1 июня 1962 года в Новочеркасске начались беспорядки. В разделённой по территориальному принципу экономике СССР начался кризис, «по просьбам трудящихся» на 30 процентов были повышены цены на мясо и сливочное масло, а на Новочеркасском электровозостроительном заводе резко подняли нормы выработки. Завод был из отсталых, на работу там брали и бывших уголовников. А его директор был дураком. Когда к нему подступили разъярённые рабочие и начали спрашивать, как им, собственно, жить, он посоветовал им есть пирожки с ливером.

Это было похоже на слова Марии-Антуанетты, посоветовавшей голодавшим французам есть пирожные, — только ей отрубили голову много позже, а его начали бить сразу.

Так началось новочеркасское восстание. Дальше были демонстрации, остановка поездов, отключение газа, из-за которого встали все новочеркасские заводы, и погром горкома. Били милицию, били «очкастых», толпу периодически возглавляли пьяные. У стихийного восстания не было головы, оппозицию в СССР давно закатали в бетон, и мятеж превращался в хаос. В город срочно прилетела делегация ЦК КПСС, еле спасшаяся от захвативших горком рабочих. Дело кончилось стрельбой по толпе — было убито 26 человек, 87 ранили. Потом был суд, семерых обвиняемых приговорили к расстрелу, остальным дали огромные сроки. Нормы выработки на электровозостроительном заводе снизили, подробности происшедшего засекретили. На этом всё и закончилось, и один из уроков Новочеркасска в том, что готовая стрелять по толпе власть сильнее любого мятежа. Проблемы у неё начинаются, когда задумывается о своей правоте тот, кто должен отдать команду.

Новочеркасск был самым заметным, самым кровавым из народных мятежей хрущёвской поры. В провинции то и дело случались спонтанные бунты, погромы отделений милиции, а то и райкомов. Поводы были разными — от милицейской грубости до конфликта на национальной почве. Люди устали от нищеты, со времён гражданской войны в обществе накопилась бездна агрессии, и она искала выхода. Народ хотел перемен, хотел лучшей жизни. Это ему дал Брежнев.

Брежневская эпоха стала самым спокойным, самым счастливым, самым устроенным советским временем. Всех накормили, всем обеспечили старость, худо-бедно соблюдался закон. При Брежневе мятеж вроде новочеркасского был немыслим — его сразу залили бы деньгами, завалили продуктами. К концу его правления русская провинция сидела без мяса, масла и колбасы, и всё же никто не бунтовал, общий уровень благосостояния был приемлем.

И это урок на будущее: пока в России доступна еда и власть настроена решительно, последнее слово будет за ней.