Редакция News.ru приносит соболезнования родственникам пострадавшим и погибшим в авиакатастрофе самолёта Sukhoi Superjet 100. Это большая трагедия для всех нас.

Авария

В воскресенье, 5 мая, авиалайнер Sukhoi Superjet 100 авиакомпании «Аэрофлот», выполнявший рейс Москва — Мурманск, сгорел в аэропорту Шереметьево. Этому предшествовала аварийная посадка. Представитель Следственного комитета Елена Марковская объявила, что погиб 41 человек. По её словам, это 40 пассажиров и один член экипажа — судя по всему, речь идёт о бортпроводнике.

Собеседник News.ru, пожелавший остаться анонимным, отметил, что пассажиров хвостовой части воздушного судна нашли пристёгнутыми. Это говорит о том, что они даже не успели покинуть свои места.

Его слова подтверждает спасатель 1-го класса Андрей Туманов.

Я с коллегами многократно просматривал видео с разных ракурсов. Шансы выжить стремились к нулю, — говорит Туманов.

На условиях анонимности бортпроводница «Аэрофлота» рассказала News.ru о том, что Sukhoi Superjet 100 пользовался дурной славой среди коллег и постоянно ломался.

Почти все проводники «Аэрофлота» ненавидят Superjet. Менее полугода назад мне девочка, с которой мы летели на другом рейсе, рассказывала, что перед этим у нее был рейс на SSJ. Перед взлётом двигатель задымился. Самолёт оставили на земле, но через час полетели на том же самом самолёте. Слетали нормально, но после девушка заявила начальству, что отказывается летать на Superjet до своего отпуска, который у неё был через пару недель, — рассказывает бортпроводница.

По её словам, сейчас Superjet ломается реже, но ещё недавно экипаж летал в нём с вещами, потому что самолёт постоянно приходил в негодность.

Не то что 50 на 50, а даже 60 на 40. Очень много неисправностей, которые не то чтобы влияют на работу, но, например, мы не всегда можем проверить баки с водой, пока не взлетим. Когда взлетим, можем обнаружить, что воды немного не хватает. Это не влияет на безопасность, но сам факт, — говорит бортпроводница.

На записях с места аварии видно, что некоторые люди, убегая, пытаются вынести из огня свои вещи. По словам бортпроводницы «Аэрофлота», это — обычная реакция в подобной ситуации.

У нас есть команда: «Расстегнуть ремни, оставить всё, на выход!» Мы это кричим, но ситуация критическая. Часто пассажиры не думают, что их жизни что-то угрожает, а думают: «Что я буду делать без документов и личных вещей?» Я читала, что бортпроводники пытались за шкирку вытолкнуть тех, кто пытался забрать вещи. Они большие молодцы. Нас учат этому, но как ты себя поведёшь, заранее не знаешь. Я видела на учениях людей, по которым было понятно, что они, дай Бог, сами первыми убегут. Хорошо, что это были сотрудники «Аэрофлота» — они обученные и смогли спасти хотя бы часть людей. Ведь самолёт горит, как спичка. Я знаю, что экипаж сделал всё, что мог, — уверена бортпроводница.

Техника или человек: нужно ли было возвращаться?

В 18:03 по московскому времени самолёт поднялся в воздух. Согласно записи полёта в сервисе Flightradar24, в 18:10 авиалайнер достиг высоты 3216 метров, но затем стал заходить на посадку. Самолёт ударился о взлётную полосу, его два раза подбросило, после чего лайнер загорелся в районе центроплана — части крыла, которая соединяет правую и левую полуплоскости. В конце пробега Sukhoi Superjet 100 развернуло, и он остановился, после чего началась эвакуация.

По словам командира Superjet Дениса Евдокимова, у самолёта начались проблемы после удара молнии.

Из-за молнии у нас произошла потеря радиосвязи. И переход самолёта в минимальный режим — режим прямого управления. И не через компьютер, как обычно, а напрямую. Аварийный режим управления. Удалось восстановить связь через аварийную частоту на радиостанции. И она была кратковременная и прерывистая. После включения режима самого передатчика несколько слов получалось сказать, потом она пропадала. И нужно было снова подключать. Диспетчеры нам оказали помощь. Они нам задавали курс для вывода на полосу. Скорость была небольшая для посадки, обычная. Подходили к земле плавно, с уменьшением вертикальной скорости. После полной остановки мы объявили аварийную эвакуацию. И сначала второй пилот вышел из кабины, потом я, — приводит слова Евдокимова «КП».

По словам командира, пожар начался уже после посадки «из-за приземления».

Баки полные. Да, есть процедура у нас — оперативный сборник экипажа, возврат на аэродром вылета. И есть процедура — посадка с превышением посадочной массы. Две процедуры друг за другом, приняли решение о посадке, — сказал Евдокимов.

Официальный представитель «Аэрофлота» Максим Фетисов заявил, что командир сгоревшего самолёта — опытный пилот с суммарным налетом в 6800 часов, из них на Superjet 100 — 1400 часов.

Фото: flightradar24.com

Главный редактор Avia.ru и эксперт комитета по транспорту Госдумы Роман Гусаров сказал News.ru, что удар молнии по самолёту — это одна из стандартных ситуаций.

Удары молнией не должны приводить к опасности, авариям. Это безопасно даже для пассажиров — то, что миллионы вольт проходят через самолёт, они даже не чувствуют. Соответственно, электроника от молнии должна быть защищена. Трудно сказать, защищена ли она на Superjet больше или меньше, чем у других самолётов, но судя по тому, что экипаж развернул самолёт, вернулся в зону аэродрома, сделал несколько кругов и зашёл на посадку, можно сделать вывод, что лайнер был управляем. Отказ двигателя или неработающая механизация крыла, например, значительно более опасны, чем отказ автопилота. Удар молнии и переход на ручное управление сами по себе не должны быть причиной трагедии.

По словам Гусарова, то, что воздушное судно разрушилось от удара о взлётно-посадочную полосу, перед этим «попрыгав» по ней, скорее всего, означает, что лайнер садился с превышением горизонтальной скорости, «что недопустимо».

Судя по тому, что на борту было топливо, было ещё и превышение посадочного веса. Вероятность того, что тяжёлый самолёт на большой скорости при посадке не разрушится, резко падает, как и вероятность того, что полные баки керосина не воспламенятся. Не знаю, что помешало пилоту слить горючее — технические проблемы или какие-то другие. Надо же понимать, что самолёт поднимается с одним весом, а садится с другим — топливо вырабатывается в полёте. Я считаю, что топливо должны были слить. У Superjet порядка 12 т керосина. Надо же понимать, что если, например, электроника неисправна, она может показать тебе не ту скорость и лучше на всякий случай сбросить побольше веса. К тому же не думаю, что был полный отказ электроники. У Superjet многократная система резервирования. Есть даже электрогенератор, который вырабатывает электричество от потока ветра. Но подчеркну — это всё не попытки указать на виновного, надо разбираться. Думаю, что причина как всегда в стечении целого ряда обстоятельств.

Более категорично ситуацию прокомментировал News.ru бывший пилот Ил-96 «Аэрофлота» Сергей Кнышов:

Какая вообще была причина возврата? Ну, отказала радиостанция — у тебя ещё как минимум 2–3 радиостанции есть. Отказал автопилот? Он что, не умеет летать вручную? Что за лётчик такой? Хорошо, он решил возвращаться — зачем это делать с полными баками? Если не нравится гроза, зачем принимаешь решение на вылет? Если всё-таки взлетел — обойди грозовую деятельность. Надо шире ставить вопрос. Кто готовил пилота? Кто командир отряда? Кто лётный директор? Чем они занимаются и за что получают деньги? Пассажиры покупают билет, пилот получает зарплату, немаленькую, надо сказать, далее он их просто-таки лишает жизни — не могу по-другому сказать. А потом спокойно раздаёт интервью? Это разве нормально? Я бы не хотел летать ни с таким командиром, ни с такой авиакомпанией.

Кнышов добавляет, что случай с Superjet — это не причина, а следствие.

Причина в развале всего: гражданской авиации, подготовки. Мы теперь пожинаем плоды. К сожалению, подобное будет продолжаться, пока не будет серьёзно изменена ситуация и не начнут брать профессионалов, а не лояльных, — уверен Кнышов.

В связи с катастрофой Следственный комитет возбудил дело по статье 263 УК РФ (нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, повлёкшие по неосторожности смерть двух или более лиц). «Интерфакс» со ссылкой на источник, знакомый с ходом расследования, сообщил, что пожар на борту самолёта начался после того, как в левый бак лайнера попал посторонний предмет. Судя по всему, детали от разрушенного шасси SSJ-100 пробили и полностью разрушили бак, что, в свою очередь, спровоцировало выброс топлива, после которого начался пожар.

Фото: СК РФ

Русская служба BBC сообщила, что в 2018 году в их распоряжение попал документ, в котором анализировалась подробная статистика «Аэрофлота». В нём говорилось, что у самолетов Airbus и Boeing показатель «уровень безопасности полётов» оценивался как высокий, а у самолёта Superjet он считался «средним».

К наиболее серьёзным рискам, выявленным в отчётный период (февраль 2018 года. — News.ru), относятся риски, связанные с попаданием всех самолётов авиапарка компании в сложные метеоусловия, а также риски, связанные с неисправностью пилотажно-навигационного оборудования RRJ-95В (сертификационное название семейства самолётов Sukhoi Superjet — прим. News.ru), — говорилось в документе.

BBC отмечает, что это не означает, что самолёт может сломаться на земле или в воздухе, а указывает на то, выпустят его в полёт или нет инженеры и техники на земле, а также на сумму за обслуживание и ремонт. Каждый борт проверяют перед каждым вылетом, а значит, самолёт с невысоким уровнем безопасности будет меньше эксплуатироваться. Согласно FlightRadar24, из 50 Superjet 100 у «Аэрофлота» не летают в течение нескольких недель либо летают крайне нерегулярно только восемь самолётов, а из 22 лайнеров мексиканской компании Interjet не летают больше месяца 16. Некоторые простаивают на земле с прошлого года. В марте сообщалось, что в Interjet задумались отказаться от российского авиалайнера. В ноябре это сделала бельгийская компания Brussels Airlines.

На сайте Change.org была создана петиция с требованием о полном прекращении полётов Sukhoi Superjet 100 в России. «Не хочется быть мясом, хочется спокойствия», — написал автор прошения, подписи под которым поставили около 2 тыс. человек. Отказаться от покупки билетов на рейсы, выполняемые Sukhoi Superjet 100, также призвал член комиссии при президенте России по вопросам развития авиации Юрий Сытник. Однако министр транспорта Евгений Дитрих заявил журналистам, что оснований для приостановки эксплуатации SSJ 100 нет.

P.S. Пользователи социальных сетей сообщают, что «Аэрофлот» удаляет комментарии, связанные с трагедией, если речь в них не идёт о соболезнованиях. News.ru провёл эксперимент и написал несколько сообщений. В течение пяти минут они были удалены.