Сборная России по гандболу завершила участие в чемпионате мира раньше желаемого. Левый крайний ЦСКА и сборной России Игорь Сорока объяснил, из-за чего команда упустила шанс попасть в плей-офф турнира, как отреагировал на произошедшее главный тренер команды Велимир Петкович, а также рассказал, как себя чувствует, вернувшись в ЦСКА.

— С момента завершения выступлений на чемпионате мира прошло достаточно времени. Как сейчас оцените матчи сборной?

— Не считая последнего матча со шведами, который мы смазали, общее выступление считаю успешным. Мы довольны тем, что из первой группы вышли без поражений с лидирующего места, когда в нас в принципе особо никто не верил. У нас новая омоложённая команда, новый тренер.

— Что помешало пройти дальше?

Телеграм-канал NEWS.ru

Следите за развитием событий в нашем Телеграм-канале

— Может, какая-то спортивная неудача, но в большей степени — нехватка опыта играть такие сложные матчи, потому что многие партнёры впервые вышли под первым номером на таком масштабном турнире. На них легла большая ответственность. В моментах мысленно и морально не справились: перегорели, где-то были лишние мысли, где-то побоялись.

— Как сказалось отсутствие полноценной подготовки перед первенством?

— Сейчас тренер [Велимир Петкович] демонстрирует новое видение гандбола. Конечно, чем больше тренировок и совместной работы, тем было бы лучше. Но я думаю, что со временем мы станем только сильнее.

— Вы отметили, что команда вышла во второй групповой раунд с первого места, но вопрос по игре всё равно есть. Матч с корейцами. Да, победили, но ощущение, будто команда немного подрасслабилась. Или это ошибочное мнение?

— Я бы не сказал, что мы подрасслабились, Велимир Петкович и тренерский штаб дал больше поиграть резерву. Мы знали, что турнир очень длинный, а этот матч ничего не решал. Нашей целью было выиграть, при этом затратив минимум сил и эмоций, потому что готовились к дальнейшим соперникам. Выходить на площадку через день после длинной дистанции очень тяжело.

— Несмотря на это, в первом матче против Египта коллектив было не узнать. Не было командной игры ни в атаке, ни в защите. Что случилось?

— Я думаю, большую роль сыграла моральная составляющая. Мы осознавали, что играем с хозяевами турнира и ждали, что где-то судьи будут на их стороне, нам необходимо играть безошибочно, если хотим победить. Начало что-то не получаться, команда поплыла, судьи где-то не давали играть. Вторую 15-минутку первого тайма мы провели ужасно: голы не удавались, в ворота буквально ничего не залетало, допускали ошибки. И получился отрыв, который при благоприятном судействе для хозяев сократить уже было нереально.

Фото: rushandball.ru

— Но с македонцами все вернулись в строй. Сразу было понятно, что тяжёлой игры от соперника ожидать не стоит? Как так быстро удалось восстановиться?

— Мы знали, что если будем играть не на 100%, то македонцы могут перехватить инициативу, соперник же не выходил на поражение. Перед нами стояла задача сразу показать, что мы лучше, сильнее и у них не будет шансов — именно с таким настроем вышли на площадку. Без доли страха, играли свободно, как и должны были себя показать с тем же Египтом или шведами. Но там мы перегорели, нам пока не хватает опыта участия на крупных турнирах. А с македонцами знали, что должны выигрывать с первых минут.

— Что с египтянами, что со шведами вышли перегоревшими. Но последняя игра была решающей. Как же так? В наши ворота залетели буквально все мячи. Что это было?

— Само слово «перегореть» ты не понимаешь до матча. Об этом начинаешь задумываться непосредственно в моменте игры. Оно означает, что мы много думали о сопернике, об ответственности, где-то мы надеялись, что хорошо подготовились, а по факту мысли мешали сосредоточиться.

— Что упустили при анализе шведов?

— Тяжело сказать, что что-то упустили. Мы посыпались, потому что вратарь начал хорошо отбивать, у соперника всё проходило, мы почувствовали неуверенность в дальнейшем. У шведов всё проходило, они шли напором, а мы не могли забить.

— В моменты, когда на площадке понимаете, что сопернику откровенно везёт, а вашей команде буквально не удаётся хоть как-то сократить отрыв, что вы чувствуете?

— В первую очередь большое разочарование, но мы знаем, что игра длинная, должны перестроиться, перехватить инициативу, хотя бы попытаться. Даже если ты не выиграешь матч, то должен выглядеть достойно. После перерыва мы ненамного сократили отставание от шведов, но затем удача снова от нас отвернулась, стали легко получать быстрые голы в свои ворота во время контратак. В то же время быстрая игра у нас не складывалась, потому что не могли отстоять в защите — опять же показатель. Тяжело, конечно.

— У вас один из лучших показателей по исполнению пенальти, но против Швеции практически ничего не залетело. Так в вашем случае проявилось «перегорание»?

— Я анализировал семиметровые броски после матча и сейчас понимаю, что к этой игре смотрел чересчур много видео. И когда подходил пробивать пенальти, то думал, что голкипер поступит именно так, как я изучал по видео. А надо было отпустить и играть проще, дать волю интуиции, а не думать головой. Это был самый важный матч, мы хотели сделать всё правильно, но обыграли только самих себя в голове. Зато получили большой опыт от таких матчей. Я уверен, дальше результат будет только лучше. В таких играх закаляется характер.

Фото: Mohamed Abd El Ghany / POOL/ТАСС

— Какой итог подвёл главный тренер сборной Велимир Петкович?

— Если в двух словах, то он поблагодарил за работу, остался доволен турниром, кроме последнего матча. Им никто и не может быть доволен. Он сказал, что мы устали играть столько встреч через день. Нам правда не хватает опыта выходить на площадку в таком режиме. Тем не менее он видит положительные стороны: было не так много времени в работе с ним, не хватило дней на подготовку, матчи со словенцами и белорусами очень понравились. Дальше мы будем становиться только сильнее. Будем исправлять плохое и оставлять хорошее.

— Международная федерация гандбола лишила мужскую сборную России флага и гимна на турнире. Какие чувства испытывали?

— В первую очередь разочарование. Ты выходишь, не слышишь гимна, не видишь герба и флага. Перед матчем чувствовали только одно — злобу за всё это, собирались с мыслями: «Ну ничего, мы вам всё равно покажем, кем являемся». Причём в первой части турнира нам это удалось, а дальше не хватило морально и физически.

— В итоге сборная заняла 14-е место. Последние три первенства мира закончились для нас на 19-м, 12-м и 14-м местах. Не пугает, что мы как будто топчемся на месте?

— Мы заняли 14-е место с абсолютно новой командой и тренером — это шаг вперёд, а не назад. Это уже неплохо. Но я думаю так: мы отправились на чемпионат мира с wild card, вообще не отобравшись, и из корзины четвёртой восьмёрки — самой слабейшей корзины. На всякий случай — это места 24–32, если не ошибаюсь. А в итоге мы боролись за выход в восьмёрку сильнейших стран мира, не прошли, и по очкам попали во вторую восьмёрку. Я считаю, для первого раза новым составом — это хороший результат. Мы могли быть выше, сложись всё немного по-другому. Мы на правильном пути и будем показывать только лучший результат. В следующий раз мы войдём в десятку, а дальше по ступенькам поднимемся до достойного уровня, чтобы играть за медали и финал.

— Вы вернулись в расположение ЦСКА. Как себя чувствуете?

— Физическое состояние отличное благодаря тому, что попросили у тренера два с половиной дня выходных. Это то, что нам нужно было для перезагрузки, потому что до середины января у нас не было выходных дней. Сейчас всё отлично.

— В феврале у «армейцев» очень много матчей в связи с переносами встреч на европейской арене. Как физически команде справиться?

— Думаю, что тренеры и наши специалисты по физподготовке лучше знают ответ на этот вопрос. Но нам прислали расписание: у нас действительно очень много игр, именно поэтому мы будем проводить по одной тренировке в день, чтобы не перегрузить команду. Много тренироваться будет лишним, потому что каждые три дня какой-то матч и переезды.

— На отдых времени совсем не остаётся?

— После каждого матча в программе у нас стоит выходной. Если после тяжёлых игр сразу начинать тренироваться, то складывается накопительная дополнительная нагрузка. Я считаю, что у нас не должно быть реальных проблем с физическим состоянием. Наши специалисты правильно всё сделали.

— ЦСКА проведёт по два матча с французским «Монпелье» (9 и 10 февраля) и шведским «Алингсосом» (16 и 17 февраля) в Москве. Помогут ли домашние стены?

— Конечно, это играет роль. Ты играешь дома в присутствии своих болельщиков. Я слышал, что квоту увеличили с 25% до 50%. Половина зала болельщиков, друзей, родственников — это всегда гонит команду вперёд, несмотря ни на что. Когда что-то не получается, трибуны нас подбадривают. В своих стенах играть всегда легче.

— Будет ли особый настрой на шведов, которые не пустили в плей-офф чемпионата мира?

— У нас всегда особый настрой. Тем более «Алингсос» — один из главных конкурентов для нас в Лиге Европы, поэтому нам важно их одолеть. К сожалению, я не помню, играет ли кто из этих шведов в сборной. Но, наверное, мне захочется поквитаться и не пустить их с лучшего места в серию плей-офф Евролиги.