В Бухаресте прошёл первый Международный съезд спецпредставителей и координаторов по вопросам борьбы с антисемитизмом. Россию на нём представили исполнительный директор Российского еврейского конгресса (РЕК) Анна Бокшицкая и советник президента РФ Михаил Федотов. Они рассказали о том, как России удалось добиться одного из самых низких уровней антисемитизма в мире. Президент РЕК Юрий Каннер в интервью News.ru раскрыл секрет российского подхода и объяснил, почему в других странах рост ненависти к евреям подходит к опасной черте.

— Это первый съезд такого рода в современной истории. Почему его потребовалось созывать?

— Раньше, ещё несколько лет назад, не так много было спецпредставителей по борьбе с антисемитизмом. А сегодня они есть во многих странах. Так что встреча назрела, в ней приняли участие делегаты из почти 50 стран. Обычно подобные форумы проходят в Израиле, но в этот раз была выбрана нейтральная площадка в Европе.

— Проблема антисемитизма так остро встала в последнее время?

— Да, и в Америке, и в Европе произошли серьёзные изменения. Если говорить о Евросоюзе, то в последние годы там появилось очень много мигрантов и беженцев из государств с высоким уровнем антисемитизма, несвойственным Европе давно. Поэтому в Западной Европе наблюдается значительный подъём антисемитских проявлений. Именно проявлений, а не настроений. Для подъёма настроений переселенцев с Ближнего Востока в Европе не так много. Но проявлений антисемитизма, особенно дерзких и трагических, к сожалению, было достаточно. В Восточной же Европе антисемитская карта часто используется в политической борьбе. США — это совсем свежая история. С приходом к власти Дональда Трампа произошло очень сильное расслоение общества, активнее стали выступать радикалы...

— На съезде выступил спецпредставитель Германии Феликс Кляйн, который стал известен благодаря призыву к немецким евреям не носить кипы повсюду. Разве такая политика — это выход?

— Это не политика, это скорее признание проблемы. В Германии вокруг еврейских центров выставлена серьёзная охрана, но они всё равно боятся нападений и таким образом пытаются их предотвратить.

Юрий КаннерФото: rjc.ruЮрий Каннер

— Россия на форуме в Бухаресте поделилась положительным опытом в борьбе с антисемитизмом. В чем секрет российского подхода?

— Советский Союз долгие годы был источником антисемитизма во многих сферах. Сегодня эту проблему удалось побороть благодаря кооперации государства и гражданского общества. Во-первых, в России ликвидирован государственный антисемитизм. Меня как-то спросили, может ли еврей быть президентом. Я ответил, что, конечно, может. За постсоветский период половина министров России была еврейского происхождения. И на это никто не обращает внимания.

Что касается бытового антисемитизма, то здесь есть несколько факторов. Во-первых, еврея сегодня очень сложно идентифицировать. При этом евреи в России в основном сосредоточены в крупных городах, а они космополитичны. Во-вторых, за последние годы в России появилось несколько серьёзных вызовов, которые вытеснили еврейскую проблему. Сначала это были чеченские войны и проблема российско-чеченских отношений — сегодня это тоже уходит на второй план. Потом — проблема мигрантов — выходцев из Средней Азии.

Сегодня в России появилась новая проблема. Это общая ксенофобия. То, что в Европе находит выход в виде антисемитизма, в России проявляется в угнетении меньшинств, в том числе религиозных. Они преследуются на государственном уровне, и я не оцениваю это хорошо. Проблема ксенофобии опасна тем, что может быть направлена на любое меньшинство.

— Получается, и в Россию антисемитизм со временем может вернуться?

— Очень мало шансов на это. Но при этом если демографическая ситуация изменится — то, что мы сейчас видим в Европе, — всё может быть... У нас ведь тоже разная ситуация в регионах.

— Кстати о регионах. В России есть Еврейская автономная область, но число евреев там, как мы знаем, колеблется на уровне одного процента от населения. Имеет ли регион право на такое название?

— В 30-е годы там было достаточно много евреев, но эта область никогда не была центром еврейской культуры Советского Союза. Я не думаю, что будет большое возмущение со стороны евреев, если из Еврейской автономной области её переименуют в Биробиджанскую. Не думаю, что это принципиально.

— Российский еврейский конгресс на днях открыл в Минеральных Водах мемориал жертвам холокоста. Знаю, что за этот памятник долго боролись, а на месте трагедии в Змиёвской балке вам до сих пор не удалось установить таблички с именами погибших. Есть ли ощущение, что тема холокоста в России замалчивается?

— Она не замалчивается, но одновременно и не является мейнстримом. Советский Союз был закрытым государством, поэтому изучение холокоста сложилось именно как изучение лагерей смерти в Европе. В последние 20–30 лет эта ситуация медленно меняется, в том числе на государственном уровне. Часть мероприятий ко Дню Победы посвящена и холокосту. Ежегодно мы открываем десятки мемориалов. Часто всё зависит от региональных властей. Мы очень активно работаем со Ставропольским краем, здесь поддерживают наши проекты. А в Ростове-на-Дону всё очень тяжело идёт.