Совершенно неожиданно в ходе своего интервью журналистке NBC президент оценил работу своего пресс-секретаря: мол, иногда он несёт такую пургу, что удивляешься, кто ему такое поручил. Конечно, такая оценка была явно ироничной, но, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки.
Между тем в последние несколько лет сам Песков явно вышел за рамки традиционной деятельности пресс-секретаря первого лица, которому по чину положено в лучшем случае толковать высказывания своего шефа. И главное — ложиться грудью на информационную амбразуру. А в некоторых обстоятельствах — стойко пояснять, что президента не так поняли, что его высказывание вырвано из контекста. Словом, его роль — роль активного толкователя и толмача.
Так было и у нас, с тех пор как власть перестала общаться с обществом путём заявлений ТАСС и статьями в «Правде» за цековской подписью «А. Петров». Между тем только при Горбачёве появляются фигуры пресс-секретарей президента и МИДа. И первый явно выраженный коллега нынешнего Пескова Грачёв давно обосновался во Франции, где выступает до сих пор экспертом по российским делам. Но для говорливого Михаила Сергеевича такой помощник был нужен исключительно для более грамотного оформления его словесных экспромтов.
У пресс-секретарей Бориса Ельцина служба была не сахар, а потому они часто менялись, не оставляя особого следа в народной памяти. Первый из них, журналист Павел Вощанов, ушёл, разоблачив напоследок новую политическую систему как самый настоящий «барский двор». Затем были телевизионщик Медведев, тассовец Якушкин, жаловавшийся в администрацию президента, что ему трудно без шпаргалки отвечать на коварные вопросы бывших коллег.
Во время пресс-конференции Сергей Ястржембский сообщил журналистам об операции Президенту России Б.Н. Ельцину в Кардиологическом научном центре
Но самым ярким, без сомнения, был Сергей Ястржембский, вошедший в исторические анналы рассказом о сильном ельцинском рукопожатии в тот момент, когда президента вовсю готовили к шунтированию. Он, к слову, чувствовал себя наиболее свободным, поскольку длительная работа больного Ельцина с документами оставляла ему широкую зону для маневрирования ради создания у журналистов иллюзии работоспособности главы государства. Так что он был языкаст и изобретателен поневоле.
Не удивительно, что с таким опытом импровизации на первых порах он был востребован и при новой администрации. Пока не предпочёл жизнь вольного путешественника и охотника в саваннах. И надо сказать, что первые работники слова при Путине держались, скорее, в тени. Нет, они работали с журналистами, подтверждали деловое расписание шефа, широко его цитировали. Но в принципе, для широкой публики оставаясь в тени Владимира Владимировича.
И в этом смысле Алексей Громов, некогда работавший в нашем посольстве в Братиславе с Ястржембским и пришедший в Кремль при его протекции, был классическим пресс-секретарём-невидимкой. Он намеренно держался в тени, отличался непубличностью. И более того, настаивал на том, чтобы его комментарии журналистам появлялись бы с пометкой «как сообщили в пресс-службе». И в то же время Громов был известен своей жёсткой позицией в защите интересов журналистов кремлёвского пула за границей.
Собственно, в начале нынешнего шестилетия Путина получивший повышение Песков играл классическую роль посредника в отношениях Кремля с пишущей братией. Но постепенно, по собственной ли инициативе, по совету ли руководства, он стал выходить за рамки, очерченные его многочисленными предшественниками. С годами он стал почти самостоятельным источником информации, комментирующим всё или почти всё, что в принципе интересует редакции. Это почувствовали и журналисты, которым стало проще заполучать комментарии «говорящей головы» почти по каждому горячему поводу.
Фактически Дмитрий Песков стал почти самостоятельным источником кремлёвской позиции по широкому спектру проблем. Из «порт-пароля» («рупора») он превратился в политическую фигуру с собственной позицией.
Трудно сказать, его ли это завоевание или всё-таки такая более активная роль была согласована. Во всяком случае, интересно проследить, будут ли слова президента о Пескове, «несущем пургу», иметь хоть какие-то корректировочные последствия.
