Первая реакция наших официальных лиц на пресловутый список почти полностью напоминает ту, что отмечалась после введения первых порций персональных санкций трёхлетней давности. Будь то «список Магнитского» или санкции после присоединения Крыма. Тогда многие бодро заявляли, что для них большая честь оказаться в компании лучших людей России. Теперь со стороны чиновников те же бравурные заявления. Тем более что ныне они «в одной лодке» с первыми сановниками государства.

Мне это чем-то напомнило ажиотаж 1991 года, когда появились некие секретные списки ГКЧП на арест оппозиционеров. Более того, ряд «активных демократов» смертельно обиделись, что их в тех проскрипционых списках не оказалось. И эти мои ассоциации подтвердил Михаил Федотов, который напомнил, что, мол, был он в списках тогда — в 1991 и 1993 годах, побудет и в реестре штатовского Минфина. Чем он, собственно, рискует, кроме того, что на приёмах американские дипломаты перестанут с ним здороваться?

Впрочем, исходя из такой логики, отныне американским дипломатам лучше вообще не появляться на официальных кремлёвских приёмах, поскольку иначе им пришлось бы игнорировать весь бомонд и просто прятаться от большей части присутствующих.

Конечно, на всех фигурантов «кремлёвского списка» будет психологически давить неопределённость перспектив применения к ним неких таинственных санкций. Но опыт предыдущих лет показал нашим официальным лицам, что санкции санкциями, но это не мешало их миссиям в ведущих европейских столицах — от Брюсселя до Берлина. Буквально на днях украинская делегация возмутилась присутствием на переговорах под эгидой ПАСЕ «санкционного» Косачёва, но их взволнованный протест оставили без последствий.

Анатолий ЧубайсФото: News.ru/Сергей БулкинАнатолий Чубайс

Некоторым шоком стало отсутствие в списке имён главы Центробанка Набиуллиной, шефа Счётной палаты Голиковой и, конечно, непотопляемого начальника «Роснано» Чубайса. Первая реакция остряков — американцы засветили агентов своего влияния. Особенно, видимо, достанется Анатолию Борисовичу, которого и так злые досужие языки называют всуе смотрящим за нашим бизнесом от имени воротил Уолл-стрит. И в частности — могучего финансового спрута банка JP Morgan. Ссылка на то, что неопубликованная секретная часть списка содержит дополнительные имена, выглядит несостоятельной, раз уж упомянут даже премьер Дмитрий Медведев.

Разрыв дальше уже некуда

Ряд наших политиков расценили сам факт списка как прелюдию к полному разрыву отношений вплоть до отзывов послов. Но в том-то и дело, что американцы элементарно подвешивают ситуацию, исходя из известной ремарки классика: «Топор-то вон он, под лавкой». И кроме публикации, по меткому выражению коллег, «кремлёвского телефонного справочника», пока ничем себе руки не связывают. Поэтому они оставляют за собой любую инициативу в сфере отношений с Россией. Могут показать пряник, а могут и кнут достать. Для геополитической игры это немаловажное обстоятельство. Поскольку в дополнение к другим традиционным штатовским оговоркам теперь может фигурировать требование предварительного исключения российского партнёра из списка при соблюдении ещё ряда дополнительных условий.

Но сократили поводок и для президента Трампа, который вынужден был пойти на такой антироссийский компромисс с Конгрессом. Отныне он также не может планировать свои отношения с Москвой, поскольку в любой момент этот поводок смогут коллективными усилиями Конгресса натянуть. Ведь в развитие подписанного им в августе закона о противодействии противникам Америки вся российская политическая и экономическая элита числится де-юре врагом США. И об этом Трампу могут напомнить в любой момент.

Понятно, что у нас уже заговорили об ответных зеркальных мерах. Правда, арсенал их ограничен, и в лучшем случае можно не пустить к нам голосовавших за закон. Но тогда вне сферы общения окажется весь Конгресс.