Известный адвокат Павел Астахов в интервью NEWS.ru назвал реальной идею проведения международного трибунала над рядом политических и военных деятелей Украины. Юрист выразил готовность быть защитником жителей ДНР и ЛНР, если те решат потребовать у Украины выплаты компенсаций за погибших родственников, разрушенное жилье и инфраструктуру. Он объяснил, почему поддержал спецоперацию РФ, рассказал о своих поездках в Донбасс и о расизме, с которым столкнулся его сын Антон во время учебы в Великобритании. Также Астахов впервые прокомментировал возбужденное против сына уголовное дело по статье «Мошенничество в особо крупном размере».

После ухода с поста уполномоченного по правам ребенка при президенте России Павел Астахов занимается юридической и общественной деятельностью, ведёт программы на телеканале «Спас». Журналист NEWS.ru встретился с ним в Крыму на детском кинофестивале «Алые паруса Артека им. В. С. Ланового».

«Проблема современного образования — в том, что мы полностью отказались от воспитания»

— Каковы ваши впечатления от фестиваля?

— Очень положительные. В Артеке я побывал впервые. Раньше не получалось доехать. Благодаря фестивалю «Алые паруса», которому в этом году исполнилось 30 лет, и благодаря Андрею Соколову (народный артист России Андрей Соколов является президентом фестиваля. — NEWS.ru), с которым мы дружим, я открыл для себя Артек.

Меня попросили выступить с мастер-классом, точнее, это мотивационная лекция для подростков о том, как создать свое будущее. Ну а с кем говорить о будущем, как не с детьми? Они и есть наше будущее.

— Что вы им рассказывали?

— Достаточно простые вещи. Что надо спать не меньше восьми часов, не употреблять алкоголь, не курить, то есть избавиться от всех вредных привычек.

А самое первое правило создания своего будущего — это образование. В него важно вкладывать силы и время, как бы скучно это ни казалось и ни хотелось бы поспать подольше. Образование важно! Не менее важно найти свое жизненное призвание, предназначение. Призвание и образование — это не одно и то же.

Также важно заниматься благотворительностью, потому что добрые дела запускают цепочку добрых дел и создают предсказуемое будущее, в котором нет места равнодушию, грубости, насилию.

— Вопрос образования в последнее время стал особенно актуальным. От Болонской системы Россия отказалась. Что должно прийти взамен?

— Я надеюсь, что мы придем к классической русской системе образования. Именно русской. Потому что советская система образования не была уникальна, она выросла из русской системы образования. А русскую систему образования закладывали в свое время еще Михаил Ломоносов (1711–1765), Константин Ушинский (1823–1871) и, например, тот же Антон Макаренко (1888–1939), который в переходный для страны период занимался сложными детьми. Он немножко был утопист. Хотя элементы его системы были очень эффективными в образовании ребенка.

Ведь образование складывается из двух частей — обучения и воспитания.

Проблема современного российского образования заключается в том, что в какой-то момент мы полностью отказались от воспитания.

Павел Астахов: готов быть адвокатом жителей ЛДНР в трибунале против УкраиныФото: Виктория Катаева/NEWS.ru

Со школьных преподавателей не спрашивают за воспитание детей. И мы видим, что дети начинают грубить, хамить, даже дерутся с учителями. Если воспитание будет восстановлено в полной мере — как составляющая образования, — то мы увидим положительные изменения уже в ближайшие несколько лет. Я надеюсь, что это произойдет.

Проблема заключается и в том, что мы не только отказались от воспитания и перешли к этой странной Болонской системе, но и растеряли тех, кто умеет правильно учить и воспитывать. Многие действительно замечательные педагоги не выдержали и ушли из школы. Зато в системе образования появилось очень много пришлых людей, которые продвигали совершенно чуждые российскому обществу идеи.

В том числе делали это через западные гранты. Поэтому сейчас основная задача для системы образования — найти тех людей, которые смогут правильно восстановить её.

«Комендант-полька сказала нашим детям: „Вы русские свиньи!“»

— После распада СССР было модно отправлять детей учиться на Запад. Ваш сын Антон тоже получал образование в Великобритании. Зачем вы его туда отправляли, удалось ли достичь желаемой цели?

— Мой сын действительно учился на Западе. Это был его личный выбор. В 15 лет он сказал: хочу попробовать. Он написал пробный тест, поступил и поехал учиться в Оксфорд. Но уже после первого года обучения разочаровался и выразил желание вернуться обратно в Россию. И он вернулся, живет и работает в России.

Зато мы с женой на примере нашего сына увидели, как британская система образования калечит детей, ломает личность, насаждая свои принципы и взгляды. Например, британцы не считают, что Курская битва была величайшим сражением в истории Второй мировой войны. Мой сын пытался на уроках истории аргументированно доказать обратное, но переубедить не смог.

Британская система оспаривает и тот факт, что Россия является большой страной. Они настаивают: нет, не самая большая, а самая протяженная.

Мы столкнулись и с расизмом в Британии! В престижном колледже в Оксфорде! Притеснение шло по национальному признаку. Комендант — полька по национальности — сказала нашим детям: «Вы русские свиньи!»

Я пришел к директору, попросил пригласить коменданта: пусть она при вас объяснит, почему оскорбила детей. На что мне директор — женщина — ответила: «Вы не вправе допрашивать мой персонал, я сама разбираюсь с ними». Фактически меня выставила.

Эфиопскую девушку в открытую валили на экзаменах. На секундочку, это была дочь премьер-министра Эфиопии. Приехала жена премьер-министра в сопровождении службы его безопасности — разбираться с директором: почему девочку завалили на экзаменах; почему к ней так относятся, из-за того, что она темнокожая?! Их так же, как меня, выставили.

Мы с женой долго не могли понять, что происходит. Картина стала ясна, лишь когда учитель истории, очень достойный человек, сказал моей жене: «Вы знаете, у нас действительно процветает страшный расизм, особенно ненавидят русских и чернокожих». Это происходило в 2005–2006 году.

— То есть напрасно в России с придыханием говорили о западном образовании?

— В случае с детьми — получается, напрасно. Распиарили, потому что западное образование стоит огромных денег.

Я сам окончил американский университет, факультет дополнительного образования. Но мне было уже 33 года. Естественно, что меня бесполезно было обзывать русской свиньей или как-то на меня давить. Вот дополнительное образование для взрослого человека за рубежом, я считаю, интересно, полезно и эффективно.

Ребенок — другое дело. Я знаю много примеров, в том числе в высоких кругах, когда заграничное образование в буквальном смысле сломало детей.

— В конце прошлого года на вашего сына было заведено уголовное дело по ч. 4 ст.159 УК РФ «Мошенничество в особо крупном размере». Как вы прокомментируете эту историю?

— Вокруг этой ситуации действительно много информационного мусора. Возбуждено и расследуется в том числе уголовное дело по факту клеветы, по которому моя семья признана потерпевшей.

Пока ведется следствие, сложно строить какие-либо прогнозы и давать оценки. Могу сказать одно: мой сын — честный человек, он очень хороший отец: у него четверо маленьких детей. И сейчас он отдувается за своих неблагонадежных партнеров, которые все разбежались и попрятались за границей, а ему приходится всё это разгребать.

«Мне не надо ничего рассказывать про ваши западные свободы»

— Спецоперация России на Украине вызвала различные реакции в обществе. У вас со многими людьми из вашего окружения разделились взгляды?

— Сейчас уже разделения я не вижу. Потому что самые ярые противники уехали сразу. Они даже не поняли происходящего, не разобрались.

Вот интересно: у нас есть праздник, День защитника Отечества 23 февраля. Мужчины с удовольствием получают подарки в этот день, причем независимо от того, служил в армии или не служил. Но приходит день, когда надо по-настоящему стать защитником Отечества. Почему-то некоторые забывают о том, что они защитники. То есть подарки получать и поздравления приятно, а встать на защиту интересов родины оказывается не так просто.

И конечно, последние 30 лет, надо сказать честно, нас ввели в серьезный блуд — нам пытались навязать совсем другие интересы, другую шкалу ценностей. Посмотрите, сколько раз пытались в средствах массовой информации затеять дискуссию на тему блокады Ленинграда... Провокационная тема вбрасывалась для того, чтобы расколоть общество и посеять сомнения в успехе России во Второй мировой войне и в Великой Отечественной.

Про 28 панфиловцев осуществлялись вбросы: о том, был ли подвиг на самом деле или не было. Мы не давали достойный отпор. А ведь память надо беречь и защищать. И выросло поколение людей, которые очень комфортно существовали в своем понятном розовом мирке, где Запад прельщал своей свободой. А что такое западная свобода?

Мой отец был узником немецкого концлагеря, он был угнан ребенком вместе со своей мамой. Поэтому мне не надо ничего рассказывать про ваши свободы. И когда в апреле 1945 года их освобождали американцы, им предложили: вы можете поехать в Америку или остаться в СССР. Они выбрали свою родину, остались. И никогда не жалели о своем выборе.

Так же я — поехал в Америку учиться, но у меня не было мысли там остаться. И мой сын поехал в Англию, отучился и вернулся. Все эти глупости, которые иногда пишут обо мне, якобы семья живет за границей... это не так.

В свободном мире, где можно перемещаться, нужно путешествовать. Чтобы понимать, чем дышат другие культуры. Потому что если вы не знаете устройства, допустим, французского государства, вам будет казаться со стороны, будто это идеальная система. «Свобода, равенство и братство». Но это не совсем так.

Система французского государства очень агрессивна к пришлым, много вещей, с которыми вы столкнетесь и ужаснетесь. Мы жили во Франции, в Испании, часто бывали в Англии, пока сын там учился. Мы приезжали и видели то, что другие могли не увидеть. Зато широта этих знаний о западном мире сегодня позволяет мне иметь твердую позицию о том, что происходит сейчас.

Как только началась спецоперация, я поехал в Донбасс.

Павел Астахов: готов быть адвокатом жителей ЛДНР в трибунале против УкраиныФото: Виктория Катаева/NEWS.ru

Я был в Донбассе и в 2015 году, встречался с Александром Захарченко, с Гиви — Михаилом Толстых. Мы вывозили раненых и больных детишек из Донбасса. Мы отправляли гуманитарные грузы в рамках работы уполномоченного по правам ребенка. Я организовал штаб, и наши уполномоченные со всех регионов пересылали грузы, мы их собирали. Потому что жители Донбасса — это люди, попавшие в беду, которых правительство Украины начало убивать.

Уже в 2022 году я ездил в Мариуполь на следующий день после того, как с «Азовстали» вывели боевиков. Мы и сейчас ездим в ДНР с телеканалом «Спас», на котором я веду две программы. Везем гуманитарный груз: бронежилеты, каски, перевязочные материалы — всё самое необходимое. Это всё надо делать.

Ребята-солдаты, с которыми я общался и продолжаю общаться, не хотят, чтобы их жалели: «Не надо нас жалеть, мы воюем за свои семьи, за своих близких, за свою землю, за свой родной русский язык. Вас пожалеть надо — вы сидите в столице, вокруг вас одни бесы. А мы с Богом идем в бой». Вот как рассуждают. Чтобы это увидеть и услышать, надо там (в зоне проведения спецоперации. — NEWS.ru) побывать.

Кстати, ведь только в русском языке есть такое выражение: «В окопах нет атеистов». Их там действительно нет.

Мы привезли от канала «Спас» нательные крестики и иконки — моментально разобрали. Раздавал замполит. Замполит! Я служил в армии в советское время: замполит был человеком, который занимался идеологией и проповедовал светлое будущее коммунизма. А тут замполит раздает крестики и иконки! Эти мои впечатления потом прорастут в книгу, я запланировал написать книгу о войне.

Когда же я вижу примеры людей, которые уехали за границу и стали плохо говорить России, мне их жалко. Я считаю, о них надо временно забыть.

— Кстати, руководитель телеканала «Спас» Борис Корчевников недавно опубликовал на личной странице в соцсети пост, в котором предложил «очистить пространство от информационного мусора». Он назвал конкретные фамилии: Ксения Собчак, Моргенштерн, Даня Милохин. Что об этом думаете?

— Я подписываюсь обеими руками подо всем, что говорит Борис. Он мой товарищ, руководитель нашего канала. Я знаю, какой он человек: мужественный и стойкий. Мы с ним вместе были в Донбассе. То, что он предлагает, надо поддерживать.

Борис КорчевниковФото: Виталий Белоусов/РИА НовостиБорис Корчевников

Информационный мусор, конечно, мешает. Но это же не значит, что сейчас надо пойти и всех пересажать. Просто нужно четко понимать, указывать, что это — информационный мусор. Относиться как к грязи, мусору и помойке. Ну вы же не выходите из ванной и не ныряете в мусорное ведро. Так к этому и надо относиться. Не воспринимать.

«Акунин потерялся как писатель... Галкина надо выпороть хорошенько»

— В числе людей, которые сейчас критикуют действия России, также писатель Борис Акунин. Вы неоднократно называли его своим учителем.

— Борис действительно мне очень помог, когда я начал писать книги.

По поводу Акунина могу долго говорить. Считаю, что мы потеряли большого писателя. И он сам потерялся как писатель. Мне кажется, что чем больше он шел по пути оппозиционной деятельности, тем слабее становились его произведения.

Это мое мнение. Мне кажется, что в основе его оппозиционной деятельности лежит глубочайшая обида. Он талантливый человек. Талант, который дал Бог, человек должен тратить на службу родине. И нельзя обижаться на родину.

— Правильно ли, с вашей точки зрения, ввести уголовную ответственность за критику СВО?

— Всё, что касается нашей обороноспособности, национальной безопасности, веры в наши вооруженные силы и в наше правое дело, конечно, должно быть защищено. Как и в какой форме — вопрос к законодателям. Если бы я был законодателем, то я бы предложил решения. Сейчас это не моя сфера деятельности.

Я адвокат и готов защищать любого, даже заблудшего человека. Естественно, если это не противоречит моим внутренним принципиальным установкам, от которых я не отступлю.

Максима Галкина, по-вашему, надо наказывать за высказывания о действиях ВС РФ? Пока в отношении него лишь ведется проверка.

— Максима Галкина надо выпороть хорошенько, мало его папа-генерал порол в детстве. Жалко мне его — талантливый человек, разменялся.

Мне кажется, что он будет сожалеть о своем поступке. Придет время, они все об этом пожалеют.

Максим ГалкинФото: Anatoly Lomokhov/Global Look PressМаксим Галкин

«Мы будем отмечать День памяти жертв Донбасса, как День памяти жертв холокоста»

— Жители Донбасса обсуждают идею подачи коллективного иска в суд на Украину как государство с требованиями материальной компенсации за разрушенные дома, за погибших родственников. Возможно ли сейчас подать в суд на Украину с юридической точки зрения?

— О подаче на Украину в суд я говорил еще в 2014 году, когда начались первые обстрелы. Вот тогда нужно было подавать в Европейский суд по правам человека, в котором мы состояли. И Украина состояла и состоит до сих пор. А сейчас же мы вышли из Совета Европы.

Сегодня нужно создавать свои юрисдикции. Опять же, возвращаясь к образованию: в Америке, во время учёбы в университете я узнал удивительную вещь.

Америка не признает никаких международных судов. Никаких! Нет ни одного международного суда, который признавала бы Америка. Она признает только свои, американские суды! Можно в любом штате, где будет хоть какое-то основание, запустить судебный процесс, получить решение суда, а потом уже добиваться его исполнения в любой точке земного шара. Вот правильный подход сильной державы!

Такой же подход должен быть и у России. Вспомните Советский Союз. Разве он обращался в международные суды? Не обращался, да и зачем?

Есть государство Украина, враждебно к нам относящееся. Существуют различные формы призвания его к ответственности. Если не работают международные институты и международное право, тогда правильный ход — это СВО. Ни один закон не запрещает государству защищать своих граждан, где бы они ни находились.

Когда я учился в США, у нас был учебник международного права с примерами того, как Америка защищает свои интересы. Вот такой толщины — 900 страниц. И к нему еще приложение такого же объема.

Любая операция, начиная с Гренады и заканчивая Кореей, Вьетнамом, Афганистаном, Кувейтом, Ираком — везде американцы вводили свои войска, и никто в мире не сказал им ни слова. И нам надо понимать: есть ответственность сильного государства, сильной державы за тех людей, которые выбирают свой путь вместе с Россией.

Их надо защищать, когда в Донбассе идет геноцид, который не признает сегодня Запад — а геноцид существует. Послушайте Порошенко, других представителей киевской власти. Как они только не обзывали жителей Донбасса: «колорады», «мясо», «биомусор», «лишние люди». Это и есть геноцид.

Я уверен, что мы будем отмечать День памяти жертв Донбасса точно так же, как День памяти жертв холокоста.

Возвращаясь к вашему вопросу, могу сказать, что я с первых дней СВО предлагал создать международный трибунал (глава СК Александр Бастрыкин поддержал эту идею). Как проходил Нюрнбергский процесс: была опубликована московская декларация, открытая для присоединения стран, которые считают, что нацизм — это преступление и что против нацистов должен быть судебный процесс. В итоге к 1945 году на основе этой московской декларации был создан трибунал.

Так и сейчас надо сделать — донецкую декларацию, к которой присоединится Луганская Народная Республика, Россия, возможно, Южная Осетия, Абхазия, Белоруссия, Сирия... Я готов предложить свое участие в этом трибунале как адвокат со стороны потерпевших.

— Планируете ли в ближайшем будущем пойти в политику, вступить в партию?

— Я состоял в одной партии, которая вела нас, как говорила, к светлому будущему. А привела к развалу Советского Союза. Больше не хочу вступать ни в какие партии.

Заниматься политикой и общественной деятельностью — тем, чем я занимаюсь сейчас, — можно и вне партий.