготавливали плиты для домов. Молочные продукты, да практически всё стало завозиться из-за Саян. Уехали многие специалисты, постоянно происходил передел собственности, причём по рецептам «бандитских войн», и собственность эта в итоге просто обесценивалась, разрушалась. В статье написано, что с мясом сейчас в Туве всё нормально. Ну хоть это радует. Лет 10–12 назад и баранины было не купить, торговали мясом яков, так как всех остальных съели, а разводить перестали.

Фото: GTW/imageBROKER.com/Global Look Press

— Одним из уроженцев республики является глава Минобороны Сергей Шойгу, его там почитают и ценят. Он как-то помогает малой родине или вся любовь к нему — это лишь проявление землячества?

— Как конкретно помогает, не знаю. Но если бы не сознание того, что у них есть такой человек, они бы совсем одичали. Хотя настоящие националисты не считают Шойгу тувинцем (мать то ли русская, то ли еврейка), да и про нынешнего главу республики распускают слухи, что какой-то из его предков был русским. А чистота крови для немалой части тувинцев очень важна. Хотя история тувинцев как этноса довольно туманна.

— Считаете ли вы правильной реакцию главы республики Шолбана Кара-оола на репортаж журналистов в виде слов «писаками, безусловно, займутся юристы»? Не является ли это скрытым давлением и угрозой на СМИ?

— Вот прямо клеветы я в статье не увидел. Сам глава республики признаёт, что положение в Туве очень тяжёлое. В том числе и с преступностью. Межнациональные проблемы сейчас не так остры, так как русских осталось ничтожно мало, но режут люди друг друга по-прежнему щедро. В основном по-пьяни. Может быть, главе республики хотелось бы надавить на СМИ, но вряд ли у него найдутся доводы, чтобы оспорить изложенное в статье.

— Действительно ли в Кызыле и других городах республики гостю из другого региона очень опасно появляться на улице в вечерние часы?

— Помню, в 1989 году и по Москве поздно вечером было не очень-то безопасно гулять, как и по многим другим городам. В Кызыле эта традиция — приставать к людям в тёмное время суток, набить морду, а то и пырнуть — сохранилась. Но необязательно нарвешься на агрессивную толпу. Как карта ляжет.

— Правда ли, что в республике процветает криминальная субкультура «чёрная армия»? Есть ли там какие-то особенности её существования по сравнению с соседними регионами?

— Про это слышу впервые, хотя отсидевших в Кызыле и в советское время было полным-полно и блатная культура пропитывала жизнь людей. А Кызыл тогда был вполне «русским» — тувинцев году в 1987-м там жило хорошо если процентов двадцать. Может быть, среди нынешней тувинской молодёжи — вернее, её части — эта субкультура и есть. Но знаю, что и государственников среди молодых тувинцев немало.

Фото: Артем Геодакян/ТАСС

— Почему, по-вашему Тува до сих пор является инфраструктурно оторванной от соседних регионов? Почему туда до сих пор не протянули железную дорогу, хотя Владимир Путин в 2011 торжественно закладывал первый участок, а затем обещал помогать с этим вопросом?

— Железная дорога — спорная вещь. Она нужна в первую очередь для вывоза из Кызылской котловины коксующегося угля редкой марки. Сейчас его возят на грузовиках, от станции Минусинск гонят поездами на металлургические комбинаты. Но грузовики — это мало и дорого. Если проведут железную дорогу, то наверняка вся котловина превратится в огромный угольный разрез. Тогда Кызыл вообще задохнётся. В статье описывается смог в Кызыле. Он не только из-за того, что топят углём. Печи топят коксующимся углём, который плохо горит. Высыпаешь ведро, потом выгребаешь полведра шлака. Этот уголь не для печек в избушках и даже не для ТЭЦ. Газ в Туву не проведён, нефтеперерабатывающих заводов, кажется, нет. Поэтому греются при помощи такого угля. Дышать зимой в Кызыле нечем.

— Насколько велика вероятность «отрыва» Тувы от РФ, о чём упоминается в репортаже «Знака»? Какую роль играет там пантуранизм, или местный национализм?

— Формального отрыва от России Тувы наверняка не будет. Были такие настроения на рубеже 1980–1990-х, до сих пор жив и здоров тот, кто эти настроения разогревал — Бичелдей (тувинский учёный и политик Кадыр-оол Бичелдей. — NEWS.ru). И куда Туве отрываться? Монголы тувинцев не любят, отдельным государством Тува быть не может — нет ресурсов, а какие были — в руинах. А вот отрыв от России в культурном плане уже давно произошёл. Когда я привёз в Туву свою жену в 2017 году, она не могла поверить, что это часть России. Она бывала в глубинном Китае, поэтому сравнила Туву с отдаленной от Пекина и Шанхая китайской провинцией. Русского языка на улицах не слышно, даже судопроизводство часто ведётся на тувинском языке — это правда. Может, для многих тувинцев это и хорошо, такая автономия.

Фото: Кирилл Кухмарь/ТАСС

— Как в Туве относятся к советскому наследию? Сохраняется ли память об одном из основополагающих политических деятелей республики, а также создателе тувинской литературы Салчаке Токе и его супруге Хертек Анчимаа-Токе, которая, возглавляя тувинский хурал ещё до вхождения республики в состав СССР, стала первой в мире женщиной — избираемым главой государства?

— В 1990-е коммунистов в Туве было очень много, они были сильны. Но одни уехали, другие умерли, третьи поддержали Ельцина, который обещал суверенитет да и, в общем-то, исполнил обещание. Советское наследие для тувинцев делится на три этапа: первый — когда Тува была формально независимой (до 1944 года) и была, опять же формально, братом Советского Союза, помогала победить Гитлера, второй — когда Тува (по мнению многих тувинских историков с нарушением процедур) вошла в состав СССР, началось активное строительство, промышленное развитие, но русские не вжились в землю Тувы (хотя несколько тысяч русских крестьян и купцов жило в Туве с конца XIX века, в том числе и мои предки со стороны одной из бабушек), третий — когда русские вжились, их стало всё больше и больше, их число почти сравнялось с тувинцами, тувинский язык стал хиреть, тувинская культура ушла из повседневной жизни на сцену филармонии. Ну и при первой возможности началось возрождение. К сожалению, в том числе и с помощью ножей. Помнят ли тувинцы Салчака Току и тем более его жену, не могу судить. Националисты, знаю, его проклинают: по его приказу были репрессированы те, кто образовал тувинскую государственность в 1921 году, он стал инициатором вхождения в СССР, причём на правах даже не республики, а автономной области.

— Каким вы видите будущее республики при нынешней ситуации. Что по-вашему необходимо делать властям Тувы и Москве, чтобы вытащить этот субъект из нищеты, засилья криминала и бесправия?

— Самый лёгкий ответ: возрождать предприятия, налаживать производство, поднимать животноводство. Но на деле это очень сложно, а может, и невозможно. Многие тувинцы живут на разнообразные пособия. Многие живут бедно и привыкли к этой бедности. Если многие русские не хотят работать, то тувинцы и подавно. В Туве, по крайней мере, ещё лет семь-десять назад было полно гастарбайтеров. В основном киргизов, которых сложно отличить от тувинцев. Как сейчас, не знаю. В Туве красивейшая и разнообразная природа, много целебных источников. Но туризм практически на нуле. И дорого, и всё-таки небезопасно, и нет пресловутой инфраструктуры. Но не всё так беспросветно, как написано в статье. Например, возле Чадана, родного городка Сергея Шойгу, проводится уже много лет музыкальный фестиваль «Устуу-Хурээ». Съезжается множество молодых людей с палатками. На фестивале царит сухой закон, хотя и не очень строгий. И никакой поножовщины, кажется, за все эти годы не было. Жители настроены доброжелательно, приезжие ведут себя вежливо и свободно. Я был просто поражён атмосферой. Вся Тува могла бы стать такой вот территорией любви и дружбы. Тем более не исключено, что Шамбала находится как раз в Туве. Есть и местность, которая с древности называется «Средний Шамбалыг». Чем не бренд? Впрочем, караваны туристов, вытаптывающих скудную тувинскую степь, тоже не выход.