У отставного румынского министра на языке то, что у других на уме.

Не надо быть настолько наивными, чтобы поверить в чистый экспромт экс-главы румынского МИД Андрея Марги. А озвучил он то, что многие аналитики давно обсуждают кулуарно: для стабилизации ситуации в Европе Украине следовало бы вернуть соседним странам те земли, что ей не принадлежат исторически. России — Крым и Донбасс, Румынии — Буковину, Польше — Галичину, а Венгрии — Закарпатье. Видимо, и фигура бывшего министра иностранных дел засветилась не просто так. С одной стороны, он — профессионал, но уже лицо неофициальное, потому имеющее право на субъективные суждения.

С другой, Румыния, хоть и натовская страна, но партию первой скрипки в антироссийском оркестре, подобно Польше и Чехии, не исполняет. Варшаве и Праге такие заявления были бы не по сценарной методичке. Румынскому министру вторит Венгрия, но она в НАТО явный enfant terrible.

Собственно, по поводу новой государственной геометрии Украины иллюзий, похоже, уже нет ни у кого. Владимир Путин повторяет, что Незалежная была и остается во многом искусственно сконструированной страной. Страной, созданной благодаря подаркам Ленина с большевиками и Сталина. Действительно, нынешний Донбасс был исторической частью территории Войска донского. А столь ненавидимое в Киеве понятие «Новороссия» — это бывшее Дикое поле, огромные целинные степные земли, завоеванные русской армией и освоенные в конце восемнадцатого века, когда деяниями Екатерины Второй и Потемкина на мировой карте появились и Харьков, и Херсон.

Когда Симон Петлюра впервые провозгласил незалежность, речь всего-то шла о пяти губерниях республики. Он же, местами уже отлитый в бронзе, как теперь выясняется, снял и все украинские претензии на Львов и Тернополь.

Когда начнут делить УкраинуФото: [email protected]/flickr.com

Закарпатье неоднократно переходило под контроль разных сил, но чаще входило в состав венгерских государств. В 1938 году по Сен-Жерменскому договору территория была поделена между Чехословакией и Венгрией, которая включила в свой состав все крупные города региона, в частности Мукачево. Но в 1945–1946 годах Закарпатье стало частью СССР и вошло в состав УССР. Нынешние венгерские власти открыто работают с местным венгерским населением, активно раздавая там свои паспорта.

Северная Буковина стала составной частью Украины, ныне Черновицкой области, только перед Второй мировой войной.

А о претензиях польских ультранационалистов на пять западных областей Украины и говорить не приходится. Это политическая данность, которая в последние месяцы после публичных братаний Владимира Зеленского и его польского коллеги Анджея Дуды постепенно из чистой теории переходит в область государственной практики. К слову, поляки уже приготовили тысячи исков по поводу реституции, — возвращения им, наследникам, утраченного их предками недвижимого имущества на Западной Украине.

Иными словами, в воздухе витает идея не просто дипломатического урегулирования конфликта на Украине. Но уже, видимо, и созыва широкой международной конференции по поводу дележа «украинского наследства». Естественно, в основе нового договора о фактически переформатировании целого региона должны быть широкие и однозначные гарантии великих держав. А результаты такой глобальной сделки могут быть оформлены многосторонним договором под эгидой ООН и закреплены в соответствующих конституциях.

Однако пока под убаюкивающие западные заверения об обязательном сохранении территориальной целостности Украины начинается тестирование европейского общественного мнения на предмет существенных политических и географических перемен. Вот и венгерский премьер Виктор Орбан допускает, что Украина может потерять от трети до половины своей территории.