Странная история с несостоявшейся американской атакой на Иран, которую, по словам президента США Дональда Трампа, он лично отменил за 10 минут до начала, начинает приобретать смысл. Агентство Reuters со ссылкой на собственные источники заявило о том, что по инициативе Вашингтона 24 июня состоится экстренное заседание Совета Безопасности ООН, посвящённое иранской проблеме. В этих условиях заявления Трампа об отменённой атаке выглядят как вполне чёткий сигнал. Причём не столько для Тегерана, сколько для членов Совбеза.

Ожидается, что заседание СБ ООН 24 июня будет закрытым. США намерены в очередной раз напомнить об атаке на нефтяные танкеры в Ормузском проливе, в которой Запад обвиняет Иран. В Тегеране, однако, заявляют о своей непричастности.

Государственный секретарь США Майк ПомпейоФото: Michael Gross/US Department/Global Look PressГосударственный секретарь США Майк Помпейо

Мы проинформируем Совет о последних событиях вокруг Ирана и предоставим новые данные, полученные в ходе нашего расследования недавних инцидентов с танкерами, — цитирует Reuters служебную записку постпредства США при ООН.

Очевидно, будет затронута и тема сбитого недавно иранцами американского беспилотника. В этом случае Корпус стражей Исламской Революции сам заявил об уничтожении аппарата, что вынужден был позднее признать и Вашингтон. Как отмечали эксперты в беседе с News.ru, этот инцидент американцы просто не могли оставить безнаказанным. Аналитики не ошиблись: спустя сутки после уничтожения дрона издание The New York Times сообщило о несостоявшейся атаке на Иран, отменённой Трампом. Впоследствии сам президент подтвердил эту информацию, объяснив своё решение тем, что при ударе погибли бы не менее 150 человек.

За 10 минут до удара я его остановил. Это был бы непропорциональный ответ на сбитый дрон, — написал Трамп в своём Twitter.

Американской лидер также напомнил, что Вооружённые силы США «перестроены, обновлены и всегда готовы», а Иран никогда не получит ядерное оружие. В свете грядущего заседания Совбеза ООН сигнал Трампа вполне ясен: и Иран, и члены СБ должны понимать, что США готовы к военному конфликту в случае обострения ситуации.

Фото: Rick Majewski/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

У трамповской решимости — во всяком случае, декларируемой, — есть, очевидно, и ещё одна причина. Придя к власти с нещадной критикой в адрес Барака Обамы и заключённой им «ядерной сделки» с Тегераном, Трамп фактически сам себя обязал выстроить новую политику на иранском направлении.

Иран был на последнем издыхании и был готов рухнуть, пока не пришли США и не бросили ему спасательный трос в виде соглашения... Им [иранцам] следовало бы быть благодарными за ту ужасную сделку, которую США заключили с ними! — писал он в 2017 году.

Но, выйдя в 2018-м из «ужасного» соглашения, заключённого предшественником, новый лидер лишь способствовал эскалации кризиса в регионе. Теперь же, особенно с поправкой на приближающиеся выборы, которые Трамп вполне может проиграть, ему просто необходимо добиться какого-то разрешения ситуации. Отсюда, возможно, и вытекают самые разнообразные попытки «принуждения к миру» Ирана: как путём военных угроз, так и давлением в Совбезе ООН.

Сенатор Соединенных Штатов Крис Мерфи (демократ из Коннектикута) и сенатор Соединенных Штатов Берни Сандерс (независимый от Вермонта) проводят закрытый брифинг по Ирану на Капитолийском холме в Вашингтоне, округ КолумбияФото: Stefani Reynolds/CNP/AdMedia/Global Look PressСенатор Соединенных Штатов Крис Мерфи (демократ из Коннектикута) и сенатор Соединенных Штатов Берни Сандерс (независимый от Вермонта) проводят закрытый брифинг по Ирану на Капитолийском холме в Вашингтоне, округ Колумбия

По мнению экспертов американской частной разведывательно-аналитической компании Stratfor, ни в Вашингтоне, ни в Тегеране, несмотря на присутствие и там, и там «горячих голов», в вооружённом конфликте не заинтересованы. Ситуацию, однако, обостряет ряд обстоятельств, отмечают авторы материала «Факторы, способные подтолкнуть США и Иран к войне». Речь, в частности, идёт о кризисе доверия и отсутствии эффективных прямых контактов между сторонами.

Вооружённый конфликт значительно менее вероятен, чем продолжающееся противостояние невоенными средствами, — заключают аналитики Stratfor. — Но сочетание глубокого недоверия, большого числа посредников и второстепенных игроков, мгновенных мер [со стороны Ирана] в случае угрозы, а также отсутствия эффективных каналов связи даёт основания полагать, что даже из-за одного просчёта может вспыхнуть пожар, который тяжело будет потушить даже более трезвомыслящим лидерам в обеих столицах.

Если же говорить о невоенных методах, то, например, рассчитывать на поддержку членами Совбеза ООН какого-либо жёсткого предложения США не приходится. У России и Китая есть право вето, которое обе страны наверняка применят в случае оказания слишком сильного давления на Иран. Москве нет смысла портить отношения с Тегераном — в первую очередь, потому что он является для Кремля ключевым помощником на сирийском треке. Об этом в преддверии встречи по Сирии, которая состоится в Иерусалиме 24–25 июня в формате Россия — США — Израиль, заявил и секретарь Совбеза РФ Николай Патрушев. Он напомнил, что иранская сторона внесла весомый вклад в сирийское урегулирование, поэтому Москва будет учитывать интересы Тегерана.

Иран находится в Сирии по приглашению законного правительства и принимает активное участие в противодействии терроризму. Поэтому, конечно, мы должны будем учитывать интересы Ирана. Потому что всё-таки они вложили значительные средства и достигли определённых успехов в этой работе. Мы столкнёмся с тем, что интересы государств имеют различную направленность. Интересы Ирана российская сторона будет учитывать и доводить их заинтересованность до израильтян и американской стороны, — подчеркнул Патрушев.

У Пекина же свои счёты с Вашингтоном, связанные с объявленной американцами торговой войной КНР. И хотя многие сочли отказ китайцев закупать иранскую нефть своего рода «прогибанием» под США, раздражать иранцев им ни к чему. Значительная часть нефтяных поставок в Китай всё равно проходит через контролируемый Тегераном Ормузский пролив. Власти Ирана уже неоднократно угрожали его перекрыть в случае непосредственной военной угрозы стране. А подобный исход пока невыгоден никому.