Ликвидация командующего спецподразделением Корпуса стражей Исламской революции «Кудс» генерал-майора Касема Сулеймани стала закономерным итогом многочисленных нападений на базы США и попытки штурма посольства в Багдаде. Вашингтон решил пересечь «красную черту» и пойти на уничтожение легендарного иранского командира. И хотя этот шаг был всего лишь ответом на действия Тегерана, Иран и союзные ему силы попытаются представить в роли агрессора Белый дом и нанести ответный удар. Убийство Сулеймани ставит вопрос о будущем региональной стратегии Тегерана и её последствиях для Ближнего Востока.

В результате ракетного удара по международному аэропорту Багдада погибли руководитель отдела иностранных операций КСИР Сулеймани и глава поддерживаемой Тегераном шиитской группировки «Катаиб Хезболла», заместитель командира ополчения «Хашд аш-Шааби» Абу Махди аль-Мухандис. По данным Associated Press, аль-Мухандис прибыл в аэропорт, чтобы встретить Сулеймани, чей самолёт прилетел, по разным данным, из Ливана или Сирии. Авиаудар произошёл после того, как колонна из автомобилей начала покидать территорию аэропорта. Тело Сулеймани опознали по кольцу на пальце — украшение с большим красным камнем в серебряной оправе часто фигурировало на фотографиях лидера «Кудс».

Операцию в Багдаде Пентагон назвал «решительными оборонительными действиями». В ведомстве отметили, что иранский военачальник был ликвидирован по распоряжению президента США Дональда Трампа — с целью предотвращения атак со стороны Ирана, поскольку командир КСИР «активно разрабатывал планы нападения на американских дипломатов и военнослужащих».

Гибель Сулеймани и аль-Мухандиса является потенциальным поворотным пунктом в противостоянии между Вашингтоном и Тегераном и может вызвать серьёзный ответный удар со стороны ИРИ и сил, которые она поддерживает на Ближнем Востоке. Иранский лидер Хасан Рухани заявил, что республика и «свободные страны региона» готовы отомстить за гибель Сулеймани.

Кандидат в президенты США, бывший вице-президент Джо Байден заявил, что Дональд Трамп только что бросил динамитную шашку в пороховую бочку и он обязан объяснить американскому народу стратегию и план, как обеспечить безопасность.

Ни один американец не станет оплакивать смерть Касема Сулеймани. Он заслуживал привлечения к правосудию за свои преступления против американских военных и тысяч невинных людей по всему региону. Он поддерживал террор и сеял хаос. Всё это не отменяет того факта, что этот шаг — очень большая эскалация в и без того опасном регионе, — говорится в заявлении Байдена.

Сулеймани стал главой «Кудс» в 1998 году и в течение многих лет оставался в тени, укрепляя связи Ирана с «Хезболлой» в Ливане, правительством президента Сирии Башара Асада и шиитскими ополченцами в Ираке. Во время иракской кампании 17-я оперативная группа УВСН США (Управления войсками специального назначения) гонялась за Сулеймани и его «боевиками» по всему Ираку, поскольку КСИР поддерживал иракское повстанческое сопротивление и не гнушался работать с радикалами из «Аль-Каиды» (запрещена в РФ), в том числе привлекая в их ряды новобранцев из соседней Сирии. Однако после разрастания «Исламского государства» (запрещено в РФ) Иран публично поддерживал борьбу силовых структур Ирака и помогал им в защите шиитских святынь, однако в реальности сделал факт такой поддержки предметом торга с администрацией Обамы. В итоге американские спецслужбы не стеснялись координировать с людьми Сулеймани действия в 2015–2017 годах и, казалось бы, смирились с активностью «тёмного рыцаря» Ирана.

Однако после окончания борьбы с ИГ и формирования правительства Ирака многочисленные шиитские партии и подстрекаемые иранским Корпусом стражей Исламской революции боевики «Хашд аш-Шааби» провозгласили своей целью вынудить контингент США покинуть территорию республики. При этом КСИР начал перебрасывать в Ираке ракеты и вербовать бывших инженеров-иракцев для обустройства стартовых позиций — для выстраивания «пояса нестабильности». Эту активность пытались купировать местные игроки, например, Израиль, который стал наносить удары не только по Сирии и Ливану, но и по Ираку, однако Тегеран использовал действия ЦАХАЛ для того, чтобы представить своих боевиков в роли жертв. За минувший 2019 год на американские базы и дипломатические объекты в «зелёной зоне» столицы было совершенно более десятка нападений. В ходе последнего, под Киркуком, было выпущено свыше 30 ракет — в результате погиб американский контрактник. Как писал NEWS.ru, американские ведомства опасались сценария, при котором им придётся отвечать на гибель своего соотечественника, но в итоге вынуждены были прореагировать и нанести удары по позициям «Катаиб Хезболлы» в Сирии и Ираке.

Это предсказуемо вызвало очередную волну антиамериканских протестов: 31 декабря боевики «Хашд аш-Шааби» попытались прорваться на территорию посольства США. И хотя многие проиранские деятели представили атаку на дипмиссию в качестве оправданных протестов против «американской деструктивной деятельности», было ясно — митинги в «зелёной зоне» были инспирированы Ираном. В рамках широкой стратегии «контролируемой эскалации» Тегеран пытается поднять ставки для торга по транзиту энергоресурсов (в условиях экономических санкций), а также перенаправить протестную активность населения Ирака. Общеиракские митинги носят народный характер и объединяют различные этнические группы, которые выступают против любого внешнего вмешательства в дела страны — отсюда и частые случаи антииранских выступлений. Неспроста в подавлении митингов в Ираке участвовал КСИР, а Сулеймани, по некоторым данным, за последние три месяца несколько раз бывал в стране — для того чтобы согласовать приемлемую для Тегерана фигуру нового премьер-министра.

Ликвидация Сулеймани ставит вопрос судьбы иранского проекта «шиитской дуги», опирающегося на многочисленные прокси-силы, которые он лично «склеивал» в единый пазл. Вряд ли в Иране смогут найти фигуру подобного масштаба и авторитета для того, чтобы поддерживать лоялистскую базу Тегерана на прежнем уровне. В этом смысле Иран, скорее всего, переиграл сам себя — выстраиваемая им конструкция «пояса нестабильности» была слишком зависима от главного архитектора, Сулеймани. Понятно, что в стратегическом смысле она вряд ли претерпит какие-либо значительные изменения, но укреплять её прежним путём будет сложнее.

Скорее всего, в Ираке проиранским фигурам удастся сохранить способность управлять прежними активами, однако в региональном масштабе это будет сделать сложнее. Не исключено, что Тегеран попробует консолидировать силы в Сирии, Ираке и Ливане — для того чтобы повысить управляемость ими в кризисный период. Однако эскалация ситуации в этих странах вряд ли окажет сильное влияние на стратегические позиции США в регионе (Вашингтон самостоятельно снижал там своё присутствие), но затронет напрямую их союзников.

Очевидно, Иран попытается сделать из Сулеймани «сакральную жертву» и, возможно, превратить его могилу — в случае захоронения за пределами Ирана — в одну из «святынь», которую нужно защищать, считает авторитетный эксперт из Ирака Нибрас Казими. По его справедливому замечанию, внутрииранские консервативные силы получили «новое оправдание своей актуальности».

В итоге опасность в том, что действия Тегерана утратили былую «нить согласованности». Например, теперь неясно, насколько Израиль может демонстрировать готовность сдерживать Иран через атаку его прокси-сил в Сирии, поскольку Иран необязательно будет отвечать ЦАХАЛ через «Хезболлу». Такая ситуация окажет влияние и на расклад сил в Сирии, и, как ни парадоксально, может дать России дополнительные возможности по влиянию на режим Башара Асада.