На историческую память россиян наложили свой отпечаток воспоминания старших поколений о войне, многократно тиражируемые в книгах и фильмах. Мы даже не пишем, о какой войне, ибо война была одна и не требуется пояснений. Впрочем, на ту же негативную историческую память работают воспоминания и о Гражданской войне. Что для них общее — так это ощущение катастрофы, голода, разрухи.
Это воспоминание перекрыло и блокировало в исторической памяти другие вооруженные конфликты нового времени, например, русско-турецкую 1877–1878-го, Русско-японскую 1904–1905-го, Первую мировую. А они при всем масштабе сражений вовсе не сопровождались голодом, эпидемиями, вообще нарушением привычного образа жизни. Магазины были так же полны, население питалось и одевалось как обычно. Февральская революция случилась не от недоедания, а от сбоя в поступлении муки в Петроград из-за снежных заносов, и буквально суточные затруднения в пекарнях вызвали взрыв возмущения — настолько шокировано население было перебоями.
Те страшные воспоминания, связанные с ВОВ, которые преследуют бывших советских людей, объясняются устройством тогдашней экономики и госуправления. Колхозная система и директивное планирование обрекали людей на голод. Даже финская война 1939–1940 годов вызвала по всей стране массовый дефицит и продовольственный кризис. Сегодня ни в России, ни на Украине нет проблем с продуктами, да и с прочими товарами массового спроса. Жизнь продолжается as usually — к удивлению многих наблюдателей и в Москве, и в Киеве.

Однако влияние СВО на экономику бесспорно, только в чем оно заключается? Для Украины с ее падением ВВП по итогам года на 30% это понятно. И с предыдущим тезисом противоречий нет — почти 8 млн уехавших из страны «лишних ртов» плюс многомиллиардная финансовая помощь Запада обеспечивают макроэкономическую стабильность, несмотря на разрушение промышленности, энергетической инфраструктуры и потерю территорий.
В чем может выразиться воздействие на Россию? Начнем с инфраструктуры. Новые территории по итогам боевых действий требуют колоссальных вливаний. Тут фактор, во-первых, износа, поскольку и при Украине, и после никаких крупномасштабных вложений в инфраструктуру не проводилось, за исключением нескольких объектов к футбольному чемпионату Европы в 2012 году. Но самое дорогое из построенного тогда — донецкий аэропорт — давно превращено в груду развалин. Во-вторых, разрушения в ходе военных действий, которые далеки еще от своего завершения. Причем достается объектам по обе стороны фронта. Прилеты бывают далеко в российском тылу.
Фактически предстоит заново построить Донбасс. А это высокоурбанизированный регион, в котором проживало около 8 млн человек. Уже сейчас в регион вкладываются гигантские деньги: летом было построено 200 км водопроводов для снабжения Донецка, теперь предстоит еще 194 км для подачи из Дона — очень затратный и сложный проект. Еще больше денег было вложено в строительство 570 км дорог и 16 мостов, 45 тысяч квадратных метров тротуаров на новых территориях, в том числе трассы Джанкой — Мелитополь — Новоазовск — Таганрог. А на следующий год планируется еще не менее 600 км дорог и 20–25 искусственных сооружений на них. Напомним, программа восстановления Чечни обошлась примерно в полтриллиона рублей.

Но самой большой стройкой всей страны стал Мариуполь, где уже сейчас трудится 33 тысячи строителей. Полностью заменяются оконные блоки, радиаторы отопления, трубы водопровода, кровля вне зависимости от разрушений. А Мариуполь, напомним, — полумиллионный город, можно представить, сколько одних только пластиковых окон туда поставлено. Недаром все очевидцы отмечают бесконечные колонны грузовиков со стройматериалами в город. И уже там началось возведение нового жилья, хотя пока в небольшом объеме. По объемам стройка предстоит гораздо больше, чем в Грозном, поскольку Мариуполь заметно крупнее.
Строительство и ремонт зданий идут по всему Донбассу, вспомним восстановление Волновахи. Еще в планах — строительство нового города на Арбатской стрелке возле Геническа. А это означает, что возможное падение строительства в «старой» РФ (которого пока нет) с лихвой компенсируется заказами в «новой». Производители и торговцы стройматериалами получают устойчивый рынок сбыта, строительные фирмы — заказы.
Второе следствие — рост ВПК. По словам Дениса Мантурова, в некоторых отраслях производство увеличилось в десятки раз. Причем речь идет о высокотехнологичном производстве — ракеты, БПЛА (уже фактически национальный проект), самолеты, бронетехника и т. п. Но даже изготовление снарядов, которых обнаружилась нехватка и расход которых очень велик, требует и цветных металлов, и взрывчатки, и взрывателей — относящихся к точной механике. При этом учтем потребности вооруженных сил по обмундированию, питанию, размещению. То есть будет заказ и для легкой и пищевой промышленности. И огромные фортификационные работы — так называемая линия Суровикина из сотен тысяч бетонных надолбов.

Влияние войны на экономику бывает различным. Интересны данные по США во Второй мировой войне. Именно она окончила Великую депрессию, с которой Белый дом никак не мог справиться. ВВП за время войны вырос в Америке в 1,5 раза. Программа разработки ядерного оружия обошлась в $2 млрд, и в ней было задействовано 100 тысяч человек. Было произведено 127 тысяч самолетов общей ценой $45 млрд, а в авиационной промышленности работало два миллиона человек. 5700 торговых судов обошлись в $13 млрд, а военные корабли — в $18 млрд. Можно представить, сколько американская промышленность изготовила танков, пушек, стрелкового оружия, патронов и снарядов, средств связи.
При этом производство таких сложных самолетов, как «Суперкрепость», было в высшей степени технологически продвинутым, как и создание атомной бомбы, и означало революционный научно-технический прогресс. Доходы населения выросли, а безработица резко упала за счет призыва в армию и привлечения рабочих в оборонную промышленность. После войны такие азиатские «тигры», как Южная Корея и Тайвань, имели очень большие расходы на оборону. И это ничуть не помешало им в конкуренции с Японией или Гонконгом, у которых расходы были или минимальны, или отсутствовали.
Разумеется, военные действия не всегда благотворно действуют на экономику, чаще всего наоборот. Важным маркером является следующее обстоятельство: протекают они на территории противника или на собственной территории. В первом случае, как у США, возможен рост. Во втором, как у Украины, происходит стремительное падение. Другим фактором является способность отечественной промышленности обеспечивать основные нужды армии. Если она загружена заказами, то экономика идет в плюс. Третий маркер — возможность поддерживать внешнеэкономические связи. От этих ключевых факторов и будет зависеть в конечном итоге судьба российской экономики в СВО.