Популярный телеведущий и шоумен Тимур Родригез провёл на сцене всё детство — отец его руководил кукольным театром в Пензе. Разнообразные и яркие таланты Тимура, кажется, неисчерпаемы. Популярность ему изначально принесло участие в различных телепроектах от КВН до шоу «Один в один!» и «Ледниковый период». Но сейчас он гораздо больше внимания уделяет музыке. А ещё артист — счастливый семьянин. News.ru поговорил с Тимуром о том, что для него действительно важно.


— Тимур, вы поёте, танцуете, снимаетесь в кино, озвучиваете мультфильмы. Какой жанр и какая аудитория вам наиболее близки?

— Как оказалось, после одного из мощнейших проектов Первого канала, моя аудитория — это люди от 3 до 93. Совершенно не важно — старше тебя аудитория или младше, потому что есть вещи, которыми ты эту аудиторию можешь порадовать и научить. Вот всё, что я делаю, я транслирую любовь и к музыке, и к жизни. Я считаю, что это основа моих побед.

Телевидение мне всегда было интересно, но при этом я его должен правильно дозировать. В какой-то момент мне показалось, что я успел сняться во всех возможных программах. Захотелось тишины. А музыка мне нравится в любых проявлениях, и я пробовал себя в очень разных жанрах. Все телевизионные проекты не так важны, как музыка.

— Тимур, ваша родина — Пенза. Есть какие-то тёплые воспоминания об этом городе?

— Да — это походы к папе в театр, поездки в кино и походы в магазин «Малыш», который был на улице Московской. Там мы покупали игрушки. А потом, чуть позже, появились другие интересы, но тут же — в другом корпусе этого же дома, на Московской. Там находился магазин, где продавались пластинки, кассеты и куча музыкальных инструментов. Меня он завораживал. Я на тот момент на музыкальных инструментах играть ещё не умел, но мне нравилось на них смотреть, и этот запах в магазине… Именно там, кстати, я купил пластинку Run-D.M.C. («Ран Ди-Эм-Си») — американская рэп-группа. — News.ru). Пластинка была самая настоящая, аутентичный виниловый диск. Несколько самых лучший рэп-композиций за всю историю музыки в целом. Без этой пластинки много чего не произошло бы.

 — Как часто посещаете малую родину?

— Не очень часто. Я больше радую и удивляю своих родителей, когда привожу их сюда.

— Родители помогали вам развивать ваши незаурядные способности?

 — Они мне просто не мешали. Они мне позволяли многое и отпускали на какие-то встречи в места, где собиралась творческая молодёжь. Они показывали мне хорошее кино, ставили хорошую музыку, давали мне читать хорошие книги. Я думаю, это главное, что должен делать любой родитель. На меня никто не давил, меня поддерживали во всех моих экспериментах, и никто, самое главное, ни разу во мне не сомневался. Лучшей поддержки и представить невозможно.

— Как вы жили в Москве после переезда?

— Было непросто, но меня это не ломало, а, скорее, заставляло двигаться быстрее. У меня нет ощущения, что эти годы были настолько тяжёлыми, что я, утирая слезы, грыз землю и бил себя в грудь, пытаясь обратить на себя внимание. Нет! Мне казалось, что это необходимый набор ситуаций, в которые я обязан был попасть, чтобы стать сильнее и заметнее.

Anatoly Lomohov/Russian Look/Global Look Press

— Тимур, скажите, вы живете по расписанию?

— Со мной всё время случается огромное количество вещей, которые не были запланированы, поэтому ответ на вопрос скорее нет, чем да. Сюрпризов великое множество, но последнее время большинство из них сводятся к музыке, к моему счастью. И получается, что, начав делать какие-то вещи, я даже не подозреваю о последствиях. Год может начаться с одной музыки, а закончиться другой абсолютно. Так было с рэпом: записал летом рэп в машине, после этого возник страшный ажиотаж. Я думал, что это будет разовая акция, но люди, которым я интересен, стали требовать ещё и ещё. Ожившая социальная сеть с огромным количеством комментариев, которых не было никогда, и люди требуют рэпа в полном формате. Всё это говорит о том, что я совершенно неожиданно попал в нишу, в которую даже не метил.
Я очень долгое время занимаюсь музыкой, хотел прийти к определённому звучанию, к определённому качеству. Как оказалось, совершенно неожиданно меня вынесло на параллельную улицу, где ещё более оживлённое движение, но при этом меня очень хорошо видно.

— Вас наверняка приглашают поработать на вечеринки — там бывают неожиданные сюрпризы?

— Да, конечно, особенно если моё выступление связано с путешествием, когда предлагают поработать на другом конце света. Но есть одна совершенно особенная история. Я тогда вёл новогоднюю вечеринку в Дубае. На территории отеля стоял гигантский шатёр, где люди, которые могли себе позволить его поставить, отмечали Новый год. Внутри этого шатра были установлены фотообои с изображением заснеженного зимнего леса. Мы стояли на тёплом песке и поздравляли друг друга так, словно были в зимнем лесу. Ничего подобного я не ожидал, когда ехал туда, это был один из необычных сюрпризов.

— Когда вы первый раз побывали за границей? Что вас там поразило?

— Я очень поздно поехал. Это был 2001 год. Я полетел в Израиль. Мы провели там несколько дней, с классной компанией, и это была первая поездка за границу. А потом следом, в этом же году я полетел в Нью-Йорк. Я снимал репортажи на башнях-близнецах, и они рухнули буквально через несколько дней после того, как я уехал из города. Мы были там примерно 8-го числа, а 11 сентября произошла трагедия.

— Как пришло решение сменить профессию? Вы ведь учились на преподавателя иностранных языков, а стали шоуменом.

— Вопрос правильнее прозвучал бы так: «Как мне пришла в голову идея пойти на иняз, когда все понимали, чем я буду заниматься?». Но дело в том, что я очень любил английский язык, и люблю его до сих пор. Я не нашёл в себе силы приехать попробовать поступить в театральный университет, и сказал, что буду учиться на инязе. Прекрасный английский язык, прекрасный преподавательский состав, красивые девочки вокруг. Учитывая развитую творческую активность, я параллельно с учёбой пел, танцевал, писал сценарии и играл. И это был не просто набор номеров, это были полуторачасовые спектакли из 15 номеров, которые мы показывали на оценку, включая собственную режиссуру, декорации и так далее. Это была прекрасная школа. Параллельно мы занимались КВН. Потом только я поехал в Москву. Это было прекрасно.

— Знания, полученные в университете, пригодились в жизни?

— Как минимум, я пишу песни на английском и немножко даже на французском. Но преподавать я пока не планировал.

— Тимур, у вас счастливая семья, дети. Расскажите немного о них. Говорят, что вы сделали своей жене предложение на вершине вулкана. Почему именно там?

— Потому что мы сами по себе два таких сильных, опасных источника электроэнергии и не только. Два неугасших вулкана. Поэтому я посчитал, что это прекрасная аллегория наших отношений.

Тимур Родригез с семьейТимур Родригез с семьейAnatoly Lomokhov/Global Look Press

— Какое ощущение вы испытали, когда стали в первый раз отцом?

— Я присутствовал на родах, потом вышел в какой-то момент и вновь вошёл, уже когда появился Мигель. Мне кажется, самый красноречивый человек на планете Земля не сможет описать даже на 50%, что это такое, когда ты берёшь своего ребёнка на руки. В русском языке пока ещё таких слов не придумали. Возможно, получится как-то рассказать о своих ощущениях, но передать это даже на 70% не получится. Это удивительное чувство.

Я обожаю дни рождения моих детей. Да и любой поход с детьми куда бы то ни было — нет ничего, что делало меня более счастливым. Дни рождения моих детей — мои любимые праздники. И прекрасно, что вся страна их пока не празднует — я могу побыть дома. Как только дни рождения моих детей станут национальным праздником, я буду работать в эти дни (улыбается).

— Ваши малыши любят получать подарки? Что дарите чаще всего?

— Всё, что они пожелают, если это в разумных пределах. Дети могут пожелать космический корабль, но космический корабль можно собрать из «Лего». И чаще всего мои дети просят «Лего». Фанаты конструктора. Все игрушки, которые есть у моих детей, — мечта моего детства. И когда меня иногда к ним подпускают, я теряюсь во времени, и до меня очень сложно дозвониться (смеётся).

— Кто вам помогает воспитывать сыновей?

— Бабушки, дедушки и с той, и с другой стороны. У нас была няня, сейчас няни нет, потому что есть возможность проводить больше времени с бабушками и дедушками.

— У своих мальчиков вы подмечаете артистические способности?

 — Ну, естественно, я обращаю на это внимание, но не собираюсь давить. Судя по моему опыту и по опыту других моих коллег, иногда невозможно такие вещи спрятать. И когда именно спрятать невозможно, тогда начинаешь это развивать активно, делать на этом акцент. Когда ребёнок живой, забавный, то непонятно: пригодится ему это в плане профессии в будущем или это атрибут его возраста и его характера.

— Вы капризны в еде? Жене приходится готовить сложные блюда?

— Я очень люблю салат из томатов — желательно, чтобы это были бакинские помидоры, плюс зелень, перец. Я очень люблю овощи и фрукты. Я готов отказаться от мяса во имя того, чтобы съесть больше фруктов и овощей. Тем более, что это как раз отчасти здоровое питание.

— Чем-то увлекаетесь в обычной жизни — охота, рыбалка, походы в горы?

— Большую часть времени я провожу на работе. Либо я в кадре, либо я в эфире, либо я в студии. Без этого меня нет. Я могу честно сказать, мне неинтересно даже искать какое-то хобби. Потому что у меня есть то, что делает меня счастливым. Я не хочу переключаться, я не хочу от этого отдыхать.

— Как стать таким позитивным, или это у вас врождённое качество?

— Иногда это вопреки окружающему негативу, а иногда просто потому, что по-другому я не знаю как. И это замечательно.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен