Госдума приняла закон о бюджете фактически на ближайшие три года. Главное его качество, несмотря на все последствия кризиса и санкций, — это профицит. Как правительство и парламентарии решили использовать данное свойство, о котором ранее приходилось только мечтать, и какие подводные камни могут быть скрыты за достигнутой внешней стабильностью — в материале News.ru.


Бюджет сбалансирован и застрахован от различных негативных сценариев, в том числе от непредсказуемых событий на мировом рынке нефти. Такую оценку документу дал, выступая перед парламентариями, первый вице-премьер — министр финансов Антон Силуанов. Доходы бюджета утверждены на отметке 20,379 трлн рублей в 2020 году, 21,247 трлн — в 2021-м и 22,058 трлн — в 2022-м. Расходы при этом тоже будут возрастать и достигнут 19,503 трлн рублей в следующем году, 20,634 трлн — в 2021-м и 21,763 трлн — в 2022-м. Таким образом, общее значение профицита равняется 876 млрд, 613 млрд и 295 млрд рублей соответственно по годам.

Примечательно, что профицит бюджета на уже уходящий, 2019 год подсчитан на отметке 1,4% ВВП, а это на 400,4 млрд рублей ниже ранее утверждённого уровня, что объясняется уменьшением поступлений нефтегазовых доходов.

Параметры на трёхлетку установлены исходя из прогнозируемого объёма ВВП в 112,863 трлн рублей и инфляции не более 3% в 2020 году, в 2021 и 2022 годах — 120,364 трлн и 128,508 трлн соответственно, а также показателя инфляции не более 4% в год. При этом планируется увеличение поступлений от неуглеродных доходов на 193,8 млрд рублей. Красноречивый факт: фиксируется даже сэкономленная часть по ряду расходов в объёме 123,3 млрд рублей.

Дмитрий МедведевДмитрий МедведевСергей Булкин/News.ru

Премьер Дмитрий Медведев ранее не раз высказывал мнение, что при определении своих приоритетов во взглядах на бюджет правительство опирается на консервативные прогнозы. В оценке главы кабмина имелись в виду, конечно, нестабильность на мировых рынках и привязанный к ней механизм «бюджетного правила», позволяющий застраховываться от нежелательных внешних влияний.

Так, согласно «бюджетному правилу», все дополнительные нефтегазовые доходы бюджета, полученные при цене нефти выше «планки отсечения» ($42,4 за баррель в 2020 году), пойдут в Фонд национального благосостояния (ФНБ). А так называемый ненефтегазовый бюджетный дефицит должен оставаться устойчивым весь трёхлетний срок — в пределах 5,8–5,9% ВВП.

Заимствования Минфин намерен делать на внутреннем рынке, за счёт этого в бюджет должно поступить порядка 1,74 трлн рублей в 2020-м году, 1,549 трлн — в 2021-м и 1,826 трлн — в 2022-м. Программа внешних займов состоит из размещения евробондов в пределах $3 млрд в год. Валюта США в законе о бюджете используется номинально — по прогнозу Силуанова, в 2020 году Россия в случае выхода на внешние рынки не будет производить займы в долларах. Не исключены размещения в евро и юанях.

Заметен крен в сторону укрепления на финансовом уровне социальной сферы. Насколько оптимальны предлагаемые адресные расходы — у экспертов пока нет единого мнения на этот счёт. Однако цифры всё же убедительны: до конца текущего года на весь социальный блок направлено 4 трлн 892,9 млрд рублей, в 2020-м — 4 трлн 990,4 млрд. Ещё весомей будет аналогичный показатель в 2021 году — 5 трлн 24,6 млрд, на 2022-й по данной статье предусмотрено израсходовать 4 трлн 809,2 млрд.

В частности, на здравоохранение в наступающем году намечено выделить 996 млрд рублей, в 2021-м — 942,5 млрд, в 2022-м — 951,7 млрд. На образование в 2020-м рассчитано потратить 887,5 млрд рублей, в 2021-м — 927,7 млрд, в 2022-м — 886,5 млрд. Всего на социальную сферу (с учётом бюджетов ПФР, ФОМС и ФСС) направят более 19 трлн рублей.

По региональным направлениям бюджетной политики в 2020–2024 годах субъекты РФ должны будут платить каждый год только 5% от суммы задолженности по бюджетным кредитам. Но с условием, что высвободившиеся средства они адресуют на осуществление инвестиционных проектов на своих территориях.

Сергей Булкин/News.ru

Любопытна неафишируемая и со стороны парламентского большинства, и правительства в публичном пространстве тема — секретные строки бюджета. В ближайшие годы закрытая часть главного финансового документа страны будет только расширяться: с 16,9% в следующем году до 18,2% в 2020-м и 20,6% — в 2021-м.

Исходя из прогнозных расходов на 2020–2021 годы получается, что за этот период «под непроницаемый колпак» попадёт 3,4 трлн и 4,1 трлн рублей соответственно. Это вряд ли кого из более-менее посвящённых в тонкости современной российской политики удивляет. Эксперты же РАНХиГС в своём мониторинге бюджетной политики РФ, завершившемся в октябре 2018 года, прямо указали на факты частичного засекречивания расходов даже по некоторым «мирным» статьям.

Так, в бюджете прошлого года закрытыми от посторонних глаз оказались 6% трат на физическую культуру, около 6% — на периодическую печать и издательства, 16% — на санаторно-оздоровительную отрасль, порядка 4% — на высшее и послевузовское образование. Авторы исследования в этой связи прямо указывают на противоречие подобной практики закону о государственной тайне, который разрешает использовать секретность исключительно для расходов «в области разведывательной, контрразведывательной и оперативно-разыскной деятельности, а также в области противодействия терроризму».

Депутат Госдумы РФ ряда созывов, депутат Московской городской думы, лидер партии «Яблоко» в 2008–2015 годах Сергей Митрохин скептически относится к громким декларациям проправительственных экспертов об успехах в достижении профицита бюджета, хотя действительно профицит значителен. Другой вопрос — в каких целях и в интересах каких групп он используется.

Согласно мнению эксперта, ещё в советское время началась показная практика накапливания средств на счетах Минфина. На них народные деньги оседают как в кубышке и, по сути, никуда потом не направляются. Но на самом деле это та копилка, которую правительство вместе с партией власти могут расходовать как угодно, по своему усмотрению. Поэтому, делает акцент собеседник News.ru, невозможно даже самим депутатам в точности определить, на что эти деньги пойдут.

По характеру формирования статей бюджета и их наполнения конкретным финансовым содержанием «столбовая дорога», обозначившаяся у партии власти особенно зримо после 2014 года, не изменилась. Приоритет в выделении средств остаётся за силовыми органами и чиновничеством. Поэтому не следует питать иллюзий, указывает политик, что запланированное увеличение расходов бюджета на 195,8 млрд рублей, что в процентном отношении к общенациональному ВВП составляет более 17%, пойдёт на цели развития, реформ или модернизации. Мы уже неоднократно наблюдали по вёрсткам бюджета в прошлые годы, как огромные суммы оперативно перенаправлялись на те цели, обсуждение которых депутатами не было проведено в соответствии с необходимыми процедурами.

Я допускаю, что определённая часть из этого профицитного бюджета в случае, допустим, какого-либо обострения социально-экономической ситуации в экстренном порядке будет изыматься и бросаться, что называется, в локальном направлении — на «тушение пожаров». То есть властям легче вот таким образом нейтрализовать плоды своей политики, лихорадочно изыскивая средства на ликвидацию аварий, на безотлагательные выплаты тем или иным категориям граждан, в конечном счёте — на очередные «майские указы», чем выстраивать политику, чтобы само её содержание исключало вынужденную необходимость управления страной в «ручном режиме».

Сергей Митрохин

бывший председатель партии «Яблоко»

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен