Министр юстиции РФ Константин Чуйченко поддержал идею руководства ФСИН о задействовании осуждённых вместо рабочих-мигрантов в том числе на крупных инфраструктурных стройках. По мнению главы ведомства, для этого важно создавать исправительные центры на больших объектах, где численность «спецконтингента» превышает тысячу человек. Пока же на каждой подобной стройке работают в десять раз меньше человек. NEWS.ru выяснил, что из себя представляют исправительные центры и приведёт ли инициатива Минюста — ФСИН к гуманизации исправительной системы.

Трудовые договоры необязательны

Константин Чуйченко назвал правильной идею, озвученную ранее главой ФСИН Александром Калашниковым, о замещении труда мигрантов отдельными категориями заключённых, которые имеют возможность заменить наказание на исправительные работы. По мнению руководителя Минюста, в данном случае «можно создавать исправительные центры на крупных стройках, на крупных объектах». Также чиновник считает интересными крупные инвестпроекты, где численность лиц, отбывающих наказание в виде исправительных работ, составит тысячу и более человек. Пока в каждом исправительном центре в среднем работают около ста человек.

По словам Чуйченко, сегодня порядка 180 тысяч лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы, имеют право перейти на отбытие наказания в виде исправительных работ, то есть перейти в исправительный центр. Однако сейчас создано немногим более восьми тысяч таких рабочих мест, из-за чего отсутствует возможность «реализовать право людей на замену лишения свободы на исправительные работы».

Это очень социально значимая и интересная вещь, потому что люди тем самым не отрываются от общества, получают зарплату, могут выполнять свои обязательства, которые вытекают из решения судов, — пояснил Чуйченко.

Также министр отмечает, что ФСИН ведёт переговоры с бизнесом, заключает соглашения и в ближайшее время планируется «поднять количество исправительных центров и мест».

Участки исправительных центров и колоний-поселений на территории различных предприятий позволили создавать вступившие с 2020 года поправки в Уголовно-процессуальный кодекс РФ. До этого подобные площадки можно было размещать только на территории исправительных учреждений.

Исправительные центры подразумевают наличие общежитий для осуждённых, где они могут видеться с семьёй. Располагаться такие жилища могут на территории предприятия, где работают приговорённые к исправительным работам. В отличие от колонии это не закрытое пространство, однако «спецконтингент» может, например, ходить за покупками или к врачу с разрешения сотрудников ФСИН. Покидать территорию исправительного центра без разрешения администрации запрещено. Со смены осуждённый должен возвращаться к строго установленному времени.

Судя по данным сайта ФСИН, по состоянию на 19 марта в России действовало 108 таких объектов, в том числе 95 исправительных центров и изолированных участков учреждений ведомства, функционирующих как исправцентры. Также в 13 учреждениях ведомства такие центры находились в стадии создания. Годом ранее таких площадок было 84 (соответственно, 76 и 8).

Фото: Сергей Лантюхов/NEWS.ru

Как и отмечал Чуйченко, в тюремном ведомстве призывают бизнес задействовать осуждённых в исправительных работах. Например, в тематическом буклете ФСИН, имеющемся в распоряжении редакции NEWS.ru, говорится, что предприниматели, привлекая к труду осуждённых, получают «не только добросовестных сотрудников, которые дорожат своей работой, но и ряд выгодных преимуществ». В частности, следует из презентационного документа, такие люди не могут отказаться от предложенной работы, а «добросовестное отношение к труду и правопослушное поведение — стимул к освобождению от наказания». Кроме того, привлечение «спецконтингента» подразумевает «упрощённый» порядок трудовых отношений с работодателем.

При трудоустройстве осуждённых к принудительным работам не обязательно заключать трудовые договоры, достаточно заключить договор о предоставлении рабочей силы с исправительным центром, — отмечается в буклете.

Кроме этого, региональное законодательство может предусматривать налоговые льготы для организаций, использующих труд осуждённых, которые к тому же «находятся под постоянным контролем сотрудников ФСИН России».

Чтобы создать исправительный центр в той или иной коммерческой компании, руководству организации надо заключить соглашение с ФСИН о намерениях, оборудовать общежитие для осуждённых из расчёта не менее четырёх квадратных метров жилой площади на одного человека, предусмотреть помещения для сотрудников исправцентров и, главное, обеспечить трудом осуждённых на долгосрочную перспективу.

Основные сферы деятельности, в которых используется труд осуждённых к принудительным работам, — это ЖКХ, благоустройство и уборка улиц, строительство, переработка бытовых отходов, промышленное производство, сельское хозяйство, деревообработка, подсобное хозяйство, металлообработка, переработка мясной продукции, а также производство бытовой техники.

Ужасы или поблажки?

Вице-президент российского подразделения Международного комитета защиты прав человека Иван Мельников полагает, что озвученную Чуйченко инициативу «в нынешних реалиях реализовать невозможно из-за того, что сейчас во ФСИН слишком много проблем».

Речь идёт и о сложностях с соблюдением прав граждан, и об отсутствии независимого общественного контроля за местами принудительного содержания — в общественных наблюдательных комиссиях сейчас находятся единицы правозащитников, которые реально разбираются в теме, а большинство — это дружественные региональным УФСИН лица. Система сдержек и противовесов нарушена, и независимые люди должны выявлять нарушения, которые случаются постоянно. Слишком много мы фиксируем ужасных пыток, которые вскрываются в разных местах лишения свободы. Следующая проблема — на местах зачастую не реализуются права заключённых на получение зарплаты. Заключённые, практически без выходных работающие в колониях по 10–12 часов в сутки на тяжелейшем производстве, показывали мне квитки со словами: «Смотрите, я получаю 500 рублей в месяц» (в ноябре 2020 года ФСИН сообщала, что за год средняя зарплата заключённых в России выросла на 508 рублей и в среднем составила всего 5,5 тысячи рублей. — NEWS.ru).

Иван Мельников вице-президент российского подразделения Международного комитета защиты прав человека

По словам Мельникова, суммы, которые получают осуждённые, несоразмерны с минимальным размером оплаты труда (с 1 января 2021 года составляет 12 792 рубля), что является грубым нарушением трудового законодательства, и все это официально признают.

Конечно, в отдельно взятых местах какой-нибудь руководитель производства договорится с начальником местной ФСИН, и заключённые не будут получать положенные деньги. Без должной независимой системы контроля всего этого производства, без открытости ФСИН всё будет на местах работать с нарушениями, — добавил он.

Правозащитник считает неправильным усиление трудовой занятости осуждённых, поскольку на сегодня в законодательстве «нет льготной системы зачёта, например, срока отбывания наказания в связи с исполнением каких-либо сложных работ». Поэтому, считает Мельников, разговоры о том, что некоторые заключённые быстрее будут выходить на свободу, не имеют под собой оснований, так как соответствующие поправки ещё не внесены в закон.

Что человек варежки шьёт в колонии, что его отправят на строительство Байкало-Амурской магистрали, — резюмирует Мельников.

В свою очередь депутат Госдумы, член комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Олег Шеин полагает, что инициатива Чуйченко позволит гуманизировать уголовное наказание в России.

У нас количество людей, освобождающихся по УДО, сокращается. Понятно, что и количество заключённых у нас тоже сокращается по сравнению с временами 20-летней давности. Но темпы условно-досрочного освобождения сокращаются ещё быстрее. В этих условиях человек, который уходит из колонии, выполняет производственные задачи, но более свободен в своём ритме жизни и не является заключённым. Это хорошая вещь. Сама по себе идея верная. Чем она мотивирована — это другой вопрос. Мотивы могут быть разные, в том числе бюджетная экономия, но это, бесспорно, шаг к гуманизации.

Олег Шеин член комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов

При этом парламентарий не исключил, что активизация темы использования труда заключённых вместо рабочих-мигрантов могла оживиться после внесения в мае на рассмотрение Госдумы поправок в закон «О развитии малого и среднего предпринимательства». Нововведения предлагают признать осуждённых социально уязвимой категорией граждан для увеличения их занятости в период отбывания наказания. Авторами документа стали сенаторы Андрей Кутепов и Валерий Васильев.

Фото: Сергей Булкин/NEWS.ru

Как следует из пояснительной записки, законопроект предлагает «включить в категории социально уязвимых категории граждан, обеспечение занятости которых даёт возможность стать „социальным предпринимателем“, лиц, осуждённых к лишению свободы и принудительным работам в период отбывания наказания, наряду с лицами, освобождёнными из мест лишения свободы». Соответственно, предприятиям, которые будут давать работу осуждённым, будут положены льготы. Там же написано, что в последнее время ФСИН активизирует сотрудничество с бизнесом, который размещает на площадках уголовно-исполнительной системы свои производства, а также привлекает осуждённых к труду на объектах вне колоний.

Сенаторы предлагают «развитие системы мер, направленных на увеличение занятости осуждённых в период отбывания наказания».

Однако некоторые правозащитники полагают, что инициатива Кутепова и Васильева создана в интересах не осуждённых, а бизнес-структур и тюремного ведомства. В пользу этого может говорить то, что в законопроекте не говорится о превышающей МРОТ зарплате арестантов и осуждённых к принудительным работам. К тому же часто из колоний не выпускают тех заключённых, которые работают лучше других, надеясь на досрочное освобождение, поскольку в случае выхода ударников могут упасть производственные показатели.