Доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедрой мировой экономики Российского экономического университета имени Г. В. Плеханова Руслан Хасбулатов был одной из ключевых фигур страны в первые годы её становления после распада СССР. Он возглавлял российский парламент с 1991 по 1993 год, на которые пришлись два серьёзных политических кризиса: августа 1991 года и сентября — октября 1993 года. В первом случае президент РФ Борис Ельцин и парламент в совместной борьбе с ГКЧП добились победы, во втором — противостояние развернулось уже между ветвями российской власти, закончившись расстрелом здания Верховного Совета России и арестом вице-президента АлександраРуцкого, самого Хасбулатова и их сторонников. После амнистии в феврале 1994 года Хасбулатов не бросил политику. В интервью NEWS.ru он призвал создавать России образ эффективного лидирующего государства, рассказал о традициях Кавказа и назвал одну из главных причин конфликта на Украине.

.

«СМИ только и писали, что Запад нам поможет...»

— Руслан Имранович, вы были одним из руководителей страны, когда происходил переход от СССР к СНГ, предложили создать Межпарламентскую ассамблею стран СНГ. Вы согласны с утверждением, что СНГ был «инструментом цивилизованного развода СССР»?

— Нет, конечно. Об этом и речи не шло, когда подписывались Беловежские соглашения. При всём моём критическом отношении к подписавшим их Ельцину, Шушкевичу и Кравчуку, они полагали, что Содружество каким-то образом заменит Советский Союз. Они провозгласили единое гражданство, открытые границы, общую валюту, единую пенсионную систему и другие социальные институты. Это определило спокойное отношение к СНГ россиян и жителей других союзных республик. Интерпретация СНГ в качестве «инструмента развода» появилась гораздо позже, когда действительно лидеры союзных республик окрепли, вдруг почувствовали, что их территории могут развиваться без единого центра координации. Это было ложное представление.

Встреча президента РФ Бориса Ельцина и председателя Верховного Совета Литвы Витаутаса Ландсбергиса, (справа налево): Павел Грачев, Руслан Хасбулатов, Б. Ельцин, В. Ландсбергис, Аудрюс БуткявичюсФото: Дмитрий Донской/РИА НовостиВстреча президента РФ Бориса Ельцина и председателя Верховного Совета Литвы Витаутаса Ландсбергиса, (справа налево): Павел Грачев, Руслан Хасбулатов, Б. Ельцин, В. Ландсбергис, Аудрюс Буткявичюс

Другое дело, что людей в итоге обманули. Они ведь поверили, что их жизнь в СНГ хуже не станет. Но в реальности обрушились хозяйственные связи, экономики бывших союзных республик покатились в пропасть. Народно-хозяйственный организм СССР был комплексным и взаимозависимым. Когда рушилось одно звено, падали по цепочке все остальные. Помню, в Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджана производили детали для сложных механизмов, применяемых в самолётостроении. Эти детали перестали поступать, после чего такие производственные гиганты, как авиазаводы в Ташкенте, Казани, Воронеже, остановились на несколько месяцев, они были вынуждены налаживать новое производство этих небольших деталей. Тогдашние руководители постсоветских стран почему-то считали, что им будет помогать весь остальной мир. С какой это стати? Капиталисты без выгоды ни одну копейку никуда не вложат.

Я занимаюсь всю жизнь мировой экономикой, но моё мнение тогда среди членов руководства и правительства РФ было гласом вопиющего в пустыне — пролетало над ними безрезультатно. Все московские СМИ только и писали, что Запад нам поможет, он нас вытянет. Вот так и произошёл обвал жизни — без войн, эпидемий и других катаклизмов. Мы собственными руками уничтожили огромное государство и единую экономику. Трудности были вплоть до того периода, как мощный нефтяной поток не привлёк в нашу страну огромные деньги (по расчётам экономистов, это продолжалось с 2005 по 2015 год. — NEWS.ru), но они не были заработаны трудом правительства и людей, для них не нужны были высокие технологии и интеллектуальная работа профессионалов.

.

«России нужен притягательный образ страны-лидера»

— Постсоветское пространство раздираемо политическими противоречиями. Почему экономическое сотрудничество проиграло политической дезорганизации?

— В силу ряда обстоятельств. Перечислю три ключевых. Занимаясь мировой экономикой, я изучил историю возникновения практически всех интеграционных групп в мире. Конечно, на первом месте среди них [сейчас] стоит Европейский союз — по широте охвата стран, по глубине процессов, по всесторонности проникновения финансов и рабочей силы. Это в своём роде эталонная модель большой интеграционной системы. Все [государства СНГ] тяготели к Евросоюзу, стремились сотрудничать с Западом, с далёкими от нас США. Они считали почему-то недостойным сотрудничество друг с другом, крушили связи, пытались привлечь их капиталы. По сути, они обрывали соединительные нити, которые образовывали единый народно-хозяйственный комплекс СССР.

Сборочный цех микроавтобусов. СССРФото: Виктор Лисицын/Global Look PressСборочный цех микроавтобусов. СССР

Но главная причина проигрыша экономического сотрудничества в другом. Опыт Евросоюза показывает, что в интеграционной группе должны быть государства-лидеры — одно, два или даже три. По своей экономической мощи, социально-культурному развитию, по своим притягательным примерам. Вокруг них концентрируются менее развитые страны, которые хотят опереться на них, получить помощь и так далее. Вот в чём успех европейской интеграции!

К 1957 году, когда был подписан Римский договор, заложивший основу для Европейского экономического сообщества, уже были мощные экономики Франции, Германии, возрождалась быстрыми темпами Италия. Развивались хорошо малые страны Европы, такие как Бельгия, Нидерланды, Люксембург. Они стали ядром для остальных участников. Римский договор подписала «шестёрка» — страны, которые я сейчас привёл. А потом интеграция расширилась до 12 стран.

К сожалению, Россия не смогла стать лидером СНГ. Она не только не нарастила мощь, которая ей досталась в качестве наследства от РСФСР, но встала на путь разрушения. Пришли Гайдары, Черномырдины и другие. Они разрушили машиностроение, авиационную промышленность, станкостроение, да всё почти! Например, в советское время были созданы электронные предприятия, поскольку тогда уже знали, что роль электроники невероятно возрастает. Но правительство Ельцина разгромило все эти предприятия, самое современное оборудование при нём распродали на металлолом. В результате страна стала экспортёром углеводородов.

Да, высокие цены на нефть позволили наполнить огромными деньгами бюджет, но и сослужили плохую службу. Незаработанные в труде деньги размягчили правительство. Они увеличили коррупцию и ослабили основы исполнительной власти. Вместо того чтобы создавать новые предприятия, сбалансированно развивать сельское хозяйство, правительственные чиновники рассуждали: «А зачем нам это, ведь денег много — всё, что надо, купим в других странах. Газ, нефть, уголь, лес, зерно — они уже у нас неисчерпаемы!» А странам СНГ нужны были готовые изделия, которые Россия уже поставлять им не могла — газ, нефть, зерно есть тоже у других постсоветских стран. Но ведь нужен был притягательный образ страны-лидера! Лидеры Евросоюза дают другим странам первоклассные машины, станки, оборудование, всё, что надо, помимо бытовой техники.

Руслан Хасбулатов: России нужен притягательный образ страны-лидераФото: Wang Yunlong/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

Третий фактор: в России нет управленческих кадров, устремлённых на это сотрудничество. Я много по этой проблеме статей написал. Например, в Петербурге проводят экономический форум, на который приглашают людей со всего мира. А почему нет такого форума для стран СНГ? Даже сейчас, в условиях экономической блокады со стороны Запада, наши «порочные кадры» устремлены на этот же Запад. Сейчас под мощным напором президента Владимира Путина они что-то начинают делать, но я не верю в их заверения. Напомню, что благодаря настойчивости первого президента Казахстана и нашего президента стал реальностью Евразийский экономический союз. Но даже этот проект бюрократия не развивает, не только, кстати, российская, но и других стран СНГ, поскольку она тоже ориентирована на Запад.

— А роль Межпарламентской ассамблеи какова?

— В 1992 году её создали по моей инициативе. Её я задумал по аналогии с Европарламентом. Договорился с тогдашним мэром Петербурга Анатолием Собчаком — он выделил Таврический дворец, находившийся в плачевном состоянии, ремонт мы сделали за счёт Верховного Совета России. Собчаку понравилась моя идея, что Петербург приобретает статус межпарламентской столицы СНГ. Мы проводили заседания, принимали модельные законы рекомендательного характера для стран СНГ. Каркас был заложен неплохой, он и сейчас остаётся, но надо же вносить в него содержание. С исполнителями плохо у нас! Программы созданы, но в нынешних условиях этого недостаточно. Нужна перспективная программа развития народного хозяйства, науки и культуры, которую должны составить с участием Академии наук, университетов, творческих деятелей, научных организаций, крупных трудовых коллективов.

Журналисты беседуют с Русланом Хасбулатовым у него домаФото: Личного архива автора Олега КусоваЖурналисты беседуют с Русланом Хасбулатовым у него дома

— Парламентаризм на постсоветском пространстве проиграл авторитаризму?

— Конечно, проиграл. И в этом вина нашей страны. До переворота 1993 года (эти события называют Конституционным кризисом. — NEWS.ru.) все бывшие советские республики, в том числе и Украина, наши законы практически адаптировали для своего общества. Бывало так: звонит председатель парламента какой-либо республики и просит у меня текст закона и разрешение на его принятие с некоторыми изменениями. Парламентаризм тогда играл большую роль как в России, так и в других странах СНГ, в которых президенты считались со своими законодательными структурами, иными словами, брали пример с нашего разделения ветвей власти. Октябрьский переворот в Москве обрадовал этих президентов. Они пригласили председателей парламентов своих стран и предупредили: если не хотите, чтобы было, как в России, со стрельбой и кровью, заканчивайте со своим парламентаризмом. Те согласились, дали возможность президентам сформировать удобные для себя парламенты — фикции. Об этом мне рассказало полдюжины бывших спикеров в странах СНГ. Все эти страны встали на авторитарный путь после путча Ельцина в 1993 году. Предельно отрицательные последствия были у этого путча — и для самих стран СНГ, и для их международного авторитета. Запад, например, стал понукать российской властью. До этого они опасались Верховного Совета, потому что у нас была своя твёрдая позиция по многим внутренним и внешним вопросам страны, которая Запад не устраивала. Вот они Ельцина и поддержали.

— Существует ли СНГ в реальности? Оказывает ли оно влияние на современную политическую повестку?

— В какой-то мере оказывает, но всё-таки достаточно условно. Например, Молдавия остаётся в СНГ, но у неё откровенно враждебная позиция в отношении Российской Федерации, её руководству. Мечтает о Евросоюзе. Противоположный пример — Азербайджан, который соблюдает требования и принципы Содружества. Ведь членство в СНГ даёт существенные льготы в торгово-экономических отношениях с РФ. Я много писал о том, что Азербайджан необходимо вовлечь в работу ЕАЭС, предложив ему полноправное членство. Необходимо начать разблокировать отношения с Грузией. Грузины столетиями были близки к России, это один из самых любимых народов у нас. Грузию любили цари и генеральные секретари. Травму Грузии я понимаю, но надо начинать диалог и процесс сближения без посредников. Мы же соседи!

Тбилиси. ГрузияФото: Vladimir Valishvili/Russian Look/Global Look PressТбилиси. Грузия

.

«На Украине повторяются наши ошибки 1990-х годов»

— Как вы считаете, каким образом мы пришли к нынешней ситуации с Украиной? Можно было предсказать что-то подобное в начале 1990-х годов?

— Откровенно говорю, что нет! Я стоял у истоков наших постсоветских отношений. Я дружил с Кравчуком, главой парламента. Я бывал в Киеве, они — в Москве. Мы часто общались. И, конечно, неприятно и неожиданно было наблюдать набирание на Украине антироссийской скорости. Во власть потом пришли другие люди, которые были далеки от политических процессов 1990-х годов, но они были далеки и от украинской жизни. Они оказали своё влияние на процессы.

Но, к сожалению, не на высоте оказалась наша дипломатия. Помните, был у нас министр здравоохранения и социального развития Михаил Зурабов. Своей монетизацией льгот он чуть было не организовал в стране восстание пенсионеров. Хорошо, что в бюджете были деньги от углеводородных доходов. Их стали выделять, чтобы приглушать недовольство людей, — в итоге суммы оказались гораздо большими, чем те, которые горе-министр хотел сэкономить на льготах пенсионеров. Хорошо помню, как тогда был обеспокоен президент России, который смог исправить ситуацию. Но затем Зурабова назначили послом в Киев. Он там ничего полезного не сделал. А это же огромная страна-сосед, в которой должен работать самый опытный дипломат в России с огромным аналитическим аппаратом. Чем там занимался Зурабов — только он и знает.

А до Зурабова послом работал Виктор Черномырдин. Я очень хорошо знал этого человека и потому искренне удивлялся: что он там мог вообще сделать? Ну, не тянул он на посла, прежде всего, по своим интеллектуальным качествам. Вот эти два «великих посла» и провалили свою работу. Неужели в МИД не видели, что они там вытворяют? А потом вспыхнул Майдан и прогнали Януковича, произошло откровенное вмешательство европейских стран, хотя эти послы прежде докладывали президенту Путину, что всё нормально, всё хорошо. Он же не может выполнять за всех работу! Поэтому нам не надо снимать с себя свою часть вины за происходящее на Украине.

Хотя вопрос, конечно, сложный, его разбирают сейчас самые разные специалисты — целый комплекс проблем стоит за этим кризисом. В какой-то степени на Украине повторяются наши ошибки 1990-х годов — Запад, мол, поможет! Безудержная вера в Запад. Она повторилась там в более тяжёлой и длительной фазе.

Майдан. Украина. КиевФото: Teun Voeten/ZUMAPRESS.com/Global Look PressМайдан. Украина. Киев

.

«Мечтаю, чтобы наши лидеры поняли, что пора создавать общекавказский дом»

— Перейдем к вашему родному Кавказу, который вы знаете, как я много раз убеждался, очень хорошо — и историю, и современность. Можно ли сказать, что кавказские народы тяготеют к авторитарной форме правления, а не к демократической?

— Нет, нельзя так сказать. Возьмём Южный Кавказ. В прошлом там веками была Персия, начиная с Ахеменидов. Они установили надстроечные полудиктаторские формы власти, но нижние этажи кавказского общества жили не под диктатурой. Общество имело свои органы волеизъявления, выбирало себе руководителей. На Северном Кавказе было иначе. Там в обществе господствовала полувоенная демократия. Правители избирались, но и контролировались. Элементы народной демократии там были развитыми. Северокавказским народам постоянно приходилось отбиваться от внешних врагов. Они входили в союзы, естественно, которые возглавляли военные правители. Значит, и элементы авторитаризма там были. Но в целом нельзя сказать, что кавказцы тяготеют к авторитарным общественным отношениям. Наоборот, большую роль у кавказцев играли личности — свободу они ценили больше жизни. Свобода и диктатура — полярные понятия. Хотя в определённых условиях наступала жесточайшая дисциплина, подчинение единой воле во имя сохранения родины. Когда опасность проходила, общество переходило к другой жизни: минимум налогов, взаимопомощь, забота о бедных людях. Нищих северокавказцев никогда не было!

В скором будущем, надеюсь, издам труд о России в десяти томах, один том посвящён Кавказу. В нём история, современность, политика, экономика, культура.

Руслан ХасбулатовФото: Личного архива автора Олега КусоваРуслан Хасбулатов

— Будут в этом томе размышления о концепции развития Кавказа?

— Концепцию эту я уже излагал не раз краткой фразой: «Кавказ — един». Это многоэтническая целостность. Кавказ самоуправляем и потому никакие заокеанские правители здесь быть не должны. В регионе разные государства, но в целом Кавказ принадлежит кавказцам. Гостей мы любим, но пусть они ведут себя как гости и вовремя уходят. На Кавказе не нужны чужеземные базы. У кавказцев есть своя система взаимоотношений, обычаи, традиции, своя моральная, духовная и правовая культура. Мечтаю, чтобы наши лидеры поняли, что пора создавать «общекавказский дом», а не так, чтобы республики жили только интересами своих национальных «домов». Нужна влиятельная общественная структура интеллектуалов, культурных и духовных лидеров, которая могла говорить от имени всех кавказцев, с которой бы считались власти кавказских субъектов. Пусть ученые, писатели, мыслители предложат перспективу, потому что они знают прошлое и живут настоящим. Они многое видят.