Коронавирус — главный ньюсмейкер последних недель во всём мире. Из-за объявленной пандемии закрываются границы государств, отменяются массовые мероприятия, власти призывают граждан к режиму самоизоляции, в некоторых странах вводятся штрафные санкции за его нарушение. Ограничения коснулись и колоний. Заключённым временно запретили свидания с близкими. Встречи с адвокатами и следователями разрешены только после измерения температуры тела и при условии, что они не ездили в последнее время за границу. Вместе с тем места заключения входят в число наиболее уязвимых при обороне от вируса. Люди там, как правило, хуже защищены из-за скученности и плохого доступа к медпомощи. NEWS.ru решил разобраться, чем может грозить вспышка коронавируса в исправительных учреждениях и принимает ли ФСИН какие-то превентивные меры.


Новые правила начали действовать в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) с 16 марта. Как рассказали NEWS.ru в ведомстве, помимо запрета на свидания и передачи, руководство уголовно-исполнительной системы решило не допускать на территорию колоний и СИЗО людей с повышенной температурой или недавно вернувшихся из других стран. Также установлен целый ряд мер, которые должны помешать вирусу распространиться внутри большой закрытой структуры. Так, заключённые, у которых есть подозрение на коронавирус, должны быть госпитализированы в гражданские больницы. Кроме того, всем колониям и СИЗО предписаны организованные медицинские посты: их задача — выявлять простудные симптомы у заключённых. Персонал обязан дополнительно дезинфицировать приёмные отделения, столовые, транспорт, камеры. Медики должны чаще устраивать обходы камер, а также контролировать состояние здоровья осуждённых с хроническими заболеваниями, иметь в достатке противовирусные препараты, дезинфекторы, бесконтактные градусники и средства индивидуальной защиты. Также ФСИН отмечает, что по отношению к сотрудникам «организован строгий медицинский контроль».

Сергей Бобылев/ТАСС

Однако, по словам адвокатов, правозащитников и самих осуждённых, реальность несколько отличается от официальной картины. В середине марта на самочувствие пожаловался фигурант «московского» дела Егор Лесных, который сейчас находится в СИЗО № 5 Москвы. Жалобы были похожи на симптомы коронавируса и, по настоянию адвоката Эльдара Гароза и близких Егора, ему сделали анализ.

Сейчас пришла информация со слов Егора, что анализ был на коронавирус и материалы не доехали до лаборатории. Или доехали, но в непригодном состоянии, при этом посмотрели, сколько там белка. И его на днях везут в медцентр «Матросской Тишины» в СИЗО и там заново будут брать пробы для анализа. История мутная. Непонятно, как можно было не довезти анализы до лаборатории, — рассказал Гароз.

Адвокат добавил, что его подзащитного не изолировали от остальных заключённых после того, как тот заболел.

Он также сидит в общей камере, с кем и сидел изначально. Такое ощущение, что карантинные меры введены для адвокатов и для следователей, которые приходят. Потому что я только что вышел из СИЗО «Матросская Тишина», где нас заставили с собой приносить и надевать бахилы, перчатки и маски. Но все сотрудники ходят без бахил, перчаток и масок, и заключённые тоже. Только на КПП девушки, которые принимали документы, были в масках, — утверждает адвокат.

Гароз говорит, что Лесных не получал лечение сразу после появления симптомов, лишь через некоторое время ему дали жаропонижающее. По словам адвоката, реакция последовала только после того, как невеста Егора обратилась к замначальника СИЗО, а защита и близкие постарались донести руководству изолятора мысль об опасности эпидемии коронавируса.

Их поведение, мягко говоря, странное — русское авось. Никто не хочет из администрации ФСИН, чтобы в их подведомственных учреждениях обнаружилось что-то, потому что это повлечёт за собой большие проблемы, — предполагает он.

Адвокат продолжает, что такие структуры, как ФСИН, зависят от отчётности, а значит, там должно быть всё хорошо. Если же обнаружится коронавирус — начнётся служебная проверка, а это минус самому учреждению.

27 марта фонд «Общественный вердикт» сообщил, что в СИЗО отказались проверять Егора на коронавирус, сказав, что «у ФСИН нет таких возможностей».

«Сотрудники оградились и ведут себя так, будто коронавируса нет»

NEWS.ru поговорил с осуждённым, который находится в колонии-поселении в Волгоградской области. Он утверждает, что из всех предписаний по карантину исполняется только запрет на свидания. О здоровье же заключённых по факту никто не заботится. Например, он упоминает сотрудников колонии, которые выходят за её территорию и могут подхватить какую угодно инфекцию, а потом принести её на работу. По его словам, работников не проверяют при входе, кроме того, почти никто не носит маски или перчатки.

Евгений Епанчинцев/ТАСС

Они ведь не находятся на карантине, они живут обычной жизнью, у них выходные, они также общаются с родственниками, ходят в гости, я полагаю. И эти меры ФСИН не сыграют никакой роли. На входе в колонию стоит умывальник, и то, что сотрудники помоют руки, прежде чем зайти в колонию, роли не сыграет. Сами понимаете, инкубационный период две недели, и они будут заражать, — рассудил мужчина.

Он добавил, что риск заболеть вирусом в колонии повышается из-за высокой плотности местного населения.

Спальные места расположены таким образом, что в полуметре от вас находится лицо другого человека, и во время сна вы дышите друг на друга. И если туда попадёт вирус, то заболеют все мгновенно. Несмотря на то что отряды локализованы друг от друга и не общаются, есть места общего пользования: это столовые. Один отряд приходит, пообедал, другой приходит. Потом промзоны, где все вместе работают, потом построения на плацу, когда идёт пересчёт людей, — пояснил заключённый.

Он также обратил внимание на то, что руководству колоний невыгодно «находить» среди своих подопечных больных коронавирусом. Мужчина полагает, что смерти от нового недуга запросто могут списываться на осложнение хронического заболевания: более половины осуждённых больны туберкулёзом, гепатитом или ВИЧ.

Если человек, который болен туберкулёзом, заболеет коронавирусом и умрёт, то ему в диагнозе поставят, что он умер от туберкулёза, а не от коронавируса. Система устроена таким образом, что вынуждена скрывать фактические случаи эпидемии, чтобы избежать ответственности из-за отсутствия надлежащей медицинской помощи. Потому что одно дело, когда человек болеет туберкулёзом и принимает необходимые препараты и всё равно умирает. Другое дело — он был болен коронавирусом, а ему не оказали соответствующую помощь. Ведь для медпомощи его надо вывезти в гражданскую больницу и обеспечить охрану, — уверен заключённый.

Согласно мартовскому постановлению ФСИН, все заболевшие заключённые должны быть вывезены в гражданские больницы и лечиться там. Однако наш собеседник считает, что такие меры совсем невыгодны администрациям колоний — для лечения за пределами тюрьмы полагается конвоирование и постоянная охрана, а при массовой заболеваемости осуждённых «это просто катастрофа».

Евгений Епанчинцев/ТАСС

Чтобы вывезти заключённого в гражданскую больницу, ему нужно обеспечить конвоирование и постоянную охрану. То есть один человек заболел — это проблема, если два-три — это большая проблема. Если заболеет много — это просто катастрофа, — полагает он.

Другой заключённый, с которым NEWS.ru удалось пообщаться, отбывает наказание в колонии строгого режима в Якутии.

Он рассказал, что сотрудники в их учреждении тоже не соблюдают правила карантина — не носят маски, не измеряют температуру на входе в колонию. Кроме того, на днях появилось несколько заболевших с высокой температурой, которых не обследуют и не лечат ничем, кроме жаропонижающих таблеток.

У нас сейчас один человек заболел, и все симптомы схожи, но никто с ним не проводит мероприятия и тесты. Дали ему аспирин и отправили обратно к нам. И он живёт вместе с нами. И я смотрю, у нас буквально за сутки не один заболевший, а уже трое. У всех высокая температура — 38,7. Учреждение является закрытым. И все стараются не выносить сор из избы, — сказал он.

Мужчина рассказал также о появившемся ажиотаже на медицинскую помощь на фоне новых правил и новостей об эпидемии. Он добавил, что сотрудники «оградились и стали вести себя так, как будто никакого коронавируса нет».

Заболевшие люди приходят и стоят у решётки и не могут попасть к врачу. Могут отказать в приёме, так как не записан, или сказать, чтобы записывались на следующий день. То есть они отгородились наоборот этими решётками, и попасть проблематично к ним. И это связано с ажиотажем: ведь люди всё идут и идут. Оградились от нас, чтобы мы не жаловались и не обращались к ним лишний раз, ничего не просили, не требовали, — отметил он.

Также наш собеседник пояснил, что большинство пунктов нового постановления не соблюдаются: нет дезинфекции, медобходы не проводят чаще, заключённым не выдали масок и перчаток, и контроль за людьми с хроническими заболеваниями не усилили.

Я сам имею хроническое заболевание — бронхит, и никакого контроля я на себе не почувствовал, — посетовал он.

Коронавирус = коллапс системы ФСИН?

Основатель проекта Gulagu.net Владимир Осечкин, рассказывая об обстановке в колониях и СИЗО во время пандемии, ссылается на собственные источники во ФСИН. Накануне он опубликовал пост в соцсети, в котором сообщил о первых случаях заражения коронавирусом в российских исправительных учреждениях. В разговоре с NEWS.ru он сделал оговорку, что сейчас эта информация перепроверяется, так как тестов на коронавирус нет ни в одном СИЗО или колонии, и, соответственно, определить, этим ли болеют заключённые, нет возможности. По словам Осечкина, медики из региональных управлений ФСИН атакуют ведомство с просьбой направить тесты. Однако получить их не так просто.

Тестов физически нет во ФСИН. Мы мониторили — и на балансе госзакупок ФСИН нет тестов на коронавирус. Возможно, есть какие-то закрытые закупки. Также нет госзакупок на сайте ФСИН на защитные медсредства: маски, очки и так далее. Приобретение медоборудования — это долгая процедура согласования. По словам нашего источника, они переписываются, созваниваются с Минздравом, но во ФСИН к этой ситуации оказались не готовы.

Владимир Осечкин

основатель правозащитного проекта Gulagu.net

Подтвердить или опровергнуть заболеваемость коронавирусом в колониях пока не представляется возможным, однако уже есть люди с пневмонией и симптомами гриппа.

Есть несколько заболевших пневмонией в больнице «Матросской Тишины», есть из «Медведково», тоже доставлены в «Матросскую Тишину», есть в Санкт-Петербурге тоже заболевшие пневмонией. То есть диагноз ставится или пневмония, или грипп с осложнениями, но есть риск того, что это тот самый коронавирус. Мазки у них никто не брал, — говорит правозащитник.

Тем временем в СМИ появились опровержения со стороны ФСИН. В ведомстве утверждают, что в подведомственных учреждениях всё под контролем и заболевших коронавирусом заключённых нет.

Кроме того, Осечкин рассказал о начавшейся панике не только среди осуждённых, но и в рядах самих сотрудников. Младший состав рассматривает вариант просто уйти со службы, если произойдёт вспышка эпидемии. Это может привести к кризису в системе ФСИН, полагает правозащитник.

Младший состав говорит, что если действительно начнётся эпидемия, мы даже на работу выходить не будем — плюнем и всё. Потому что у них зарплаты копеечные, соцпакета нет. Если они уволятся, будет коллапс. У нас генералы ФСИН зарабатывают сотни тысяч и имеют дорогие квартиры. А труд младшего состава, тех, что работают напрямую с заключёнными, низкооплачиваемый. И им что там работать, что завтра пойти охранником в Сбербанк или супермаркет, разница невелика по зарплате, — убеждён он.

Осечкин добавил, что спецназ ФСИН сейчас отрабатывает действия не на подавление бунтов в колониях, а «просто на сохранение работы учреждений». Руководство ведомства допускает, что часть младшего состава может не выйти на работу. Соответственно, спецназ должен будет их заменить. Однако если это приобретёт системный характер, спецназа не хватит, «чтобы заткнуть эти дыры», резюмировал он.

Официально в колониях и СИЗО коронавируса пока нет.

На сегодняшний день в учреждениях уголовно-исправительной системы случаев заболевания новой коронавирусной инфекцией не зарегистрировано. Между тем сложившаяся ситуация диктует необходимость принятия дополнительных противоэпидемических мер, — рассказали NEWS.ru в ведомстве.

В подготовке текста также участвовала Марина Ягодкина.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен