Южная Корея наконец разрешила двум из пяти россиян, уехавшим из РФ после начала мобилизации, подать заявление на получение политического убежища. Это произошло спустя несколько месяцев их пребывания в транзитной зоне международного аэропорта Инчхон.

Хотя южнокорейский суд 14 февраля разрешил двум из пяти россиян, находящимся уже несколько месяцев в транзитной зоне международного аэропорта Инчхон, наконец покинуть ее и подать заявление на получение политического убежища, но прошение еще одного россиянина было отклонено, а у оставшихся двоих заявления по-прежнему находятся на рассмотрении. Таким образом власти Республики Корея (РК) пусть и начали решать ситуацию с россиянами, отказывающимися возвращаться в РФ из опасений быть мобилизованными в армию, но делают это крайне медленно. В Сеуле называют ситуацию «крайне непростой», напоминая, что под видом политических беженцев часто скрываются обычные гастарбайтеры.

Затянуть процесс

История, заставившая многих вспомнить известный фильм «Терминал», началась в октябре прошлого года в транзитной зоне Инчхонского международного аэропорта (ИМА) — главных воздушных ворот РК. Тогда, следуя из третьих стран либо прибыв из РФ, отказались лететь на родину трое россиян, которые мотивировали свои действия нежеланием попасть под частичную мобилизацию, объявленную в связи со спецоперацией РФ на Украине. Точные данные прибывших корейские СМИ не сообщают, назвав имя лишь одного — Андрей. В ноябре к ним добавились еще два человека. Все они подали в местную Иммиграционную службу прошение о предоставлении статуса политических беженцев, однако в рамках первичного рассмотрения Министерство юстиции РК, которому подчиняются иммиграционные структуры, отказало ввиду отсутствия оснований. Причину отказа чиновники мотивировали тем, что одно лишь объявление мобилизации не может быть основанием для запроса на убежище.

Однако находившиеся в аэропорту россияне не опустили руки. При помощи местных правозащитных организаций и общественных юристов они подали иск в суд к Минюсту РК, требуя аннулировать отказ чиновников.

Рассмотрение шло несколько месяцев, и вот наконец 14 февраля Инчхонский окружной суд, аннулировав отказ Минюста, удовлетворил прошение двух человек из тех трех, что находились в транзитной зоне с октября. В итоге эти двое, среди которых один — Андрей, получили возможность покинуть терминал и выехать в город, чтобы официально подать заявление с просьбой признать их политическими беженцами.

В отношении третьего их товарища отказ Минюста оставлен в силе. В суде отказались давать пояснение по поводу конкретных причин разницы в подходе, попросив дождаться официального пресс-релиза с итогами рассмотрения, в нем обещано прояснить все детали. Одновременно в процессе рассмотрения находятся прошения оставшихся двух граждан РФ, которые застряли в аэропорту Инчхона по аналогичным причинам с ноября прошлого года.

Адвокат Ли Чжон Чхан, который представлял интересы истцов в суде, а также члены правозащитных общественных организаций РК поприветствовали решение суда в отношении двух человек, пообещав продолжать борьбу за интересы третьего — его теперь ждет выдворение из страны. Стоит отметить, что разрешение подать запрос на статус беженца отнюдь не гарантирует его получение, но по крайней мере позволяет некоторое время жить в Корее и при желании затянуть процесс, оспаривая даже последующие отказы. Как стало известно, теперь россияне стали подчеркивать не только факт нежелания быть призванными на службу, но и наличие у них конфликта с властями РФ, а также — возможность наказания на родине из-за своих политических взглядов.

Фото: Kim Jae-Hwan/Keystone Press Agency/Global look Press

Визовый барьер Южной Кореи

Тем временем в Южной Корее признают, что оказались в очень непростом положении. С самого начала официальный Сеул, хотя и поддержал санкции Запада в отношении РФ, но пытался дистанцироваться от конфликта. По крайней мере, Южная Корея никогда не была в авангарде сторонников давления на Москву. Когда же в РФ была объявлена частичная мобилизация, то РК немедленно предприняла ряд шагов, поставив эффективные преграды на пути возможного потока тех, кто не желает служить в армии и пытается ради этого попасть в Южную Корею. Так, в октябре прошлого года власти РК запретили заход в порты Кореи нескольким российским яхтам, где были россияне. Сход на берег разрешили лишь двум гражданам РФ, которые ранее посещали Корею. В отношении остальных было сказано, что те «не смогли четко сформулировать цели визита». Однако уже тогда доминировало мнение, что реальной причиной отказа стало нежелание принимать возможных «уклонистов» и провоцировать большой поток перебежчиков.

Кроме того, тогда же власти РК хотя формально вернули безвизовый режим посещения Южной Кореи и для россиян, но теперь перед вылетом требуют получения электронного разрешения на визит в корейской системе К-ЕТА. При этом доля отказов в отношении мужчин-россиян, по некоторым данным, превышала 70–80%. В реальности это означало введение визового барьера, пусть и в электронной форме. Именно в этот период, в октябре 2022 года в аэропорту Инчхона, напомним, и застряли трое «невозвращенцев».

На власти РК давит сразу несколько факторов, делая их позицию сложной. С одной стороны, под влиянием западных СМИ, на основании публикаций которых складывается в местных газетах общая картина конфликта на Украине, к действиям России сформировалось в целом негативное отношение. Кроме того, акции правозащитников, а также достаточно эмоциональные публикации о сложностях постоянного нахождения в транзитной зоне аэропорта, а там россиянам пришлось встречать Новый год и Рождество, также сформировали общественное мнение в пользу «невозвращенцев». С другой стороны, в самой Южной Корее существует всеобщая воинская повинность, уклонение от армии порицается, возможность вооруженного конфликта с КНДР не исключена, а потому отказы от мобилизации не встречают большого сочувствия.

Фото: Daniel Kalker/dpa/Global Look Press

Чужих тут не ждут

Кроме того, чиновники прекрасно знают и другое. Корейцы могут эмоционально поддержать один-другой единичный случай принятия беженцев, но если в страну хлынет более-менее значимый поток иностранцев, то настроения резко развернутся в обратную сторону. Страны Запада уже давно критикуют Южную Корею за крайне сложную процедуру признания политических беженцев, но Сеул делает это сознательно. Корейское общество достаточно консервативно и очень сложно принимает иностранный элемент, если это не туристы, которые достаточно быстро покинут страну. Это уже было доказано большими спорами, которые развернулись, когда в Корею попытались въехать всего лишь несколько сотен беженцев из Йемена, а затем и из Афганистана. Странам Запада, в первую очередь США, пришлось очень сильно давить на власти РК, которые делали все возможное, чтобы отказаться от «гостей», так как против них была значительная часть корейского общества.

Есть и еще один фактор. Еще даже до начала СВО на Украине Россия и Казахстан неуклонно делили первое-второе место среди граждан других стран по количеству заявлений с прошениями предоставить статус беженца в Южной Корее. Однако в подавляющем большинстве случаев имели место не реальные опасения преследований со стороны властей в РФ или Казахстане, а лишь попытка остаться в Корее ради заработка. Некоторые особо «умелые» иностранцы стали делать из этого бизнес. Так, 12 февраля Иммиграционная служба РК заявила о задержании трех граждан Казахстана, которые за деньги предлагали помощь в подаче заявлений с прошением о предоставлении политического убежища. На эту удочку клюнули 157 иностранцев. Хотя их гражданство не сообщается, но учитывая, что главной мотивацией было избежать мобилизации в РФ и продолжить работу в Корее, можно с уверенностью предположить, что основными клиентами были россияне, а также казахстанцы. Мошенники смогли заработать 180 млн вон (около $130 тыс.). Власти РК задержали уже 14 из тех, кто воспользовался услугами брокеров, а остальные 143 их клиента находятся в розыске.

Схема с такими брокерами не нова и хорошо известна Сеулу, но до сих пор все это как-то спускали на тормозах. Псевдобеженцы использовали особенности корейского законодательства, которое позволяет почти до двух лет вести тяжбы с властями РК, пытающимися выдворить тех, кто претендует на статус беженца. Во время этих тяжб власти обязаны выдать иностранцам разрешение на работу, чтобы те имели возможность поддерживать свое существование. В итоге и получалось, что многие нелегальные гастрарбайтеры, прибыв в Южную Корею, затем, желая продлить свое пребывание, подавали на статус беженца.

Чиновники Министерства юстиции РК, отказывая в праве на запрос оказавшимся в аэропорту россиянам, не хотели создавать прецедент, чтобы транзитная зона не превратилась в новую лазейку для проникновения в страну. При этом, насколько известно, мобилизация в РФ действительно уже увеличила приток заявлений от находившихся на заработках в Корее россиян, которые пытаются превратиться в политических беженцев. Согласно данным издания «Хангере Синмун», которое ссылается на официальную статистику, в период с марта по конец ноября 2022 года прошения о предоставлении статуса политического беженца подал 851 гражданин РФ, что значительно больше, чем за аналогичный период 2021 года.

Несколько недель назад Иммиграционная служба приняла отрицательное решение по другому резонансному случаю, когда двое россиян ссылались на нежелание воевать и политические преследования. Однако в обосновании Минюста указано, что один из заявителей до этого несколько лет в Корее проработал нелегально и ему 39 лет, а это старше предельного возраста частичной мобилизации, а второй, который заверял власти РК в любви к корейской культуре и желании учиться в Корее, не оплатил учебу в вузе минувшим летом, решив пытаться нелегально остаться в стране еще до начала мобилизации.

Власти Южной Кореи, которые в целом не хотят получить новую головную боль, скорее всего, на скандал в аэропорту Инчхона отреагируют без излишней огласки, но весьма эффективно и так, чтобы не ссориться ни с кем, это любимый у корейцев вариант действий. Один из сценариев — введение правила получения предварительного разрешения по системе К-ЕТА для граждан РФ даже при транзитном следовании через Инчхонский международный аэропорт, что позволит заранее ограничить приток тех, кто не желает служить в армии, и при этом не выглядеть как страна, которая отказывается выдавать статус политического беженца.

Сеул