Обширное интервью саудовского наследного принца Мухаммеда телеканалу CBS News и последовавшие за этим сообщения о «мирном» послании Эр-Рияда иранской стороне стали свидетельством мягкой позиции саудовского правящего дома. Похоже, что королевство оказалось не только не готово к жёсткому ответу на атаки против своей нефтяной инфраструктуры, но и склонно к некоторым уступкам. Военная элита Исламской Республики Иран (ИРИ) может смело говорить, что политика максимального давления на страну провалилась.


Мухаммед ибн Салман Мухаммед ибн Салман Dennis Van Tine/imago stock&people/Global Look Press

О неэффективности мер по давлению, в частности, сказал министр обороны ИРИ бригадный генерал Амир Хатами. Его высказывания приводят иранские СМИ. Подчеркнув растущий потенциал Тегерана в оборонной сфере, министр сообщил: иранское руководство приобрело такую ​​мощь, которая заставила американцев отказаться от активных действий военного характера. В тот же день, 30 сентября, власти ИРИ сообщили о получении послания от саудовского руководства, переданного через третью страну. Официальный представитель иранского правительства Али Рабии сообщил, что президент ИРИ Хасан Рухани получил соответствующее письмо. Рабии не уточнил, что конкретно содержалось в послании, но заявил: «Если Эр-Рияд готов к изменениям своей политики, то Иран приветствует это».

О том, на что готова саудовская сторона, можно было понять из интервью саудовского принца Мухаммеда ведущей американского CBS News Норе О'Доннелл. Разговор с наследником саудовского престола оставил впечатление, что он пытается оправдаться за «молчание» в связи с атаками, которые произошли в ночь на 14 сентября против двух крупнейших предприятий национальной нефтяной компании Saudi Aramco в Абкайке и Хурайсе. Принц сказал, что Саудовская Аравия — размером почти с континент и для неё исходит опасность отовсюду.

Трудно охватить всё это полностью, — пожаловался Мухаммед. — Средства ПВО Саудовской Аравии включают в себя ракетные системы Patriot и Hawk, которые не предназначены для нейтрализации беспилотников.

Почему принц сказал только о беспилотниках, хотя атака была скомбинированной и включала в себя ракеты, остаётся загадкой. Впрочем, если характер произошедшей в ночь на 14 сентября диверсии принц обошёл фигурой умолчания, то её значение для мировой экономики он преувеличил. По его словам, атака поразила «сердце глобальной энергетической отрасли» и поставила под угрозу 5,5% мировых поставок чёрного золота. Мухаммед отметил: если мир не предпримет решительных действий для сдерживания Ирана, последует только дальнейшее обострение: поставки нефти будут прерваны, а цены на неё подпрыгнут до невообразимо высокого уровня. Было ощущение, что принц пытается апеллировать к своим более могущественным союзникам, от которых во многом зависит, будет «наказан» Иран или нет.

О'Доннелл спросила принца, должен ли последовать на «нефтяные» диверсии военный ответ. Мухаммед выразил надежду, что силового сценария не будет. По его словам, политическое решение намного лучше, чем военное. Наследник саудовского престола выразил уверенность в том, что атаки не имели за собой стратегической цели. Однако последние данные агентства Fitch говорят, что цель у атакующих всё-таки должна была быть. Корпорация понизила кредитный рейтинг Саудовской Аравии на одну ступень, сославшись на «растущую геополитическую и военную напряжённость в регионе Персидского залива». Те, кто напал на НПЗ Saudi Aramco, прекрасно знали, как это отразится на инвестиционной привлекательности королевства.

twitter.com/Sali1212Ali

Ответственность за нападения на саудовские нефтяные предприятия США, Великобритания, Франция и ФРГ ранее возложили на Иран и лояльные ему формирования. По их версии, атака была организована с применением беспилотников и ракет. В Тегеране считают обвинения беспочвенными, однако не могут скрыть своё удовлетворение общей ситуацией вокруг Персидского залива. Заявления саудовского принца, которые, как становится очевидно, никак не реанимировали представление об уровне безопасности в Саудовской Аравии, говорят о том, что все операции, предпринятые иранской стороной или её посредниками, имеют свою результативность. В ответ на экономические санкции США экстратерриториального характера Иран «ответил» ударом по деловой репутации их важнейшего ближневосточного союзника, продемонстрировав уязвимость его экономической инфраструктуры. Это приглашение к войне нового типа, в которой у апологетов экономических рестрикций почти нет никаких шансов.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен