Открытие расширенной встречи по Афганистану в Москве, к которой 18 марта присоединились не только представители Кабула, но и члены запрещённого в России движения «Талибан», в очередной раз актуализировало вопрос о характере взаимоотношений между Кремлём и боевиками. Год назад эта тема находилась на пике внутригосударственных дискуссий в США из-за серии публикаций о каналах связи между талибами и российской военной разведкой. Несмотря на слабую доказательную базу, она едва не дала повод для новых санкций против Кремля. О том, зачем Москве приглашать к себе «Талибан» и готова ли российская сторона вывести его из чёрных списков, — в материале NEWS.ru.

Неофициальные каналы связи между талибами и глобальными державами существуют очень давно. И Россия здесь не исключение. До 2001 года соответствующие контакты поддерживались с ведома и одобрения международного сообщества, особенно действовавшей на тот момент «Группы 6+2», которая включала в себя граничащие с Афганистаном страны, а также РФ и США. Мосты были сожжены, когда созрел международный консенсус по поводу необходимости введения санкций против талибов. «Красной чертой» для Москвы стало и то, что боевики высказались за «признание независимости Чечни», не стали возражать против открытия «представительств» масхадовцев в Кабуле и Кандагаре, а также приютили у себя членов запрещённого в России Исламского движения Узбекистана.

Этого было достаточно, чтобы внести талибов в чёрные списки, а также присоединиться к выполнению резолюции Совета Безопасности ООН № 1333 от 19 декабря 2000 года, которая дала ход санкциям против афганских боевиков. Эти меры предусматривали эмбарго на поставки оружия талибским органам власти и ликвидацию террористической инфраструктуры в подконтрольных им районах. Москва действовала тогда, преследуя цель обезопасить свои южные границы. Но если её позиция до 2001 года была обусловлена принципами невмешательства, позже она пришла к идее формирования антиталибского альянса с привлечением круга региональных государств. Особую роль в этой политике сыграло объединение с участием полевых командиров северных провинций — Северный альянс.

Общий враг России и талибов

Существенно на российскую линию повлияло сначала обозначенное ещё администрацией экс-президента Барака Обамы намерение США вывести американский контингент из Афганистана, а затем — появление в республике сторонников «Исламского государства» (ИГ, запрещено в РФ). Это увеличивало опасность для центральноазиатских государств, а значит — и для России. Особым фактором для изменения её позиции стало то, что талибы вошли в конфронтацию с членами ИГ. В связи с этим спецпредставитель президента РФ по Афганистану Замир Кабулов открыто обозначил область сотрудничества с афганскими боевиками, заявив, что «интересы талибов и без стимулирования объективно совпадают с нашими», и сообщив о «наличии у нас с талибами каналов связи для обмена информацией».

Такое откровение не могло не стимулировать слухи о том, что РФ помогает «Талибану» оружием и финансами.

Развитие эти спекуляции получили после того, как талибы начали посещать Россию для участия в инициированных ею переговорных формулах. Первый значимый визит состоялся в 2018 году, когда в столице проходили консультации в «московском формате». После этого делегаты движения приезжали в гости в феврале 2019-го ради очередной встречи по Афганистану, которую российский официоз презентовал уже как инициативу афганской диаспоры — вероятно, чтобы снизить репутационные риски. Характерно, что администрация президента Афганистана Ашрафа Гани не жаловала подобные переговоры. На празднование 100-летия установления российско-афганских дипотношений в Москве Кабул отправил только посла, в то время как талибов представляли ряд функционеров политического крыла.

Побочный эффект

Безусловно, за счёт переговорных формул Россия поэтапно пыталась показать США свою незаменимость в процессе урегулирования афганского кризиса и своё влияние на политических и вооружённых противников Кабула. Но побочные эффекты такой дипломатии росли. В 2020 году в западных СМИ появилась серия публикаций о том, что некое подразделение российской военной разведки якобы предлагало талибам вознаграждения за убийство военнослужащих международной коалиции в Афганистане. Несмотря на слабую фактологическую базу (СМИ цитировали одно донесение информатора американских спецслужб, которое так и не было проверено должным образом), в конгрессе предложили ввести санкции против Кремля.

Важно заметить, что такой новостной контекст создал комфортную ситуацию для талибов, которые получили возможность шантажировать США своими поездками в Россию, показывая, в каком направлении может двинуться их «дипломатия», если американские переговорщики будут колебаться в вопросе уступок. Насколько будет работать этот рычаг давления в эпоху президента Джо Байдена, предполагать сложно, но уже сейчас очевидно, что новая администрация в Вашингтоне вряд ли с технической и политической точек зрения сможет вывести все войска из Афганистана к маю, к чему так стремился Дональд Трамп и что стало одним из пунктов катарского соглашения между США и группировкой.

Боевики в режиме ожидания

Много вопросов вызывает статус «Талибана». В разговоре с NEWS.ru ветеран американской дипломатии Дэниел Сервер, который ныне является профессором Университета Джонса Хопкинса в Вашингтоне, указал среди критериев внесения различных группировок в список террористических организаций то, что их активность угрожает безопасности граждан США или нацбезопасности, то есть обороне, международным отношениям или экономическим интересам.

Я полагаю, что талибам придётся отказаться от деятельности, которая угрожает США, чтобы успешно поставить точку в переговорах. Это будет означать, что они больше не соответствуют правовым критериям для включения в список. Только после этого США могут пересмотреть назначение.

Дэниел Сервер профессор Университета Джонса Хопкинса в Вашингтоне

Author: Дэниел Сервер [ профессор Университета Джонса Хопкинса в Вашингтоне ]

Я полагаю, что талибам придётся отказаться от деятельности, которая угрожает США, чтобы успешно поставить точку в переговорах. Это будет означать, что они больше не соответствуют правовым критериям для включения в список. Только после этого США могут пересмотреть назначение.

Фото: Saifurahman Safi/Global Look Press

Однако, как показывает практика, внесение в списки террористов или пересмотр соответствующего статуса зачастую зависит от политической воли каждого конкретного игрока на международной арене.

Что касается России, то, как заявил NEWS.ru директор аналитического центра Российского общества политологов Андрей Серенко, она на сегодняшний день пока не готова пересмотреть статус талибов, хотя на уровне риторики и посылает им обнадёживающие сигналы.

В Москве не могут не понимать, что снять с талибов санкции и статус террористов можно лишь раз. После этого ситуацию назад уже не отыграть. В этом случае Россия лишится одного из эффективных инструментов манипулирования талибами. Поэтому Москва точно не станет форсировать события и будет стараться продолжать держать «яростных мулл» в состоянии ожидания.

Андрей Серенко директор аналитического центра Российского общества политологов

Таким образом, по словам эксперта, «Талибан» и дальше будет нуждаться в партнёрских отношениях с Москвой, в чём та заинтересована. Серенко не исключает, что когда-то снятие санкций с группировки произойдёт, но точно не в ближайшей перспективе. До тех пор, пока талибы остаются проблемой для мирового сообщества, менять правовой статус этой джихадистской организации вряд ли стоит, заключил собеседник NEWS.ru.