С Машей Сотсковой мы встретились не в самую лучшую для неё пору. Ни одного пьедестала на этапах Гран-при, место во втором десятке на чемпионате России, седьмая строчка на Универсиаде. И это — после двух воодушевляющих сезонов на взрослом уровне.


Сама 18-летняя фигуристка называет уходящий сезон провальным. Провожает его с болью, но без сожаления. Вся она нацелена в будущее. Мысленно Маша уже там. Ей предстоит борьба с собственным телом и поиск новой себя. Звучит воодушевляюще, если не знать, сколько труда будет на это потрачено.

Сотскова, как уверяет, готова. И очень хочется, чтобы у неё получилось. Чтобы так и вышло, фиксируем существующее положение дел.

Об этом сезоне

— После Олимпийских игр ваши результаты оставляют желать лучшего.
— Идёт эмоциональный спад. Два года я держалась на определённой планке — нельзя было давать слабину. Видимо, за это время накопилась усталость не только физическая, но и эмоциональная. Поэтому идут вот такие неудачи.

— Может быть, стоило бы пропустить сезон?
— Такого в мыслях не было, потому что мы работали, ставили программы. Новые амбиции появились, желания и надежды. Но физическое и эмоциональное состояние не позволило воплотить всё задуманное.

Мария СотсковаМария СотсковаScott Mc Kiernan/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

— Всему виной усталость?
— Организм за прошедшие два сезона износился, скажем так. Теперь надо восстановиться и заново всё начинать. Спорт, в первую очередь, это преодоление себя. В какие-то моменты нужно перешагивать через себя. Никто не говорил, что будет легко. Не бывает так, что вышел, откатался, и всё прекрасно. Это огромное физическое и эмоциональное напряжение. Но никого не интересует, что у тебя что-то там болит. К судьям же не придёшь и не скажешь, у меня нога болит, не могли вы бы это учесть при выставлении баллов (улыбается).

— А если вдруг тренерский штаб скажет пропустить сезон, послушаетесь?
— Я уверена, они так не скажут. Человеческий организм так устроен, что на стрессе, на адреналине может выдать такой результат, который спортсмен даже на тренировках не показывает. Это тоже зависит от внутреннего состояния, от того, как человек готов. Или не готов. В этом сезоне я оказалась не готова. Но чувствую в себе силы бороться, готовиться дальше и сражаться. Я хочу, и я буду.

— Соотносимы ли ваши амбиции с реальностью? Конкуренция в женском одиночном катании сейчас безумно высока.
— Она всегда была безумно высокая, здесь нет ничего нового. У нас всегда был большой запас девочек в стране, да и в мире тоже. Японки и американки — очень сильные. Здесь дело не в конкуренции, а в том, чтобы собрать себя в кучку и правильно настроить.

— Пока не получается.
— Этот сезон закрыт. Всё. Хочу поскорее забыть о нём. Двигаемся дальше. Будем работать.

Мария Соцкова участвует в произвольной программе женского одиночного катания на четырнадцатом дне зимних Олимпийских игр 23 февраля 2018 года в ПхеньянеМария Соцкова участвует в произвольной программе женского одиночного катания на четырнадцатом дне зимних Олимпийских игр 23 февраля 2018 года в ПхеньянеJon Olav Nesvold/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

Об учёбе

— Есть ли какая-то ясность по следующему сезону? Какие-нибудь идеи, заготовки для предстоящих стартов?
— Пока что нет. Всё было вложено в этот сезон. Будем с тренерами искать музыку, продумывать программы и стили. Всё ещё впереди.

— Как планируете отдыхать?
— Возьму небольшую паузу. А потом, как уже говорила, с тренерским штабом займёмся подготовкой к следующему сезону. Потому как работы много, а времени не так много, как кажется. Сейчас мне нужно время, чтобы полностью отпустить и забыть этот сезон. И всё начать с чистого листа. Хочу перевернуть страницу и выйти на лёд обновлённой.

— Новым человеком?
— Да, это единственный выход из ситуации. Обнулиться и выйти с новыми силами и желанием. Надо просто понять, что всё предстоит начать сначала.

— И забыть о прежней Марии Сотсковой?
— Нет, я и не собираюсь имя менять или делать пластику (смеётся). Буду тем же человеком, той же спортсменкой. Просто хочу начать всё с начала в плане физического состояния, чтобы обнулить своё тело. Пересмотреть технику ту же самую, чтобы выйти на старт. Так что мне предстоит подготовить себя к тому, что есть только один путь. Назад дороги нет.

— Кто будет помогать на этом пути?
— Думаю, семьи и тренерского штаба вполне хватит, чтобы я смогла преодолеть себя.

— К помощи других людей не будете обращаться?
— Со мной и так работает много специалистов.

— И психолог?
— Да, не без этого.

— В этом сезоне вы отошли от привычной классики. Есть ли понимание, подошли вам перемены или придётся отказаться от нового стиля?
— Ещё не знаю, что бы хотела показать. Понимаю, что классика мне даётся лучше, наверное, даже больше мне идёт. Но программы две. Можно будет как-то комбинировать. Один номер сделать классическим, а где-то найти новый образ и попробовать себя в чём-то новом. Но пока не определилась и не решилась, что конкретно хотела бы сделать.

— Вы учитесь в ГИТИСе. Насколько полученные там знания помогают вам раскрыться на льду? И как вообще удаётся совмещать учёбу с профессиональным спортом?
— Да, учёба в ГИТИСе — это титанический труд. А кто говорил, что будет легко? Я сама выбрала этот путь, сама захотела там учиться. Это очень помогает. Потому что узнаю что-то новое, ставлю что-то новое. Это же не так, что мы пришли в Высшую школу экономики изучать математику. Театр — тоже искусство, и он взаимосвязан с фигурным катанием.

Мария СотсковаМария СотсковаСергей Булкин/News.ru

— Учёба отнимает много времени?
— Безусловно, но не в ущерб тренировкам. Стараюсь совмещать и всё успевать. Пока что у меня это получается.

— На какие оценки учитесь?
— Первую сессию закрыла, сдала все предметы. Понимаю, что каждый предмет полезен для меня и интересен. Тот же балет. Или искусство, которое настолько мне нравится, что я с удовольствием этим занимаюсь. Конечно, от этого и успеваемость хорошая. Вот в школе, приходя на урок физики или химии, понимала, что мне это в жизни никогда не пригодится, и думала: «А зачем я трачу на это своё время, когда могу заняться тем, что мне пригодится?». А в институте уже идёт профильное разделение и предметы, которые мне безумно нравятся.

— Как приняли решение поступить именно в ГИТИС?
— У любого подростка 11-й класс — это тяжёлый жизненный выбор. Мотает из стороны в сторону. Одно время хотела в медицинский, была такая идея. В ту же Высшую школу экономики думала поступать. Мысли разные были. Но в спортивный точно не хотела.

— Почему?
— Дала себе установку такую: «Куда угодно, но только не в спортивный». Не лежала у меня душа. Потом узнала, что в ГИТИСе есть балетмейстерский факультет. Поняла, что хочу поступить именно туда. Летом усердно готовилась к сдаче экзаменов, поскольку был большой конкурс. Но я рада, что сумела поступить.

— Тренером себя не видите?
— Я учусь сейчас на хореографа-постановщика. В целом, постановщик принимает участие в тренировочном процессе. Просто он не каждый день появляется на льду. Приходит, ставит программу, оттачивает элементы. У меня уже был подобный опыт. Ставила программу маленькой девочке, мне очень понравилось. Наверное, это и вдохновило меня. Возможно, могу представить себя хореографом в будущем. Но тренером... Это высокая ответственность, каторжный труд. Не уверена, что хочу быть тренером в классическом проявлении. Посмотрим. Никогда не загадываю, не знаешь, как жизнь повернётся. Может быть, в один прекрасный день меня осенит, что я — тренер.

Турнир «NHK Trophy 2018» — четвертый этап Гран-при по фигурному катанию сезона 2018—2019. Соревнования проходили в городе Японии Хиросиме с 9 по 11 ноября 2018 годаТурнир «NHK Trophy 2018» — четвертый этап Гран-при по фигурному катанию сезона 2018—2019. Соревнования проходили в городе Японии Хиросиме с 9 по 11 ноября 2018 годаNaoki Morita/AFLO/Global Look Press

— Откуда столько мудрости в словах?
— У меня мама — любитель психологической литературы. Раньше психологию отвергала, думала: «А зачем? Что это такое?». Теперь увлеклась. Да и мама передаёт много жизненного опыта. В принципе, все люди, которые меня окружают, обладают колоссальным жизненным опытом. Как тренеры, так и моя семья. Они способствуют моему развитию. И, конечно, я много литературы читаю, выношу что-то своё.

— Например?
— У нас в семье есть такая фраза: «Всё, что ни делается, всё к лучшему». Или: «Бог не даёт нам тех испытаний, которые мы бы не могли пережить». Это на самом деле так. Потому что «всё, что нас не убивает, делает нас сильнее». Я чувствую, что тот опыт, который вынесла из этого сезона, поможет мне в дальнейшем.

О критике

— Что происходит в фигурном катании сейчас? Распри, столкновения, подковёрные игры. Для чего это делается?
— Это жизнь. Везде так, не только в фигурном катании. Так же происходит в других видах спорта. А что вы подразумеваете под «распрями»?

— Разделение мира фигурного катания на два лагеря. Кто-то выступает за Елизавету Туктамышеву, а кто-то встал на сторону Евгении Медведевой.
— Все девочки были достойны путёвки на чемпионат мира — как Лиза, так и Женя. Тренерский совет принял своё решение. Оно окончательное и обжалованию не подлежит. Лизе, конечно, обидно. Но она сильная девочка, она с этим справится. Можно его обсуждать, говорить, кто прав, кто виноват. Но решение есть, и ничего не изменить. Это — спорт. Данную ситуацию просто надо пережить и идти дальше.

— По вашему мнению, решение справедливое?
— Не буду комментировать. Все девочки — достойные. Это СМИ хватаются за любую возможность раздуть из мухи слона. У нас же из каждого решения выносятся такие вещи, что за голову хватаешься. Люди, естественно, подключаются к обсуждению. Начинают комментировать, делятся на лагеря. Что ж, фигурное катание — тот же шоу-бизнес, где все обсуждают всё. А по-другому было бы скучно и неинтересно. Всегда найдутся люди, готовые высказать своё мнение. Так что это нормально.

— А прессу читаете?
— Да, конечно. В первую очередь, о себе.

— Как воспринимаете критику?
— Её очень много. Какая-то оправданная, какая-то — нет. Много, как мы их называем, диванных критиков. Что можно сказать? Иногда расстраиваюсь. Но никогда не обижаюсь. Раз обсуждают, значит интересно, а это уже неплохо. Если бы не обсуждали — вот тогда можно было бы и обидеться. Значит личность неинтересная (улыбается). А так — можно взять на заметку какие-то комментарии, вынести что-то позитивное для себя. Какие-то вещи лучше перелистнуть и не обращать внимания. Нервные клетки не восстанавливаются. С ума можно так сойти.

То, что пишут в Интернете, никак не воспринимаю. К мнению людей, чьё мнение для меня важно, прислушиваюсь. Они хотят помочь, сделать меня лучше. Такую критику не сказать, что нормально воспринимаю, расстраиваюсь, конечно, но оставляю у себя на подкорке и работаю над этим.

Мария СотсковаМария СотсковаJon Olav Nesvold/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

— Когда критикует Татьяна Тарасова, тоже расстраиваетесь?
— Её мнение я очень уважаю, всегда прислушиваюсь. Для меня важны её слова. То, что она говорит мне, это путь, куда идти и что делать.

О четверных прыжках

— Вы — одна из ведущих фигуристок у себя в группе. Чувствуете ответственность?
— Всегда. Выходя на лёд, я представляю не только тренеров и команду, но ещё и Россию. Колоссальная ответственность, хочется показывать хорошие результаты. И доказать, что не просто так нахожусь в сборной.

— Чувствуете конкуренцию в своей команде?
— Да, конечно. В группе у нас есть конкуренция. Но могу сказать за себя: во время тренировок я отключаюсь от происходящего вокруг. Если буду растрачивать энергию, не останется сил на работу и выступления. Конечно, когда вижу, как кто-то делает новые каскады или чисто прокатывает программу, меня это только раззадоривает. Хочется сделать так же, по принципу «быстрее-выше-сильнее». Но, в целом, ориентируюсь на мировую конкуренцию. Смотрю соревнования, в которых не принимаю участия, отмечаю детали, наблюдаю за тем, как соперницы выполняют какие-то элементы.

— В группе у Этери Тутбериде, если одна прыгнула три прыжка подряд, то следующая — пять, а последующая — семь-девять. И так — по возрастающей.
Такого точно нет. У нас нет цели убиться на тренировках, чтобы доказать кому-то что-то. Конечно, мы работаем, пашем. Но всё выполняют собственные установки и идут к своим целям. Нет такого принципа, что всё только на конкуренцию нацелено.

— Вы сказали, что смотрите на соперниц. Они прыгают тройной аксель и четверные прыжки.
— Если приведу своё тело в кондиции, которые позволят исполнить тот же четверной сальхов или риттбергер, думаю, для меня нет ничего невозможного. Мне бы очень хотелось попробовать. Но перед этим я должна привести себя в порядок ментально и физически. Очень много есть над чем работать.

— Какую роль в данном случае играет возраст?
— Никакой. Единственное, что с возрастом больше ответственности. Человек просто больше осознает. Будучи маленькой, выходишь на лёд и показываешь, что натренировала. Вроде как дрессированная. Сама «отстреливала» всё, как по накатанной. А с возрастом уже понимаешь, где находишься, какая ответственность на тебе, как всё это переживаешь. Только поэтому так и происходит. В основе того же акселя, который исполняют Лиза Туктамышева и Рика Кихира, лежит физическая подготовленность. У Лизы, как и у Рики, тело готово физически. Здесь дело не в возрасте. Просто Лиза смогла понять головой, как прыгается этот прыжок. Поэтому входит в него и делает.

22 декабря 2017 - Мария Сотскова выступает с короткой программой на чемпионате России по фигурному катанию в Санкт-Петербурге22 декабря 2017 - Мария Сотскова выступает с короткой программой на чемпионате России по фигурному катанию в Санкт-ПетербургеIgor Russak/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

— Страх имеет значение?
— Да, конечно. Всё от головы зависит

— Что нужно сделать, чтобы его перебороть?
— На 100 процентов осознавать, как этот элемент исполнить. Сначала этот элемент отрабатывается на полу, с подстраховкой. Только когда почувствуешь, что у тебя получается, можно делать этот элемент на льду.

— А что происходит с организмом, когда исполняешь несколько прыжков подряд?
— Это дело привычки. Я в спорте с трёх лет. То есть занимаюсь фигурным катанием уже 15 лет. И не задумываюсь, сколько прыжков подряд надо сделать. Единственное, сейчас тело не совсем меня слушается, оно отвергает то, что я делаю. Сил прикладываю больше, а всё равно этого недостаточно. Видимо, переживаю переломный момент. Необходимо в три раза больше напрягаться и делать больший объём работы, чтобы быть в том же состоянии, в котором я была в прошлом году. Нужно пережить и переждать.

— Нет опасений, что из-за «пережить и переждать» вас спишут со счетов?
— Всякие разные мысли в голову лезут, без этого никуда. Но самое главное — чувствовать в себе силы и желание продолжать. Потому как, если не буду чувствовать эти моменты, то есть ли смысл плыть по течению? На данный момент не все свои амбиции реализовала, мне есть что показать. Я готова работать и очень этого хочу. Просто нужно относиться к себе по-новому, потому что я изменилась. Мой организм стал другим. Поэтому нужно принять эти изменения и начать всё заново.

— Новая система судейства лично для вас что-то поменяла?
— На мне она не сказалась, учитывая мой провальный сезон. Если бы выступала на должном уровне, могла бы хоть как-то её оценить. Конечно, новая система усугубила моё положение в нынешнем году. Но я сама виновата.

— Не нарушает ли она принципа «быстрее-выше-сильнее»?
— Она больше за стабильность выступает. Будь я зрителем, мне было бы интересно, например, в мужском катании смотреть на все четверные, как это было в прошлом году. И не важно, получалось или нет. Была настоящая борьба. Все себя преодолевали. А сейчас — все упрощают контент. Но не мне судить. В данном случае каждый выбирает свой путь.