В Санкт-Петербурге завершился суд над историком Олегом Соколовым. В ноябре 2019 года он убил и расчленил свою возлюбленную, 24-летнюю Анастасию Ещенко. Пытаясь избавиться от частей тела убитой, мужчина упал в реку Мойку, где его и обнаружили. Вину Соколов признал, но в ходе процесса он и его защита пытались убедить суд, что на преступление его спровоцировал научный оппонент доцента Евгений Понасенков. Вчера, 14 декабря, в Октябрьском суде Санкт-Петербурга состоялись прения сторон — гособвинитель попросила назначить Соколову 15 лет колонии строгого режима, а сам историк выступил с последним словом. Подробности — в материале NEWS.ru.

14 декабря закончилось судебное следствие по делу историка Олега Соколова, в этот же день суд решил перейти к прениям. Гособвинитель попросила суд признать его виновным в убийстве и в незаконном хранении оружия (ч.1 статьи 105 УК, ч.1 статьи 222 УК). По мнению прокурора, Соколов заслуживает 15 лет заключения в колонии строгого режима.

Представитель потерпевших Александра Бакшеева поддержала позицию гособвинителя. По её мнению, явка с повинной Соколова, которая есть в уголовном деле, не должна являться смягчающим обстоятельством. Признательные показания были даны им лишь после того, как он оказался под подозрением, а не добровольно, как того требует УПК. Бакшеева ходатайствовала не учитывать это в качестве смягчающего обстоятельства.

Кроме того, представитель потерпевших и вовсе поставила под сомнение признание Соколовым вины и его раскаяние в преступлении. В качестве аргумента она привела поведение подсудимого в процессе, где он нелицеприятно отзывался о погибшей, рассказывал о её изменах, пытался выставить провокатором и соучастником убийства Евгения Понасенкова, то есть всячески снять с себя ответственность.

Она заметила, что действия Соколова после убийства мало похожи на действия человека в состоянии аффекта: он принимал гостей, съездил в магазин, чтобы сменить запачканный кровью Анастасии матрас, даже успел связаться с посольством Франции по рабочему вопросу.

Просим суд критически отнестись к показаниям Соколова. <...> Его истинная натура проявлялась в отношении к любящим его девушкам. Признание вины и раскаяние не должны учитываться судом, — резюмировала Бакшеева.

Адвокат Соколова Сергей Лукьянов, в свою очередь, считает, что его подзащитный может претендовать на целый ряд смягчающих обстоятельств. По его мнению, это маленькие дети Соколова, признание им вины и раскаяние, наличие хронических заболеваний, активная помощь в раскрытии преступления, пребывание на момент убийства в длительной психотравмирующей ситуации, связанной с травлей со стороны Евгения Понасенкова, положительные характеристики из СПбГУ, из Российского военно-исторического общества и от его знакомых. Также в качестве смягчающего обстоятельства защитник назвал «аморальность поведения потерпевшей»: оскорбления в адрес Соколова и его детей от Ещенко. Он отметил, что это не оправдывает убийство, «но служит пониманию его причин».

Адвокат Сергей Лукьянов и его коллега Александр Торгашев попросили суд назначить Соколову наказание в пределах восьми лет лишения свободы.

Подсудимый в свойственной ему эмоциональной манере произнёс последнее слово — публикуем его полностью.

Олег СоколовФото: Александр Гальперин/РИА НовостиОлег Соколов

Хочу выразить глубокое и полное раскаяние в содеянном. Я не то что считаю, что должен, я хочу понести наказание. Я хочу быть наказанным по справедливости, а не за то, что мне вменили в вину СМИ — страшный садист, этакий профессор Мориарти и юная девушка. Спустя полгода после начала нашей семейной жизни Настя написала в своём дневнике: «Я люблю и любима. У нас прекрасные, идеальные отношения».

Чудовищные, страшные оскорбления, которыми потерпевшая осыпала моих детей. Грубейший мат-перемат, который записан на видео на моём смартфоне.

Мерзкая травля длилась два года, но уже через полгода после её начала Настя не выдержала. Она вступила в интимную связь с рецидивистом — так она решила меня наказать в мой 10-дневный отъезд. Мой адвокат Александр Торгашев встречался со свидетелем, который всё подтвердил. Она, утратив все чувства ко мне, не ушла от меня, а осталась, но теперь уже из корыстных убеждений: квартира в Петербурге, диссертация. С тех пор Анастасия изменилась: дикие сцены, агрессия.

Со временем агрессии стало поменьше. 10 июля 2019 года мы подали заявление в ЗАГС. 15 августа мы сообщили об этом друзьям.

2 сентября она написала мне в последний раз в смс: «Я вас очень люблю». 6 сентября, когда она вернулась из Москвы, она очень изменилась.

В ноябре она заявила, что ей срочно надо в архив в Москву. Полагаю, что Анастасия ездила в Москву, чтобы встретиться с людьми, с которыми в сентябре вступила в плотную связь, чтобы нанести удар по мне. Они предложили ей перспективы работы в Москве, взамен — громкий разрыв со мной. В этом был заинтересован только один человек — Понасенков.

Если бы Настя хотела просто уйти от меня, не было бы ничего проще. 7 ноября ей ничего не мешало после ужина лечь спать, а утром собрать вещи и уйти. Если бы она сказала: «Я вас любила, но больше не люблю». Слишком удобно было жить в просторной квартире в центре города, слишком удобно было быть с человеком, который поможет при защите диссертации, с которым в любой момент можно поехать в Париж, в Вену и так далее. Нелюди направили её на меня.

Я держался очень долго. Я до этого ни разу её не ударил! Но в этот раз агрессия была такая дикая, такая страшная. Моя жизнь полностью погублена. Нет той жизни научной, общественной. Моей жизни больше нет как таковой.

После смерти Анастасии я хотел уйти из жизни, но сделать это достойно — попрощаться с детьми. Поэтому я хотел скрыть следы преступления, да, мне было страшно.

Если бы сейчас передо мной была мать Анастасии, я бы дал ей в руки табельное оружие. Я бы сказал ей: «Если вы считаете, что я сделал это хладнокровно, выстрелите в меня!»

Главный злодей, который, узнав о трагедии, выложил ролик на YouTube, танцевал от радости. На него должен быть направлен ваш гнев.

Я наказан! Моя жизнь уничтожена. Я останусь до конца жизни зеком, мне не прожить столько в тюрьме, сколько мне здесь попросили.

Я хотел бы обратиться к родителям Анастасии, я хотел бы на коленях просить у вас хотя бы о снисхождении. Я ничего не боюсь! Мне уже бояться нечего. Я прошу у родителей Насти, чтобы они постарались понять, что их дочь была последней любовью в моей жизни. И у нас эту любовь вырвали. Простите хоть чуть-чуть, хоть капельку.

Олег Соколов историк, обвиняемый в убийстве

Приговор историку Соколову огласят 25 декабря.

Убийство произошло в квартире доцента 8 ноября 2019 года. У Соколова и Ещенко случился конфликт — девушка ревновала его к детям от прошлых браков. Аспирантка погибла от нескольких выстрелов в голову из ружья. Чтобы скрыть следы преступления, историк расчленил тело девушки и собирался уничтожить останки. Однако сделать этого не удалось: пытаясь выкинуть части тела в Мойку, Соколов не удержал равновесие и сам сорвался в реку. Его заметили прохожие и вызвали спасателей. Позже в рюкзаке, который был при доценте, обнаружили женские конечности.

Историк сразу признал свою вину, однако позже, уже в суде, пытался обвинить погибшую в том, что она вынудила его пойти на преступление. «Девушка, которая мне казалась идеальным созданием, превратилась в существо из страшной сказки», — объяснял он причину своего поступка.

Следователи отправляли Соколова на психолого-психиатрическую экспертизу, в декабре 2019 года институт им. Сербского признал его вменяемым.

В начале судебных слушаний по существу историк неожиданно отказался от своего адвоката Александра Почуева, широко комментировавшего его дело в СМИ. Новым защитником Соколова стал Сергей Лукьянов.