Задержание хабаровского губернатора Сергея Фургала по обвинению в организации заказных убийств будет иметь далекоидущие последствия. Прежде чем рассмотреть их, остановимся на самой фигуре главы региона, несомненно, уже в самое ближайшее время бывшего.


Сергей Фургал прошёл путь, типичный для своего поколения в лице самых ярких его представителей. Десятый ребёнок в сельской семье, проживающей на самой границе с Китаем. Семья была хоть и многодетная, но крепкая, здоровая, непьющая — многие дети вышли в люди, как минимум четверо стали депутатами. Фургал поступил в медицинский институт — свидетельство честолюбивых устремлений деревенского подростка. Но свалившиеся на страну 90-е перевернули картину мира. Тогда почётнее и прибыльнее стало заниматься бизнесом, и после нескольких лет работы сельским доктором Сергей Фургал ринулся в предпринимательство.

В те годы торговля почти везде и всегда означала плотный контакт с криминалом — надо было платить дань рэкетирам, «заказывать» конкурентов, подкупать чиновников и т. д. На Дальнем Востоке преступность вообще переплелась с бизнесом и властью теснейшим образом. Достаточно вспомнить, что именно в Хабаровском крае под бандитов «легли» целые города: Комсомольск-на-Амуре контролировал «Джем»-Васин, в Хабаровске его интересы представлял «Пудель»-Податев. Авторитеты подменяли собой мэров и губернаторов. Тотальная криминализация бизнеса была следствием избранного тогда пути реформ и приватизации. Не забудем, что бывший губернатор края Виктор Ишаев находится под домашним арестом, против него выдвинуты обвинения в коррупции.

Разумеется, Фургал, поднимаясь — и очень быстро — в среде бизнеса, не мог не играть по правилам. Также, в соответствии с царившими нравами, обогатившись, он поспешил обзавестись сперва государственной должностью в структурах МЧС, а затем — депутатским мандатом, сперва краевым, а после Государственной думы — на целых 11 лет.

Сергей ФургалСергей ФургалСергей Карпухин/ТАСС

Не случаен был и выбор «крышевавшей» его партии — ЛДПР. К Жириновскому всегда охотно шли бандиты разного рода, которых всё-таки сторонились в других фракциях. Вспомним убитого ещё в 1994 году депутата Сергея Скорочкина, осуждённого по делу об организации убийства Галины Старовойтовой Михаила Глущенко, других петербургских депутатов-бандитов от ЛДПР — Вячеслава Шевченко, Михаила Монастырского. В 1999-м избирательный список Жириновского из-за насыщенности криминальными элементами даже не стали регистрировать в ЦИК, и ему пришлось в экстренном порядке создавать новый. Поэтому выбор Фургала был вполне закономерен, с ним в краевой закс от той же ЛДПР прошёл и его бизнес-партнёр Николай Мистрюков, уже арестованный и также обвиняемый в заказных убийствах.

Но то, что прощалось в 90-е и позже, сегодня может не сойти с рук. То, что Жириновский так подставил Кремль, выдвинув в губернаторы от своей партии возможного убийцу, может дорого ему обойтись, в том числе и на местных выборах в сентябре, и в следующем году на думских. ЛДПР своей неразборчивостью дискредитирует всю тщательно выстраиваемую систему, которой стараются придать лоск респектабельности.

Сотрудники администрации президента, которые позволили Фургалу пройти, а затем наполнить местные органы власти депутатами от ЛДПР и сделать своего родственника депутатом-преемником по своему избирательному округу, также сильно подставились. Поэтому кадровых выводов стоит ожидать и в Кремле.

Зачем Фургал, имея за собой такое прошлое, активно лез в публичную политику — не очень понятно. Наверное, он надеялся, что губернаторский пост даст ему ещё более надёжное прикрытие, чем купленный депутатский мандат. Может, он надеялся на срок давности, что грехи прошлого будут списаны его нынешними заслугами. В любом случае, он поступил опрометчиво, выдвинувшись в губернаторы, и теперь по цепочке потянет за собой многих других.

Сергей Фургал мог стать хорошим врачом-терапевтом. Но он предпочёл яркую и бурную жизнь, за которую теперь придётся отвечать. Пришло время платить по счетам 90-х. У многих представителей нынешней элиты в шкафах есть скелеты из прошлого, и для них арест Фургала — недвусмысленный сигнал.

У этого дела имеется и чёткое политическое послание: нельзя пускать процессы на самотёк, элита, сформированная в бандитскую эпоху, вполне криминальна, выдвинутый из её среды убийца может стать губернатором на свободных выборах. Нельзя доверять и избирателям — за подачку, из-за эмоций они легко изберут бандита. Поэтому в ближайшее время стоит ожидать дальнейшего ужесточения правил на губернаторских выборах, более придирчивого просмотра избирательных списков. Реальный федерализм по-прежнему отодвигается.

Ещё одним следствием ухода Фургала и предстоящих в течение года досрочных выборов губернатора может стать тема объединения края с ЕАО. С одной стороны, открывается «окно возможностей», когда под сурдинку можно провести референдум, с другой, как показывает пример Ненецкого АО, избиратели не в восторге от административных преобразований такого рода. Поэтому, как и во всех остальных аналогичных случаях, последнее слово остаётся за Кремлём.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен