16+

Как АЛРОСА продолжает добычу алмазов несмотря на вспышку СОVID-19

Бриллиант в «короне»: якутская компания ответила отказом на требование вахтовиков остановить производство, но раскрыла пугающие цифры заболеваемости
19:41, 21 октября 2020 450
Фото: АЛРОСА/alrosa.ru

Работники Нюрбинского горно-обогатительного комбината (ГОК) в Якутии распространили обращение к руководству корпорации АЛРОСА с требованием раскрыть реальные масштабы заболеваемости COVID-19 среди вахтовиков и полной остановки производства до локализации вспышки. По официальным данным, в начале октября коронавирус был выявлен у 20 сотрудников предприятия. Рабочие заявляют, что инфекцию якобы выявили более чем у 100 человек. Позднее гендиректор алмазодобывающей компании Сергей Иванов заявил, что «150 человек с положительными и сомнительными результатами», однако официальная статистика с начала октября не показывала какого-либо резкого роста заболеваемости. NEWS.ru решил разобраться, появился ли на северо-востоке России новый очаг коронавируса и услышал ли бизнес голос трудящихся.


С «Арбидолом» наперевес

Нюрбинский ГОК является одним из крупных активов ГК «АЛРОСА». Он ведёт добычу кимберлитовых трубок «Нюрбинская» и «Ботуобинская» в вахтовом посёлке Накын в Нюрбинском районе Республики Саха (Якутия). По словам вахтовиков, общее количество работников составляет примерно 1500 человек, из них на вахте одновременно находятся до 800 сотрудников. Впервые о вспышке COVID-19 на этом предприятии стало известно 5 октября. Тогда пресс-служба алмазодобывающей корпорации сообщила, что первая партия из 480 тестов выявила около 20 положительных результатов, а также несколько десятков результатов, которые подлежат дополнительной проверке. При этом, как утверждалось в пресс-релизе, большинство заболевших были бессимптомными.

Карьер комбинатаКарьер комбинатаАЛРОСА/alrosa.ru

В середине октября по местным СМИ и соцсетям стало распространяться открытое обращение вахтовиков, которые потребовали «раскрытия истинных масштабов заражения работников посёлка Накын» и «полной остановки деятельности Нюрбинского ГОК». В петиции указано, что в сентябре «произошла большая „перевахта“» и «примерно после 20 чисел сентября начались массовые обращения» сотрудников в местный медпункт «с первыми признаками заражения COVID-19». В числе симптомов авторы обращения указывают отсутствие обоняния и вкуса, а также слабость и температуру.

Когда число обращающихся начало расти, в посёлок Накын 1 октября приехали работники Московской лаборатории Helix для забора анализов на COVID-19. 5 и 6 октября при получении первого потока результатов анализов выяснилось, что из 480 обработанных анализов 115 положительные. Данных работников в тот же день вывезли в город Мирный четырьмя санрейсами (дом, больница, обсерватор). На следующий день были выполнены ещё три рейса, на последующий — ещё два рейса. У оставшегося после первых анализов персонала повторно взяла анализы та же лаборатория Helix, — говорится в обращении.

NEWS.ru обратился в Helix с просьбой прокомментировать, как изменилась ситуация с того времени, однако там не ответили на запрос, сообщив, что являются лишь подрядчиком и не могут распространять информацию без ведома АЛРОСА.

Панорама объектов Нюрбинского ГОКаПанорама объектов Нюрбинского ГОКаАЛРОСА/alrosa.ru

Между тем, как говорится в петиции, 11 и 12 октября при получении результатов повторных анализов счёт якобы шёл «на сотни положительных анализов».

В связи с тем, что обсерваторы и больницы города Мирного уже не могут принять столько человек, руководством ГОК принято решение об организации обсерватора в вахтовом посёлке Накын на 100 мест (отдельно стоящее двухэтажное общежитие). Осмотр и лечение производят четыре медработника, которых, конечно же, на всех не хватает. Лечение происходит таблетками «Арбидол» и «Курантил», — указывается в обращении.

Позднее выдачу данных препаратов всем работникам в профилактических целях подтвердили в АЛРОСА, заверив, что она якобы «помогла большинству работников с положительными тестами перенести заболевание бессимптомно». Однако, как писал NEWS.ru, эффективность «Арбидола» в случае COVID-19 не доказана. Его противодействие коронавирусу опровергали во Всемирной организации здравоохранения, а Федеральная антимонопольная служба признала рекламу препарата, в которой говорится о его эффективности против COVID-19, нарушающей закон.

Никаких компьютерных томографов, аппаратов ИВЛ, ФЛГ и в помине не было в Накыне. В Мирный вывозят только тех, у кого уже крайняя стадия (высокая температура, кашель). В жилых общежитиях и производственных объектах полная антисанитария и неблагоприятная эпидемиологическая обстановка в связи с тем, что клининговая компания, которая работает по договору в посёлке Накын, не может обеспечить персоналом в связи с заездом на вахту только через обсерватор, — говорится в петиции вахтовиков.

«Основная кормилица» будет работать

Авторы письма указывают, что с апреля заступление на вахту происходит только после того, как каждый работник пройдёт 10-дневную обсервацию со сдачей минимум двух тестов на коронавирус. Однако они предполагают, что основной причиной распространения COVID-19 в Накыне стала «недостаточная квалифицированность лабораторий Медцентра АК „АЛРОСА“ и Мирнинской ЦРБ, потому что тесты во время обсервации перед вахтой обрабатывали именно эти лаборатории».

Бывали случаи потери проб, были «сомнительные», «предварительно положительные» анализы (когда как результаты бывают либо отрицательные, либо положительные). Сентябрьская перевахта прошла и даже сейчас проходит очень тяжело (есть работники, которые до сих пор лежат в обсерваторах с середины сентября). Также хотим отметить несостоятельность оперативно реагировать на нештатную ситуацию первых руководителей ГОК и компании, — указывается в петиции.

Они предполагают, что топ-менеджмент не хочет остановки Нюрбинского ГОК как основного актива АЛРОСА. На его долю приходится 20% от общей добычи всей корпорации.

С учётом консервации трубки «Верхнемунская», сокращений объёмов в посёлке Айхал и городе Удачный, ежу понятно, что Накын — основная кормилица АЛРОСА, — подчёркивают вахтовики.

После того как обращение работников Нюрбинского ГОК стало достоянием гласности, в местных СМИ появилось интервью начальника управления социального обеспечения АЛРОСА Николая Франка. Он заявил, что 28 сентября первый работник обратился в медпункт ГОКа с жалобами на симптомы ОРВИ. После этого у рабочих взяли тесты, подтвердившие, что на ГОКе коронавирус.

На кухне столовой ГОКаНа кухне столовой ГОКаАЛРОСА/alrosa.ru

Комментируя требование рабочих, топ-менеджер алмазодобывающей компании заявил, что «в самом начале, когда одновременно свалилось множество положительных тестов», руководство АЛРОСА якобы обсуждало возможность закрытия производства. Однако в итоге руководство пришло к выводу, что «пока такой необходимости нет».

С момента начала вспышки ГОК — это очаг вируса, источник потенциальной опасности. Вывозить людей, многие из которых приехали из других улусов, — значит потенциально содействовать распространению вируса по республике. Это могло породить неуправляемую ситуацию в городах и посёлках республики, где слабая медицинская база. Мы не могли поступить так безответственно. Опять же, если кто-то почувствует себя плохо, то лучше пусть ему быстро окажут помощь здесь, чем он окажется один на один с болезнью в дороге или в отдалённом уголке Якутии, — заявил Франк.

Он обратил внимание на то, что «каждая остановка производства означает для людей простой», а в случае вахты «это очень длительное ожидание и две трети тарифа». То есть, как говорит топ-менеджер, для рабочих «это означает очень существенное снижение дохода».

Я слышал жалобы, что, мол, компания не закрывает производство из жадности, чтобы только за счёт людей добыть побольше и планы выполнить. Люди не вполне понимают, как это работает. Во-первых, компания в этом году и так снижает добычу, а не наращивает, какой-то нужды «гнать» точно ни у кого нет. Во-вторых, запасы добытой, но не обработанной руды ещё есть. Так что нет, не добыча была причиной, — добавил Франк.

По мнению доктора медицинских наук и активиста профсоюза «Альянс Врачей» Натальи Эйсмонт, чёткого алгоритма, касающегося остановки деятельности предприятия из-за вспышки коронавируса не существует.

То, что произошло, — это уже называется вспышкой. В мировой практике и практике санитарных врачей ей считается случай, при котором количество выявленных в коллективе одной и той же инфекции составляет пять и более случаев. То есть пять человек и более — это вспышка. Эти 100 с лишним человек с положительными тестами нужно изолировать. Остальных вахтовиков необходимо было оставить на 14 дней на местах проживания в изоляции и наблюдать за ними, а по прошествии этого времени взять мазки, чтобы подтвердить, что они здоровы. И Роспотребнадзор уже решает на месте, посмотрев условия работы и проживания, останавливать ли работу предприятия на две недели, то есть вводить карантин или нет. По сути, Роспотребнадзор может закрыть предприятие, но сначала врач-эпидемиолог должен осмотреть всё на месте и доложить руководству. Но никаких чётких алгоритмов, когда закрывать предприятие, нет. Каждая ситуация индивидуальна.

Наталья Эйсмонт

лидер профсоюза «Альянс врачей» в Свердловской области

Выявление заболевших в Накыне прокомментировал гендиректор АЛРОСА Сергей Иванов. По его словам, «ситуация в Нюрбинском ГОКе постепенно нормализуется». Топ-менеджер сообщил, что с момента выявления COVID-19 прошло три волны тестирования среди «всех сотрудников ГОК и работающих в Накыне подразделений — это более 2300 проб».

Вахтовый поселок работников комбинатаВахтовый поселок работников комбинатаАЛРОСА/alrosa.ru

Всего мы вывезли из Накына 150 человек с положительными и сомнительными результатами, чтобы пресечь возможность дальнейшего распространения вируса. Те, у кого были выраженные симптомы, получили помощь в медицинских учреждениях. Тех, у кого симптомов не было, разместили в обсерваторах компании, — сказал Иванов.

На фоне озвученных главой АЛРОСА обновлённых данных, республиканский оперштаб не сообщал в октябре о резком дневном приросте заболеваемости COVID-19 за время выявления заболеваемости в Накыне. С 1 по 21 октября число заразившихся коронавирусом в Якутии выросло с 9467 до 11854 человек. Самые значимые скачки в официальной статистике за это время происходили 11 октября (128 новых заражений против 110 днём ранее), а также 20 октября (157 против 132) и 21 октября (177 против 157). Примечательно, что власти Якутии почти никак не комментировали вспышку на объекте АЛРОСА, если не считать синхрон ответственного за «коронавирусную» тему зампреда республиканского правительства Ольги Балабкиной от 6 октября. В нём чиновница продемонстрировала максимальную лояльность алмазодобывающей компании.

Ситуация, которая возникла вчера непосредственно у нас в компании АЛРОСА показывает на то, что это именно та ситуация, при которой компания в полном объёме является социально ответственной и предприняла все меры, и выявила, не дала возможности дальнейшего распространения возможного массовой вспышки на предприятии. Именно такой подход, он должен быть у всех работодателей для того, чтобы они применяли превентивные меры, — сказала Балабкина в эфире местного телевидения (грамматика сохранена).

Депутат Госдумы от Якутии Федот Тумусов ещё 8 октября писал на своей странице в Facebook, что в республике «очень много случаев», когда результаты тестов на COVID-19 приходят через 5–10 дней, а иногда и через две недели. Он не исключал, что «эти результаты специально прячут, чтобы улучшить статистику, не показывать реальный рост числа заболевших». В беседе с NEWS.ru он вспомнил про странную информацию о заболевших вахтовиках на Талаканском нефтегазоконденсатном месторождении в Ленском районе республики.

Некоторые по две недели ждут результатов тестирования и заражают окружающих. В итоге происходит массовое заражение. После этих высказываний оперативный штаб начал принимать меры — теперь в течение четырёх дней берут тесты. Недавно в Талакане на месторождении «Сургутнефтегаза» у вахтовиков была вспышка COVID-19. В Минздраве заявили, что заражённых пять тысяч, но через полдня эту информацию удалили. Там действительно было много заболевших, но они тоже не отображались в статистике. Вахтовиков вывозили в их родные регионы и, возможно, там бы они входили в статистику, но в итоге и там, и тут статистика не показывала [их]. Сегодня появилась информация от центрального штаба, чтобы включать всех больных COVID-19, кто даже на ногах (21 сентября глава Якутии Айсен Николаев сообщил, что носители вируса, которые ранее не включались в число больных, должны будут учитываться в общем количестве заболевших. — NEWS.ru). То есть инструкции, кого включать в статистику, меняются периодически.

Федот Тумусов

депутат Госдумы РФ от Якутии

Парламентарий также выразил уверенность, что «в Якутии ничего самостоятельно рисовать не будут, они действуют по инструкциям».

АЛРОСА/alrosa.ru

Класс против класса

В беседе с NEWS.ru депутат Госдумы Олег Шеин напомнил, что ситуация с вахтовиками Нюрбинского ГОК не новая. Стоит напомнить, что в мае более тысячи сотрудников Чаяндинского нефтегазоконденсатного месторождении в Якутии были госпитализированы с COVID-19. Тогда там были приостановлены работы. До этого строители проекта «Арктик СПГ-2» компании НОВАТЭК в Мурманской области устроили забастовку из-за эпидемии коронавируса в рабочем городке. Ещё один резонансный случай — вспышка SARS-CoV-2 в городке вахтовиков, задействованных на строительстве газоперерабатывающего завода «Газпрома» в Амурской области, которые в июле устраивали бунт. За месяц до этого сообщалось, что там якобы заразились 4500 рабочих, хотя власти говорили, что их в десятки раз меньше.

Что весной, что сейчас картина совершенно одинаковая. Весной в Якутии и других регионах была серия вспышек COVID-19, также связанная с заболеваемостью вахтовиков. Бизнес как экономил (на охране здоровья), так и продолжает экономить. Здесь полная стабильность. Теперь возникает вопрос: «Что делать?» С моей точки зрения забота идёт не о безопасности людей, а о неких политических решениях: «А вот мы затронем интересы капитала», «А вот бизнесмены не смогут прибыль получать», «А давайте там не будем что-либо делать и обращать внимания, потому что там серьёзная компания», «Страдает здоровье людей? Ничего страшного, других найдём». Вахтовикам, конечно, надо стартовать с создания профсоюза, что в таких ситуациях даёт страховку от расправы со стороны работодателя. Второе — это приостановка работы, забастовка. Что ещё здесь советовать, если нормальный диалог становится невозможным?

Олег Шеин

член комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов

С парламентарием согласен директор Центра защиты профсоюзных прав Валентин Урусов, который ранее трудился в структурах АЛРОСА и создал на производстве в Якутии независимый профсоюз «Профсвобода». Однако в сентябре 2008 года активиста задержали силовики и, по его словам, а также мнению знакомых активиста и многих наблюдателей, подбросили ему наркотики. Из-за этого рабочий провёл несколько лет в заключении.

АЛРОСА/alrosa.ru

По словам Урусова, все конфликты алмазная компания «пытается гасить в зародыше, а если проморгают, то пытаться задавить и умолчать». Также он считает бесперспективными иски вахтовиков к работодателю, если последний нарушает их права, поскольку любые иски к АЛРОСА «проходят в судах республики, а там всё схвачено». Кроме этого, он обращает внимание на то, что производственные травмы на предприятиях компании якобы стараются не регистрировать, предлагая оплачиваемый бытовой больничный. В итоге, отмечает активист, корпорация «занимает одно из первых мест по безопасности работ».

NEWS.ru направил в пресс-службу АЛРОСА запрос, чтобы выяснить, какова ситуация с заболеваемостью на Нюрбинском ГОК сейчас, стало ли заболевших больше или меньше. Однако в компании не смогли оперативно предоставить редакции комментарий.

В подготовке материала также участвовала Марина Ягодкина.

Yandex Zen

Самое интересное - в нашем канале Яндекс.Дзен

Загрузка...
Новости СМИ2