В послании президента Владимира Путина Федеральному собранию 15 января и ряде последующих заявлений был объявлен своеобразный социальный поворот внутренней политики. Многие наблюдатели уже оценили его как временную популистскую меру, призванную накачать политический рейтинг главы государства и нового правительства, но факт остаётся фактом — речь идёт о невиданных доселе бюджетных подарках. Самыми нашумевшими стали два обещания: выдавать материнский капитал за первенца и предоставить 75-тысячную единовременную выплату ветеранам ВОВ к очередному Дню Победы. NEWS.ru разбирался, насколько последовательно государство в своей новой социальной политике и даст ли она ожидаемый эффект. А главное, почему всё это нельзя было сделать годами ранее?


Маткапитал для застройщиков

Самым ярким моментом «социальной» части послания стало заявление президента о том, что уже при рождении первенца семья будет получать материнский капитал в сумме 466 тыс. рублей, за второго ребёнка — 616 тыс. рублей, при этом программа будет действовать как минимум до 2026 года. Тем самым Путин надеется выправить демографическую ситуацию. Он заметил, что «выстраивая долгосрочную политику поддержки семьи, нужно идти от конкретных жизненных ситуаций, разбираться, с какими трудностями сталкивается молодая, многодетная или неполная семья».

Является ли маткапитал реальным подспорьем молодой семье и может ли на практике стимулировать рождаемость? В разговоре с NEWS.ru, депутат Госдумы фракции «Справедливая Россия» Олег Шеин ответил на этот вопрос положительно. Он привёл в пример Украину, где, по его словам, выплата за первого ребёнка помогла переломить ситуацию с рождаемостью. Депутат не исключил, что пример соседнего государства был в некоторой степени заимствован Кремлём.

Сергей Лантюхов/NEWS.ru

Украинские власти ввели фиксированную сумму выплаты при рождении первого ребёнка ещё летом 2014 года. Она выплачивается частями в течение трёх лет и составляет 41 280 гривен, или 105 тыс. рублей. В конце 2019 года в Верховной раде предложили кратно увеличить эти выплаты, а именно выдавать по 100 тыс. (254 тыс. в переводе на рубли) на первого ребёнка, на второго — 200 тыс., а на третьего и последующих детей в семье — до 400 тыс. гривен. Соответствующие законопроекты рассматриваются парламентом страны. Открытых данных, характеризующих реальные результаты украинской практики, найти не удалось, однако Департамент по экономическим и социальным вопросам ООН прогнозирует продолжение депопуляции Украины, как, впрочем, и России.

При этом между украинским вариантом социальной поддержки семей и российским маткапиталом есть существеннейшая разница — последний, как известно, имеет целевое назначение. Его нельзя потратить в первые три года после рождения ребёнка, а направить можно только на образование, улучшение жилищных условий, приобретение средств социальной адаптации — для инвалидов, и на пенсионные накопления матери. Он никоим образом не решает главной проблемы, останавливающей перед деторождением — уменьшение семейных доходов на время, пока один из родителей не может работать.

Журналист и аналитик Павел Пряников находит такому подходу убедительное объяснение. Он считает, что финансирование маткапитала даёт государству возможность таким своеобразным способом субсидировать строительный бизнес, в том числе на местах.

Мы знаем из статистики, что маткапитал в 95% случаев используется для ипотеки или покупки жилья без кредита. Я посчитал, получилось, что 200–300 млрд рублей выходит на рынок недвижимости за счёт материнского капитала. И это приличная сумма, с учётом того, что ипотечный рынок у нас оценивается в 2 трлн рублей, то есть 10% этого рынка — это маткапитал. И с учётом того, что в регионах используют маткапитал, то для регионального рынка недвижимости — это хорошее искусственное стимулирование. И учитывая, что рынок недвижимости стоит, цены не растут. Девелоперы работают на грани рентабельности, и сотни компаний в предбанкротном состоянии — это помощь для рынка недвижимости новостроек.

Павел Пряников

публицист

По мнению эксперта, сама по себе выплата за первенца не будет способствовать улучшению демографии в крупных мегаполисах, но может возыметь некоторый эффект в малых городах. Причём в первую очередь это может повлиять на рождение вторых детей в семье, так как именно их планируют, оценивая свои материальные и жилищные возможности, а первого ребёнка, как правило, рожают «просто так».

В крупном городе семья нацелена максимум на одного ребёнка и на карьеру женщины. Я изучал западные исследования, показывающее, что каждый год, пока женщина в декрете, её возможности карьерного роста снижаются на 9%, — говорит Павел Пряников. — То есть за три года — треть карьеры теряет. Но в провинции немного иначе, всё-таки среднестатистическая российская семья — это два ребёнка. 466 тысяч это как раз первоначальный взнос на ипотеку в регионах с учётом того, что там жилищный кредит берётся размером от 1,5 млн, исходя из того, что там квадратный метр стоит 40–50 тыс. Стандартная двухкомнатная квартира — это около 2 млн. Для Москвы и Петербурга 466 тыс. это не деньги при тамошней стоимости квартир. Ранее я видел статистику, что маткапитал повысил рождаемость на 10%, — заключил Пряников.

Рожать будут маргиналы?

Кстати, возвращаясь к Украине, местные СМИ много критикуют упомянутые выше демографические инициативы своих властей, порой сразу с противоположных позиций: одно и то же издание может с одной стороны констатировать, что рождаемость у бедных действительно повысилась, с другой говорят, что пособия от 2014 года слишком малы, с третьей — демографического всплеска от их повышения не будет. В том же духе нередко отзываются и о последних путинских инициативах.

Писатель и публицист Ирина Медведева, создавшая в своё время общественную организацию для решения проблем рождаемости, приветствует предложение президента и считает, что дело не только в деньгах, главное, по её мнению, что государство дало сигнал — оно уважает семью и заинтересовано в увеличении населения. Доводы о том, что социальные пособия способствуют деторождаемости только в малообеспеченных «маргинальных слоях», она называет фашистскими.

По моему опыту я знаю, что даже вполне обеспеченные люди не торопятся заводить детей. А маргинальные слои населения вообще редко делают аборты, они как раз рожают детей. Эти дети часто умнее и талантливее тех, кого называют успешными. Я работаю с детьми непрерывно много лет и могу сказать, что у неблагополучных семей рождаются дети и с блестящими способностями, и с хорошими манерами от природы. А бывает наоборот — тяжёлые, трудные дети бывают в успешных семьях. И вообще, говоря о маргинальности, что сейчас стало модным, не надо уходить в фашизм. Ведь стоит маргиналу протянуть руку помощи, помочь с работой, помочь в преодолении пьянства — и он изменится.

Ирина Медведева

директор Института демографической безопасности, главный научный сотрудник Российского детского фонда

Вместе с тем демографы признают, что количество женщин, способных рожать, в России уменьшается. И это не изменить денежными вливаниями в семью — процессы слишком инерционны. Крупнейший российский специалист в этом вопросе Анатолий Вишневский в комментарии NEWS.ru предположил, что власти и не ставили целью достижение некоего демографического взрыва.

Я считаю, что это не даст роста демографии. В первые годы, может, какая-то прибавка будет, но принципиально ничего не изменится. Весь мировой опыт говорит, что повысить рождаемость с помощью пособий невозможно. Россия не находится по уровню рождаемости на худшем месте. Она — как все европейские страны. Вообще проблему повышения уровня рождаемости не решила ни одна европейская страна. Почему можно думать, что приняв за один день какой-то пакет мер, мы её решим?

Анатолий Вишневский

директор Института демографии Высшей школы экономики, доктор экономических наук

Юрист, специалист по правам детей Кирилл Венников отмечает, что финансовые меры поддержки государства не являются катализаторами, которые побуждают граждан рожать или заводить семьи.

Надо менять всю систему. Это связано с тем, что подорван институт семьи в 90-е. Эта выплата за первенца — это какая-то авральная мера, она не является системной и долгоиграющей. Ещё нужны другие меры поддержки. Ну хорошо, выплатили деньги, а что дальше? Ребёнку нужен садик. А у нас нет мест в садах. Дальше место в школе. Дать хорошее образование. То есть бросили кость, они съели, а дальше они опять голодные!

Кирилл Венников

юрист

Справедливости ради нужно отметить, что в том же послании Федеральному собранию Владимир Путин говорил о переходе к системной поддержке семей и заявил, к примеру, о необходимости до конца 2021 года создать 255 тыс. новых мест в яслях, а также пообещал продлить для малоимущих выплату пособий на содержание ребёнка до достижения им 7 лет.

Ветеран ветерану — рознь

Спустя несколько дней после своего выступления перед депутатами и сенаторами Владимир Путин пообещал выплатить к 9 Мая 2020 года каждому ветерану Великой Отечественной войны по 75 тыс. рублей, а труженикам тыла — по 50 тыс. рублей. Как отметил президент, ранее к годовщине Победы власти выплачивали по 10 тыс. рублей первым и 5 тыс. — вторым. По предварительным расчётам, это обойдётся федеральному бюджету в 80 млрд рублей, подсчитали в РИА Новости. Другие источники называют сумму дополнительных расходов почти в десять раз меньше — 9 млрд, учитывая стоимость доставки выплаты до адресата. Откуда же такое расхождение?

Дословно президент сказал следующее: «Окажем помощь, связанную с этой цифрой: 75 тыс. рублей ветеранам и всем приравненным к ним категориям и 50 тыс. — для тружеников тыла».

К ветеранам ВОВ закон относит непосредственных участников войны, причём не только фронтовиков, но и служивших в тех частях, которые не принимали участия в боевых действиях; военные корреспонденты, участники партизанских отрядов, инвалиды детства, пострадавшие в ходе боевых действий; гражданские участники строительства фортификационных сооружений в годы ВОВ, люди, проработавшие в тылу в 1941–1945 годах не менее шести месяцев, а также жители блокадного Ленинграда. По объёму льгот к ним приравнены бывшие узники фашистских концлагерей, а также вдовы участников боевых действий, погибших на фронтах Великой Отечественной, в случае если они не вступили в повторный брак.

Сергей Булкин/NEWS.ru

Кто из них получит 75 тыс. рублей, а кто меньше или не получит вообще, из слов Путина непонятно, так как он сам в своей речи разделил «ветеранов» и «тружеников тыла», хотя закон «О ветеранах» их объединяет. А это уже даёт гигантский разброс в потенциальных расходах.

По данным Минтруда, на 1 апреля 2019 года в России проживало 75,5 тыс. инвалидов и участников Великой Отечественной войны, лиц, работавших на объектах противовоздушной обороны в 1941–1945 годах. Кроме того, в России на тот момент было более 96 тыс. жителей блокадного Ленинграда. Живых узников фашистских концлагерей — более 100 тыс., из них 144 человека — совершеннолетние заключённые концлагерей. Вдов инвалидов и участников Великой Отечественной войны — 240 тыс., а из тружеников тыла были живы 762,6 тыс. человек. То есть 1,28 млн ветеранов ВОВ и лиц, приравненных к ним. Это огромная цифра в свете планируемых трат. По всей видимости, считая все эти категории получателями будущей выплаты, государственные СМИ и насчитали 80 млрд рублей расходов.

Но есть загвоздка. Путин, говоря о выплатах по 75 тыс., упомянул, что речь идёт о тех, кто уже получают ко Дню Победы по 10 тыс., которые, кстати, начали платить только в 2019 году, до этого было меньше. Так, в пояснительной записке к законопроекту об их введении отмечалось, что по предварительной оценке, общая численность тех, кому достанутся эти деньги, составит 70 тыс. человек. Это только участники и инвалиды войны. Если трактовать слова президента буквально, получается, что именно они получат по 75 тыс. рублей. Кстати, уже на 1 ноября 2019 года, по словам вице-премьера Татьяны Голиковой, таких осталось 60 842 человека. Это менее чем 0,5% от общего числа россиян, отнесённых к ветеранам ВОВ и приравненных к ним.

Стоит обратить внимание и на то, что за семь месяцев прошлого года их стало на 20% меньше. Сколько этих ветеранов доживут до обещанной выплаты в честь очередной круглой даты, неизвестно. Но даже если доживут все, то выплата им «победных», с красивой круглой суммой, обойдётся федеральному бюджету всего в 4,5 млрд рублей. Ещё около 38 млрд рублей нужно, чтобы раздать по 50 тыс. рублей каждому из тружеников тыла. Для сравнения: общая сумма всех ветеранских выплат в 2019 году составила 73,8 млрд.

Эксперты Борис Кагарлицкий и Павел Пряников сходятся на том, что эффективность государственной помощи ветеранам оставляет желать лучшего при том, что в масштабах бюджета она не оказывает такой уж большой финансовой нагрузки.

Чем меньше будет ветеранов и чем старше они будут, тем больше для них будет всяких льгот, которыми они не смогут даже воспользоваться. По категориям ветеранов ВОВ, боюсь, что достанутся выплаты не всем. Ведь практика показывает, что адресная помощь в основе своей имеет произвол чиновников. То есть кого включить в список, а кого нет, кого признать, а кого не признать.

Борис Кагарлицкий

социолог, публицист

Щедрость правительства связана с тем, что у нас ветеранов осталось совсем мало, 70–​80 тыс., — рассказал NEWS.ru Павел Пряников. — И для государства это всего 5-6 млрд расходов будут. Если ещё и про дополнительные категории говорить, даже если это около 1 млн человек, — выплаты будут всего на 75 млрд. С учётом того, что у нас профицит бюджета 2 трлн рублей — это будет всего 3% от профицита бюджета. Это больше символический жест, что государство о вас заботится и не забывает своих ветеранов. И я не думаю, что это повлияет как-то на их благосостояние. Если бы действительно хотели помочь, то дали бы как маткапитал — ветеранам ВОВ по 400–500 тыс., вот это была бы существенная помощь.

Неизбежен вопрос — почему столь дорогостоящие социальные вложения не делали раньше. Например, почему крупные выплаты ветеранам не выделили пять или десять лет назад, на другую круглую дату, когда их живых было не только в разы больше, но и возраст позволил бы потратить эти деньги «на себя». Велик соблазн объяснить это только нынешней политической конъюнктурой и более ничем.

Но достаточно покопаться в суммах российского бюджета, и выяснится неочевидная для обывателя вещь. Несмотря на то что «десятые» годы часто называют периодом стагнации, в 2009-м году доходы казны были более чем вдвое меньше, чем сейчас — 8 трлн рублей против примерно 20 трлн в 2019-м. При этом в 2018 году ещё и отложился большой профицит, больше 3 трлн рублей.

Всё десятилетие бюджет постепенно распухал от денег, сейчас у властей их очень много, что даёт Кремлю пространство для экономического манёвра. Как бы ни оценивать мотивы властей, не стоит забывать о том, что на протяжении 30 лет государство последовательно уходило из социальной сферы и продолжает это делать. Возможно, есть смысл воспринимать предложенные меры не только сквозь призму стратегической эффективности, как конъюнктурную «раздачу денег», но и как полезное напоминание о том, что не только общество должно государству, но и наоборот.

Над текстом также работала Марина Ягодкина.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен