Василий Прозоров занимал пост в Службе безопасности Украины (СБУ), с 2014 года курировал задачи ведомства в ходе объявленной Киевом АТО. В 2019-м Прозоров переехал в Москву и признался, что все эти годы работал на российскую разведку. В беседе с NEWS.ru он рассказал о деятельности диверсионных групп и «спящих ячеек» в Донбассе, Крыму и на недавно взятых под контроль ВС РФ территориях. Прозоров также назвал конечную цель организаторов кровавых акций.

«Уже в 2016 году СБУ готовила „спящие ячейки“, готовясь к приходу России»

— Недавно на ректора Херсонского университета Татьяну Томилину было совершено покушение, ее пытались убить при помощи самодельного взрывного устройства. Пришел в себя после покушения глава Херсона Владимир Сальдо. Летом в результате теракта погиб глава управления ВГА Херсонской области по молодежной политике Владимир Савлученко. Кто стоит за всем этим?

— СБУ, Главное Управление разведки Минобороны Украины и ССО (силы специальных операций) ВС Украины — три основных госведомства, которые отвечают за диверсионную деятельность. Говорить об этом можно долго, много, потому что я в этом вопросе, не буду хвастаться, разбираюсь.

Если брать точку отсчета, с какого периода началась диверсионная война, то это апрель 2015 года. То есть, конечно, теракты и диверсии происходили и ранее. Но именно в апреле 2015-го состоялось заседание Объединенного разведывательного комитета при президенте Украины, на котором и было принято решение развернуть диверсионную войну на территориях ДНР, ЛНР и Крыма.

Объединенный разведывательный комитет, или Объединенный комитет по разведывательной деятельности, это консультативно-распорядительный орган при Совете национальной безопасности и обороны Украины, председателем которого является президент. Тогда президентом Украины был Петр Порошенко. Его заместителем был Александр Турчинов. В комитет входят руководители всех разведслужб Украины и Службы безопасности Украины как главного контрразведывательного органа.

Пётр ПорошенкоФото: Sergii Kharchenko/ZUMAPRESS.com/Global Look PressПётр Порошенко

Я напомню: в апреле 2015-го только отгремела зимняя кампания в Донбассе, Украина стояла на грани военного поражения. Был заключен «Минск-2». Военные стратеги Украины пришли к выводу, что военным путем сломить сопротивление республик Донбасса не получится. Тем более не получится вернуть Крым. Поэтому с апреля 2015-го года Украина взяла курс на неограниченную диверсионно-разведывательную войну против... Ну против русского мира, скажем так.

— Как была организована работа?

— Диверсии против, скажем, руководителей республик Донбасса, политических, военных, административных деятелей предполагалось маскировать под криминальные разборки, бизнес-разборки, даже под действия спецслужб Российской Федерации. Это прямо прописано в документе, который я могу предоставить. Также в моем распоряжении есть документы о том, как Служба безопасности Украины еще в 2016-м планировала готовить «спящие ячейки» на территориях, которые, как они писали, «будут оккупированы Российской Федерацией».

То есть еще в 2016 году СБУ предполагала, что большая часть Украины будет потеряна для Киева. И уже тогда готовила «спящие ячейки». Это группы людей, которым была поставлена задача: в случае прихода Российской Федерации развернуть внутреннюю диверсионную войну. Это всё прописано, повторю, есть подтверждающие эти планы документы. То есть мы имеем дело с подготовленной сетью профессиональных диверсантов и террористов.

— Как диверсанты выбирают своих жертв?

— В службах разведки — ВГУР (Управление разведки) — имеется каталог объектов заинтересованности спецслужб. В него внесены ключевые объекты военной инфраструктуры, инфраструктуры жизнедеятельности по всей территории Украины. А также внесены имена и фамилии руководителей республик Донбасса и различных структурных подразделений, руководства больниц и учебных заведений. Собрана и прописана информация в отношении каждого: распорядок дня, привычки, уязвимые точки и так далее.

У исполнителей диверсий, как правило, два подхода. С одной стороны, выбирают значимых персон, ликвидация которых или просто диверсия в отношении которых вызовет медийный резонанс. А с другой стороны, выбирают по степени доступности. Чтобы минимум охраны. Допустим, глава военно-гражданской администрации какого-нибудь сельского района слабее охраняется. И в отношении него совершается диверсия.

Каждую из этих диверсий украинские паблики преподносят как огромную победу: якобы у нас длинные руки, каждый будет уничтожен.

Фото: flickr

— Какова цель таких мероприятий, на ваш взгляд?

— Это очевидно: чтобы люди на этих территориях, например, лишний раз задумались, а стоит ли идти голосовать на референдуме. То есть целью ставится посеять страх и ужас в умах людей на освобожденных территориях.

«Основные методы вербовки идеологические, реже — финансовые»

— Кто входит в диверсионные группы?

— Мужчины, желательно с боевым опытом. Женщины. Подростки. Украинские спецслужбы используют и их в своих целях в своих операциях. В 2016 году Министерство госбезопасности ДНР разоблачило диверсионную группу, которая действовала в Донецке и окрестностях, осуществила несколько терактов. Подрывали ЛЭП и водопроводы, готовились устроить взрыв мины направленного действия в центре Донецка: ликвидировать одного известного человека. Так вот в составе этой группы находились подростки от 14 до 18 лет. Лидером ее был 17-летний подросток. Его отец был сотрудником СБУ, покинул Донецк в 2014 году, переехал на подконтрольную Украине территорию. А своего сына и его друзей он привлек к диверсионной деятельности в Донецке.

О чем можно говорить, если отец привлек своего ребенка, которому в 2014 году было 15 лет, какие красные линии? Давно они (украинская сторона. — NEWS.ru) их перешагнули уже.

— Чем спецслужбы привлекают граждан к диверсионной деятельности? Деньгами? Обещаниями?

— Основные методы идеологические, реже — финансовые. Вот этим подросткам в Донецке, о которых я рассказал выше, обещали, что «мы (украинская армия) освободим Донецк, вас рассекретим — вы станете героями, снимем о вас фильмы, напишем о вас книги, будете как Джеймсы Бонды. И в институт поступите, и на работу возьмем». То есть сыграли на возрастных психологических особенностях подростков. Психология — один из инструментов вербовки и подготовки диверсантов.

Фото: flickr

В подготовке «спящих ячеек», про которые я говорил, люди подобраны фанатичного склада, поддерживающие киевскую власть. Не люблю слово «зомби», но именно оно лучше всего в данном случае подходит. Такие есть даже на освобожденных территориях.

— Их обучают проводить теракты?

— В 2017 году я был замруководителя АТО по вопросам действия сил и средств СБУ. У нас случилось ЧП в населенном пункте Константиновка. Это подконтрольная Украине территория, километров 30 до линии фронта. Подорвалась машина с сотрудниками СБУ. Украинские СМИ начали кричать, что якобы сотрудники СБУ выявляли пророссийское подполье и «злые сепаратисты» их взорвали.

На самом деле группа сотрудников СБУ обучала в машине жителя города Донецка 1975 года рождения установке и сборке самодельного взрывного устройства (СВУ). Но она допустили ошибку, и устройство взорвалось прямо у них в машине. Да, они обучают свою агентуру в том числе обращению с самодельными взрывными устройствами.

— Можно ли вычислить завербованных диверсантов?

— Я давно говорил, с самого момента, когда вырвался с Украины: самая большая проблема в том, что невозможно отличить выходца из Харькова, даже из Житомира, от выходца из Краснодара или Свердловска. Это не арабский терроризм, где можно, скажем, подозревать людей определенного фенотипа.

— То есть, условно, пенсионерки могут быть диверсионной агентурой?

— Ну а почему нет? На то и расчет: кто заподозрит бабушку-пенсионерку? Она ковыляет по улице с сумочкой, с пакетиком, оставила пакетик в урне возле, скажем, гражданской администрации, и через 15 минут произошел взрыв.

— Как себя вести, чтобы минимизировать опасность стать жертвой диверсии?

— Если вы живете где-то рядом с администрациями, военными объектами или по соседству с вами, например в подъезде, проживает политический деятель или медийная личность, то, конечно, надо быть бдительным. Сейчас банальности буду повторять: следить, чтобы посторонние граждане не могли проникнуть в подъезд вашего дома, чтобы не оставляли сомнительного вида пакеты...

Самое простое — смотрите за своим окружением. В нынешней ситуации, как бы это ни звучало, может быть, глупо, но вот те, кто выступает с критикой спецоперации, это питательная среда, в принципе, для украинских спецслужб. Допустим, украинские спецслужбы выявили человека, он проукраински настроен, а работает в охране военного завода. На него выйдут, предложат сотрудничество. Он обеспечит работу уже настоящей залегендированной диверсионной ячейки, которая организует диверсию на заводе. Что будет потом с охранником, который привел их на объект, не интересует кураторов. Они нанесут удар по заводу и растворятся. Охранника ФСБ задержит. Или вообще его ликвидируют, чтобы ничего не мог сказать. Всё, отработанный материал. Частью этой диверсионной войны являются различные акции в сфере культуры.

В определенных кругах даже существует такой военный термин — ДПО (диверсионно-психологическая операция). И каждая такая диверсия — это информационный повод для подразделений, которые ведут психологическую борьбу.