Мэр Москвы Сергей Собянин в ходе своего выступления на Московском урбанистическом форуме заявил, что скорая помощь в столице прибывает к пациенту быстрее, чем в других городах мира. В крупнейшем городе России почти в полтора раза снижено время доезда экстренной службы. Тем самым в российской столице выполнены указания главы Минздрава Вероники Скворцовой. Она говорила, что бригада скорой помощи должна приезжать на вызов за 20 минут в подавляющем большинстве случаев в любом регионе страны.


News.ru проехался с реанимационной бригадой станции скорой медицинской помощи подмосковного города Клина. Мы выяснили, всегда ли можно доехать до пациента за столь короткое время и всегда ли нужно это делать.

Сергей Лантюхов/News.ru

Клинский район, деревня Васильково. Дом в дачном посёлке скрылся от посторонних глаз. Его не определяет навигатор. Редкие прохожие помочь водителю скорой не могут. Нумерация строений в дачном посёлке лишена логики. Внезапно нужный дом всё-таки находится. Фельдшер Наталья спешит к пациентке.

Вокруг невысокой светловолосой женщины 65 лет собрались родственники: сын и внук. Пришла обеспокоенная соседка. Больная легла отдохнуть и почувствовала боли за грудиной и сердцебиение. Испугалась — а вдруг второй инфаркт. Решили вызнать экстренную службу.

Фельдшер сняла кардиограмму и померила давление. Показатели сердца оказались в рамках нормы. Больная объясняет: ещё до приезда скорой помощи ей стало лучше. Помогли таблетки. Но вызов отменять не стали, решили перестраховаться. Женщине неловко, она протягивает фельдшеру 1000 рублей.

Возьмите, вам на шоколадку, у вас, наверное, вызовов много, даже поесть некогда, — молит пациентка.

От денег фельдшер отказывается и рекомендует женщине меньше нервничать и следить за состоянием сердца. Фельдшер делает пациентке укол и даёт таблетку, снижающую артериальное давление.

Как тут не нервничать. Я мужа похоронила. Миша меня «убил», 45 лет вместе... Не пил, не курил, скоропостижно. Как жить теперь, — рассказывает женщина медикам про свою жизнь.

Фельдшер скорой оказывает помощь. Только психологическую: человека вернуть невозможно. Остаётся смириться с потерей и жить дальше. Тогда и здоровье станет лучше.

Вы знаете, моя учительница говорила, Бог забирает лучших в первую очередь. Так всегда. Проститесь с ним спокойно и живите дальше, — рассуждает Наталья.

Пациентка успокаивается и благодарит медиков, сама закрывает дверь. На вызов к женщине медики ехали более 30 минут, обратно — столько же.

Сергей Лантюхов/News.ru

Тучи сгустились над Клинским районом, сильный дождь размыл дороги. Следующий вызов опять поступил из дачного кооператива. Женщина, 74 года, почувствовала себя плохо, беспокоит сердце. Машина реанимации чудом не увязла в грязи. Дом в этот раз долго искать не пришлось, пожилая женщина сама вышла на дорогу и махала руками.

Внутри аскетичная обстановка. Типичный дачный дом без претензий. Стопки белья на туалетном столике, ржавая посуда на кухне, запах затхлости и сырости. Тучная пациентка ложится на заправленную кровать. На даче она живёт одна.

У женщины хроническая наджелудочковая тахикардия. Это регулярно повторяющиеся приступы учащённого сердцебиения. Болезнь часто встречается у людей пожилого возраста.

Ещё в машине врач с фельдшером характеризовали пациентку как «известную личность». В первую очередь тем, что женщина всегда настаивает на определённом виде лечения её сердечных недугов. Больная утверждает: ей помогает только препарат АТФ и ничто иное. Вызывает женщина экстренную службу, чтобы получить нужную дозу лекарства.

Кардиограмма оказывается типичной для её заболевания, давление — немного повышенное. Пациентка не изменяет себе. «АТФ мне сделай, дорогой», — обращается она к молодому фельдшеру. Спорить с дамой бесполезно, хотя, как говорят врачи, от её недуга есть более современные и эффективные препараты.

Машина покидает сельскую местность, дорога туда как раз заняла положенные 20 минут, обратно автомобиль застрял в пробке — 30 минут пути до подстанции.

Сергей Лантюхов/News.ru

Главная проблема современной скорой помощи — отсутствие первичной фильтрации поступающих вызовов. Экстренная служба обязана реагировать на все звонки и верить на слово людям, которые звонят по номеру 112, считает врач Клинской станции скорой медицинской помощи Сергей Дьяконов.

Пальчик порежут, в скорую звонят. Чихнула собачка, в скорую звонят. Кошка не может разродиться, в скорую звонят. Температура 36,9 у взрослого человека — набирает 112. Доходит до абсурда, — рассказал он.

Согласно статье ст. 19.13 Кодекса РФ об административных правонарушениях, за совершение заведомо ложного вызова специализированных служб на гражданина может быть наложен административный штраф в размере от 1 тыс. до 1,5 тыс. рублей. Но на практике, говорит старший врач, доказать несостоятельность вызова очень сложно. К тому же разбирательства с полицией отнимут у медиков драгоценное время.

Ещё частая категория нуждающихся в экстренной службе — люди в состоянии алкогольного опьянения. Нетрезвый человек лежит на улице, прохожие вызывают ему скорую помощь. Когда в России почти ликвидировали вытрезвители, звонить стало больше некому.

Вот недавно был случай. Упал мужчина на улице. Подобрали, привезли в приёмный покой, выяснилось, что он сильно пьян. Врачи говорят: не наш клиент, везите в наркодиспансер. Почему мы должны это делать — не наша функция. Скорая не такси, — говорит Сергей Дьяконов.

Врачи говорят ещё об одной проблеме скорой помощи — многие пациенты долго игнорируют заболевание или занимаются самолечением. Когда «доктор Гугл» оказывается неэффективным и состояние обостряется, люди вызывают скорую помощь. Правильный алгоритм действий: вызывать участкового или дойти до него самостоятельно. Мало кто поступает таким образом.

Люди перестали воспринимать скорую помощь как экстренную службу. Её сотрудники исполняют функции психологов, таксистов и участковых врачей. Тем временем действительно тяжёлые пациенты рискуют умереть, так и не дождавшись помощи. Сами фельдшеры и врачи тоже оказываются вымотанными. Утомительная и порой бесполезная работа сутки через трое — стандартный график «скорняка».