Окончание Второй мировой войны привело к ожесточенному противостоянию СССР и США. Первоначально у Вашингтона было преимущество — они первыми взорвали атомный заряд, а потом первыми и единственными применили атомные бомбы против Японии. СССР пытался наверстать упущенное — в 1949 году Москва провела свои ядерные испытания. В этот момент, пытаясь не упустить ядерную монополию, Вашингтон начинает проводить агрессивную политику по всем регионам мира. Рассматривается вариант насильственного свержения просоветских режимов в Восточной Европе и даже ограниченная война с ними. Однако испытание СССР в 1953 году водородной бомбы положило конец этим решениям. От прямого военного противостояния с советским блоком США переходят к стратегии «сдерживания».

Бег к ядерной бесконечности

Июль 1946 года, атолл Бикини, на горизонте расцветает быстро увеличивающийся ядерный гриб. Советские наблюдатели даже бровью не ведут. Нет, физика, конечно, отличная, взрыв впечатляющий, но нельзя показывать американцам свои эмоции. Вот уже год Москва ведёт с Вашингтоном психологическую войну, ставка в которой — независимая внешняя политика и сохранение своих зон влияния в Восточной Европе.

США поигрывают ядерной бомбой. Они — первая великая держава, которая испытала атомный заряд в июле 1945 года, а в августе — сбросила две бомбы на фашистскую Японию. У США огромный воздушный флот, они контролируют Мировой океан и пользуются поддержкой всех великих держав Западной Европы. СССР как таковой не представляет серьезной угрозы. Страна в руинах, армию демобилизуют, человеческие потери составляют более 25 миллионов человек — на восстановление уйдут десятилетия.

Вашингтон вполне серьезно рассматривает вопрос огородить СССР «санитарным кордоном». Вряд ли экономика Советов выдержит. Обладание ядерного оружия — отличный козырь в этой игре. Москве остаётся всячески принижать возможности нового оружия и бряцать оружием. Поведение СССР на внешней арене напоминает постоянное и агрессивное провоцирование политических кризисов по всем границам и регионам.

В 1949 году СССР взрывает свою первую ядерную бомбу. США лишаются атомной монополии. Вашингтону приходится пересматривать внешнюю политику, постепенно отказываясь от ядерного шантажа. Однако параллельно с этим США формируют работы над созданием супербомбы — водородного заряда мощностью 1 мегатонна и выше. Роберт Оппегеймер, один из научных руководителей американской ядерной программы, пытается убедить национальную администрацию начать с СССР диалог о разоружении. Ничего не получается. Госсекретарь Дин Ачесон, ссылаясь на советское поведение, заявил, что «убедить параноидального противника разоружиться, показав ему пример» — невозможно.

Считается, что после испытания СССР атомной бомбы глава государства Иосиф Сталин заявил физикам — «если бы мы промедлили с испытаниями, через 1,5 года испытали на себе мощь этого оружия». И не дав товарищам-академикам насладиться премиями имени себя, немедленно подписал их на создание советского варианта супербомбы.

Иосиф СталинФото: wikipediaИосиф Сталин

Взлом ядерной монополии

Теоретические и практические работы над созданием ядерного оружия СССР начал ещё до Второй мировой войны. Уже в октябре 1941 года на Антифашистском митинге учёных Петр Капица заявил, что в будущем появятся бомбы гигантской, невиданной сейчас мощности. «Мы ставим вопрос об использовании атомных бомб, которые обладают громадной разрушительной силой», — объявил он тогда.

В 1942 году начались целенаправленные работы над советским ядерным проектом. В приоритете было: найти месторождения ядерных материалов, создание технологий их переработки и обогащения, создание собственных образцов ядерного оружия, а также технологий и образцов их доставки до противника. Противником тогда считался Третий рейх и его союзники. Нет никаких сомнений — получи союзники по антигитлеровской коалиции бомбу в 1944 году — и атомный гриб расцвел бы над одним из немецких городов. Но в мае 1945 года фашистские государства в Европе были разгромлены. Оставалась только Япония. На ней американцы и отработали военное применение ядерного оружия.

К этому моменту СССР уже в целом решил теоретические и основную массу практических проблем, связанных с созданием атомного оружия. Особо помогла иностранная разведка, материалы которой ложились на стол Лаврентия Берии, непосредственного курировавшего его создание, и академика Игоря Курчатова, занимавшегося научной организации работ.

27 сентября 1947 немецко-британский физик Клаус Фукс, который принимал деятельное участие в «Манхэттенском проекте», передал СССР сведения о разработке в США бомбы, на порядок более мощной, чем обычная ядерная. В июне 1948 года советское правительство выпускает постановление, в котором требует от специально созданного под разработку ядерных вооружений КБ-11 проверить возможность создания водородной бомбы.

В работах участвует будущий академик Андрей Сахаров. Неизвестно, знал ли он о схеме американского физика Лео Сцилларда, которую тот озвучил в 1946 году, но предложенная им «слойка» очень напоминала её.

Схема будущей советской водородной бомбы была в общем-то простой. Дейтерий и изотоп уран-238 перемежались в заряде слоями. За счёт этого можно было запустить термоядерную реакцию, когда тяжёлые ядра гелия вышибают дополнительную энергию из ядерного заряда. Таким образом, при подрыве сгорает больше ядерного вещества, выделяется больше энергии — бомба получается в разы мощнее, а токсичное заражение окружающей среды меньше за счёт сгорания материалов во время реакции деления.

Весной 1950 года дело в советском «водородном проекте» продвинулось настолько далеко, что физики приступили к обсчету взрыва заряда. Для этого в Союзе применили ЭВМ «Стрела». Неизвестно, сколько человеко-лет она сэкономила разработкам, но, например, она за 17 часов просчитала все необходимые аэродинамические расчеты для самолёта Ту-104. Как считается, это сэкономило конструкторам более полугода работы, если бы они решили рассчитывать все вручную. И при этом, когда рассчитывали советскую бомбу, то каждый расчет повторяли дважды, а то и трижды. Ошибки исключались, работа была слишком важна для руководства страны.

«Если бы мы промедлили, через 1,5 года испытали на себе мощь этого оружия»

Результат и его последствия

Пока учёные и конструкторы собирали первую советскую супербомбу, в Казахстане началась подготовка к её испытаниям. На главном ядерном полигоне СССР — Семипалатинском — ударными темпами строились здания, возводились военные ДОТы, расставлялась военная техника. Был даже построен стотонный мост, а всего возведено 190 различных сооружений, включая особо защищенный бункер, в котором разместили сотни приборов и записывающую аппаратуру. Она должна была фиксировать параметры взрыва.

Не меньшую проблему представляла эвакуация населения. Метеорологи тщательно просчитали направления ветров во время запланированного испытания. Из зоны возможного заражения были эвакуированы несколько тысяч человек. Взрослые получили 600 рублей на человека (для сравнения: зарплата квалифицированного рабочего в те времена — 500 рублей в месяц). Семьи размещались в новых домах, которые пытались построить до испытания заряда, которое назначили на 12 августа 1953 года в 07:30 утра.

За несколько дней до испытания специальный, литерный поезд доставил советскую водородную бомбу на Семипалатинский полигон. Заряд собрали, провели его работу и повезли к месту испытаний. Его собирались взорвать на высоте 30 метров над землёй на специально построенной для этого вышке высотой 37 метров. Лифт поднял заряд на необходимую высоту и в нужное время по команде из спецбункера был произведен подрыв заряда.

Тут же начались проблемы. Во-первых, мощность заряда оказалась 400 килотонн — больше расчетных 300 килотонн. Во-вторых, вся земля на полигоне в радиусе пары километров просто расплавилась. Теперь это была стеклянная пустыня, которую ещё надо было утилизировать. В-третьих, ядерный гриб и выбросы ядерных изотопов были больше расчетных. Впрочем, тут сработали метеорологи — ветра отнесли основную массу осадков в мало- или даже необитаемые местности Средней Азии и Сибири. Экстраординарных вспышек онкологии потом не было зафиксировано.

Зато военный эффект был впечатляющим. В радиусе двух километров было уничтожено все. Абсолютно все. Стотонный мост отбросило на 200 метров, все его опоры и пролеты улетели в разные стороны и были искорежены самым зверским образом.

Короче, успех, победа и есть чем ответить США. Но тут физики выяснили, что в момент подрыва заряда во время термоядерной реакции была задержка на какую-то 1 микросекунду. В тот момент никто не понял — о чем это говорят высоколобые разработчики? Но в будущем это сказалось самым печальным образом. Мало того что «слойка» не позволяла получить водородное оружие мощнее одной мегатонны. Задержка в срабатывании приводила к тому, что до 1961 года несколько испытаний водородных зарядов провалились. Из-за запаздывании реакций не происходила термоядерная реакция.

Так что успешный, с первого раза, подрыв первой советской водородной бомбы РДС-6с был самым настоящим чудом. СССР повезло сумасшедшим образом. И это везение сказалось даже во внешней политике. Обладая водородной бомбой, Москва стала ещё более жёстко реагировать на любые попытки Вашингтона хоть где-то подвинуть её интересы. В 1954 году администрация республиканского президента Дуайта Эйзенхауэра приняла решение изменить стратегический подход к СССР. Вместо даже теоретических планов ведения ограниченной войны или силового свержения просоветских режимов в Восточной Европе Вашингтон сделал ставку на культурное, научное и экономическое противостояние. Именно такая стратегия принесла американцам успех.