Казалось бы, новая пенсионная реформа, сводящаяся к увеличению возраста выхода наших граждан на заслуженный отдых, — уже дело решённое. Что, собственно, уже и признал премьер Дмитрий Медведев. Речь ныне идёт не о том, повышать ли пенсионный возраст или нет, а о том, на сколько и в каком темпе.

Для мужчин, например, до 63 или 65 лет. И постепенно увеличивать возраст выхода на пенсию каждые три месяца или каждые полгода. То есть остались лишь технические детали.

Однако есть и моральный аспект проблемы. Реформа обещает быть столь же непопулярной, как и объявленная в своё время монетизация льгот. Мы помним, как тогда вышли на улицу даже наши покорные и со всем смирившиеся заранее пенсионеры. А человек, с именем которого тот шаг ассоциировался, Михаил Зурабов, был отставлен с поста министра и сослан в посольство в Киеве. Но и там не принёс стране ощутимой пользы. Кстати, тогда же реформу ту вместе с Зурабовым разрабатывала и его заместитель Татьяна Голикова. Но её имя осталось в тени.

Однако теперь она на первом плане. И не случайно именно Голикова заявляет о пресловутой реформе: «Я не стала бы забегать вперёд… Есть разные подходы к теме. Правительство пока окончательно не определилось, мы на эту тему работаем». Иными словами, вице-премьер своими заявлениями противоречит позиции премьера. Но налицо желание уйти от колкой темы, потянуть время, насколько возможно. Снизить накал обсуждения. Вот и на форуме в Питере Татьяна Голикова повторяет, что реформа — «не сиюминутное решение».

Заместитель председателя правительства РФ по вопросам социальной политики Татьяна ГоликоваФото: Global Look Press/Russian State Duma Photo ServiceЗаместитель председателя правительства РФ по вопросам социальной политики Татьяна Голикова

Ясно, что объявлять об увеличении пенсионного возраста и обещать не поднимать налоги в течение ближайших шести лет — это не одно и то же. Спикерам светят разные лавры. Голиковой, как и остальным членам правительства, не хочется стать символом крайне непопулярной меры. Превратиться, как сейчас принято говорить, в токсичного политика. И испортить свою репутацию на всю оставшуюся жизнь. Пример Зурабова в этом смысле показателен.

Поэтому, думается, в правительстве сейчас идёт дискуссия не только о том, как повышать возраст пенсионеров, но и о том, как, в какой форме и кому объявлять о таком решении. Понятно, что президент в таком процессе изначально выносится за скобки, он сможет себе позволить только сослаться на решение правительства и, может, что-то в последний момент самым показным образом смягчить. Остаются премьер, его заместители и министр труда Максим Топилин, которому, в конечном итоге, и могут уготовить роль «жертвы». Хотя всё равно тень ляжет на весь кабмин.

В этой связи не исключаю, что власти выберут наиболее обезличенный вариант: простую публикацию поправок в законы в правительственной газете с последующими комментариями традиционных «говорящих голов», которые заполнят эфир своими бесконечными монологами. А уж потом, когда страсти несколько поутихнут, слово возьмут и вполне официальные лица, которые пообещают, что правительство всё учтёт и продолжит работать над проблемой.