Турецкое руководство намерено продолжить с Россией военно-техническое сотрудничество (ВТС) вопреки всем угрозам властей США. Это следует из заявления президента республики Реджепа Тайипа Эрдогана, который заявил о готовности организовать совместное производство систем ПВО. Несмотря на то, что Москва и Анкара долгое время имели конкурирующие интересы в Сирии, в экспертной среде сомневаются, что системы будут применяться турецкой стороной наперекор интересам российской стороны. Более того, есть признаки того, что Москва наложила специальные технические ограничения на поставленное Анкаре оружие.


Мы начали получать наши С-400. Некоторые говорили, что мы не сможем их получить, что мы не сможем их у себя разместить. Они говорили, что это будет неправильно. Но вот они уже доставляются на самолётах к нам в Турцию. Следующей нашей целью является совместное с Россией производство, — сказал Эрдоган, выступая в Анкаре на мероприятии по случаю трёхлетия со дня попытки государственного переворота.

Глава Турецкой Республики выразил надежду на то, что процесс поставок российского вооружения завершится уже к апрелю 2020 года.

На начало поставок систем в Турцию сирийская сторона, в свою очередь, отреагировала нейтрально. Посол Сирии в Москве Рияд Хаддад заявил, в частности, что у официального Дамаска нет никакого беспокойства насчёт ВТС Москвы и Анкары.

Zuma\TASS

В данный момент Турция играет вместе с РФ роль государства-гаранта и координирует свои шаги с руководством России, поэтому это вне нашего внимания.

Рияд Хаддад

посол Сирии в Москве

16 июля в Анкару прибыл двенадцатый по счёту самолёт с новой партией имущества из состава российских зенитных ракетных систем. А сам процесс поставок начался 12 июля, оставив западных партнёров Турецкой Республики в раздумьях по поводу эффективных ответов на такую политику.

На фоне формального сохранения турецкого контроля над сирийской провинцией Идлиб и нерешённости её вопроса звучали опасения, что Анкара может использовать С-400 не в интересах России или даже против её сил. Но в турецкой экспертной среде уверяют, что такой вариант маловероятен.

Исходя из сложившейся конъюнктуры, трудно представить, что Турция сможет применить С-400 против России.

Керим Хас

турецкий политолог, кандидат политических наук

В разговоре с News.ru Керим Хас напоминает, что при экспорте такого высокотехнологичного оружия страна-экспортёр вводит специальную кодировку, которая препятствует возможности использования комплексов не по назначению и тем более против того государства, которое продаёт это вооружение. В качестве примера Хас приводит ситуацию 1974 года на Кипре, когда Турция не смогла в полной мере использовать свои боевые самолёты, которые были поставлены США.

С точки зрения военной опасности также не думаю, что наличие у Турции С-400 может нанести урон РФ в Сирии, — считает турецкий эксперт. — Дамаск — союзник России в регионе, на вооружении страны уже находится комплекс С-300, а у Москвы есть собственные новейшие комплексы на военных базах РФ в Сирии.

Хас предполагает, что в свете готовности Турции в любой момент пойти на обострение ситуации в Сирии есть вероятность того, что для использования Анкарой С-400 против сирийских правительственных сил были введены некоторые скрытые военно-технические ограничения, о которых широкой общественности неизвестно.

Что касается внешней политики РФ, то, несомненно, поставка С-400 ещё больше «привязывает» Турцию к России и делает Анкару зависимой и от уже имеющихся энергетических договорённостей, и от позиции Москвы относительно Дамаска, — убеждён аналитик.

Хас признаёт, что при поверхностном взгляде можно увидеть так называемые пророссийские и проевразийские силы влияния в турецкой политической элите. Однако если всмотреться ещё глубже, то будет очевидно, что на самом деле эти фракции не отвечают ни интересам России, ни интересам самой Турции.

То, что они предлагают, простым языком называется «проект ослабления государства», который приведёт к типичной ближневосточной диктатуре с ослаблением всех государственных институтов, — обращает внимание Хас.

Такая Турция, конечно же, России не нужна, говорит эксперт. Он отмечает, что политика под маской «пророссийства» или «проевразийства» — только прикрытие для достижения своих собственных целей.