Бывшему немецкому охраннику, которому сейчас ровно 100 лет, предъявили обвинения в том, что он участвовал в уничтожении 3518 заключённых нацистского концлагеря Заксенхаузен, располагавшегося недалеко от Берлина.

Имя «долгожителя» не называется, но известно, что вменяемые ему преступления немец, которому тогда было 25 лет, совершил между январём 1942-го и февралём 1945 года. По данным следствия, он участвовал в расстрелах заключённых и отравлении их боевыми газами. Всего за время существования концлагеря в нём погибло около 20 тысяч человек.

Судья окружного суда города Нойруппин Франк Старк назначил первое слушание дела нациста на октябрь. Медицинское обследование подозреваемого подтвердило, что он по состоянию психики способен принимать участие в юридических процедурах. Каждое судебное заседание, учитывая возраст подсудимого, будет длиться не более двух с половиной часов. Как ожидается, на слушаниях будут присутствовать бывшие заключённые концлагеря, которые помнят подозреваемого.

За годы правления гитлеровского режима через Заксенхаузен прошло порядка 200 тысяч заключённых. Лагерь служил «тренировочным центром» для войск СС и был своего рода «образцово-показательным» учреждением нацистской партии. Он был открыт в 1936 году, когда в Берлине проходила Олимпиада и нацистам нужно было продемонстрировать мировому сообществу, что заключённые содержатся в «цивилизованных» условиях.

Фото: Gedenkstätte und Museum Sachsenhausen - Sachsenhausen Memorial/facebook.com

В 2011 году нацистский военный преступник Иван Демьянюк был осуждён на пять лет тюрьмы за соучастие в убийстве 28 тысяч евреев в лагере смерти Собибор. Он скончался в доме престарелых после вынесения вердикта. Тогдашнее решение суда создало юридический прецедент.

В июле 2020 года 96-летний бывший охранник другого концлагеря был признан виновным в убийстве более пяти тысяч человек, но в марте 2021-го суд признал его недееспособным. На этом основании нациста освободили от наказания. Нельзя исключать, что и нынешний 100-летний подсудимый может просто не дожить до вынесения приговора.

Не смогут повторить

Основная задача судов над состарившимися убийцами военного времени — не столько наказать нацистских «геронтов», сколько предупредить желающих повторить их «подвиги», говорит председатель Московского антифашистского центра (МАЦ) Евгений Прошечкин.

Для таких осуждённых в жизни мало что поменяется, потому что наказания для них применяются весьма гуманные, чего они, честно говоря, не заслуживают, учитывая то, как сами в своё время поступали с заключёнными. Но главное, почему решения Нюрнбергского трибунала должны исполняться со всей скрупулёзностью, — это то, что отказ от пожизненного преследования бывших нацистов будет означать отказ от признания преступлений нацизма как идеологии.

Евгений Прошечкин председатель Московского антифашистского центра

Точно такое же значение — не для ускользнувших от суда на тот свет, а для их возможных последователей — имеют уголовные дела, которые возбуждаются, например, Следственным комитетом РФ по фактам обнаружения массовых захоронений жертв немецко-фашистской оккупации на территории России.

Фото: sledcom.ru

Заведомо понятно, что найти организаторов и исполнителей таких преступлений невозможно. Однако махнуть рукой на факты даже далёкого прошлого — значит признать на будущее возможность безнаказанной отдачи и безнаказанного исполнения преступных приказов, — говорит Прошечкин.

Он напоминает, что правительство ФРГ до конца ХХ века продолжало выплачивать репарации по решению Версальской конференции 1919 года. А ряд стран, ставших жертвами нацистской агрессии в ходе Второй мировой войны, в частности Польша и Греция — продолжают требовать у Берлина выплаты компенсаций в настоящее время.

Обычно же военные историки и юристы руководствуются принципом «разумной достаточности» — прошлое не может «тянуть руки» далее как за рамки XX века. Иначе можно было бы требовать компенсаций за то, что крестоносцы разграбили Константинополь, — заключает он.

Глубокая национальная травма

С председателем МАЦа не в полной мере согласен профессор исторического факультета СПбГУ Олег Пленков, который считает «одержимость» немцев преследованием престарелых нацистов признаком глубокой национальной травмы.

Германия в этом смысле — страна уникальная, потому что это, пожалуй, единственная нация, которая строит национальную идентичность, самоощущение от противного — не на каких-то принципах, которыми можно гордиться, а наоборот, на позорных страницах своей истории.

Олег Пленков доктор историчеких наук, СПбГУ

Пленков является автором монографии «Что осталось от Гитлера». В ней он пишет, что хотя решения Нюрнберга действительно должны исполняться «до последнего солдата Рейха», для германского общества такая ситуация каждый раз заново бередит больную историческую память и не даёт зажить ранам. По его мнению, строить фундамент политической системы на отрицании, а не на утверждении — это путь в никуда, потому что общество обрекается этим на своего рода мазохизм.

Все нации ставят отправной точкой национального строительства ту или иную победу — у англичан это может быть Трафальгарская битва, у французов — падение Бастилии, у россиян — победа в Великой Отечественной войне. И только немцы такой отправной точкой выбрали самое страшное поражение за всю историю страны, — говорит историк.

Нюрнбергский трибунал установил, что нацистские преступления не имеют срока давности. На этом решении базируется, в частности, деятельность Центра еврейской документации Симона Визенталя, который разыскивает членов нацистской партии по всему миру. Власти ФРГ обеспечивают пожизненным содержанием бывших узников нацистских концлагерей.