Россияне, принудительно направленные в больницы для проверки на заражённость вирусом COVID-19, начинают сбегать домой. В одном только медцентре «Новомосковский» в микрорайоне Коммунарка таких пациентов уже более 400 человек, и случаи их побегов в город не единичны. За нарушение карантина им может грозить уголовное наказание, в том числе если они заразят других и это повлечёт чью-то смерть, что может привести к тюремному заключению сроком до пяти лет. Между тем пациенты и даже врачи медцентра в Коммунарке рассказывают о неприемлемых условиях как содержания, так и работы в нём, пока руководство центра рисует журналистам идеальную картину. Не лучше ситуация в подмосковных больницах, куда также отправляют с подозрением на коронавирус. Об этом — в материале NEWS.ru.


«Кто, как и я, лежит в этом адовом месте»

Как сообщал оперативный штаб, на 18 марта в «Новомосковском» находятся 408 пациентов, у 37 из них обнаружен коронавирус. В их числе те, кто был помещён на 14-дневный карантин по прибытии из стран, где отмечены вспышки инфекции. Известно также, что некоторых приехавших из Европы россиян отправляют в больницы Подмосковья. Похожая ситуация и в регионах — так, в одной из Тамбовских больниц на карантине находятся 60 человек, приехавших из-за рубежа.

Наталия АндрееваНаталия АндрееваФото из личного архива

NEWS.ru пообщался с Наталией Андреевой, которая была госпитализирована в Коммунарку после прилёта во Внуково из Милана. За неделю до этого, находясь во Франции, она начала задыхаться, повысилась температура.

Я заболела в Париже за неделю до возвращения в Россию. И до сих пор держится температура 37,7. Я не понимаю, почему температурю. Ко мне приходят врачи и говорят, что анализы нормальные. А я вся горю, вся потная сижу, у меня адские боли в грудине, и я задыхаюсь. Только когда был приступ и пришла реанимация, врачи начали что-то делать. На шестой день пребывания я поняла, что здесь нет никакого лечения. Дежурные врачи заходят только посмотреть, не стало ли хуже, — рассказала девушка.

Как пояснила Андреева, лечащий врач у неё появился только на шестой день после госпитализации. В одиночку он обслуживает 60 человек. Один раз во время обострения приступа подошёл онколог и начал измерять температуру. Все доктора заходят в палаты в костюмах биозащиты, похожих на скафандры.

Я опять начинаю жаловаться. И ко мне заходит доктор, а они все в спецодежде и очках, и не различить никак. Он представляется психологом. Я позвонила главврачу, он ответил, что занят, хотя круглосуточно сидит в Facebook и всё время на своей стене выкладывает информацию о том, как в этой больнице всё хорошо, занимается самопиаром вместо того, чтобы лечить людей. Поэтому отсюда и уходит медперсонал, — говорит Андреева.

На восьмой день пребывания в больнице к ней всё-таки пришёл инфекционист, который назначил лечение — ингаляции и кислородный аппарат. Из разговора с врачами пациентка выяснила, что психолога, который к ней приходил, врача с 40-летним стажем, уволили после того, как он не смог отговорить девушку жаловаться в департамент здравоохранения Москвы на происходящее в больнице. Правда, по другим данным, специалист всего лишь отправлен в отпуск.

Александр Авилов/АГН «Москва»

Андреева записала видео, на котором она общается с одной из медсестёр в своей палате. Та рассказывает, что у пациентов берут кровь на коронавирус по нескольку раз, поскольку в лаборатории анализы регулярно теряют. У одной пациентки потеряли кровь три раза подряд, на четвёртый она отказалась её сдавать. Другой пациент — молодой человек — иностранец из Южной Европы — пролежал 16 дней, потому что у него забыли вовремя взять анализы. В больнице не хватает 200 штатных сотрудников, постелей и еды для пациентов. Перегруженные работой медсёстры собираются увольняться. Большинство из них не умеют подключить кислородный баллон, что необходимо для обеспечения жизнедеятельности больного коронавирусом при осложнениях. При этом руководство больницы, по их словам, рапортует журналистам о прекрасной обеспеченности медцентра, хотя в нём есть проблема даже с водой — имеется лишь по 1,5 литра на человека в день.

Вообще, находясь внутри этой больницы, я понимаю, что мы не готовы к эпидемии, которая, к слову, ещё не наступила. С симптомами тут около 20%, остальные — здоровые люди. Неужели нам нельзя уделить внимание? — говорит Наталия Андреева.

Другая пациентка клиники в Коммунарке Екатерина Самошина в своём Instagram назвала эту больницу «адовым местом».

Ко мне никто ни разу не приходил, кроме санитарки, которая приносит еду. Ещё один раз утром померили температуру. На вопросы, почему нет врачей, никаких лекарств, обследований и так далее, медсестра отвечает, что вторые сутки на дежурстве, врачей не хватает и они не успевают. Такое впечатление, что эта больница работает как изолятор. Я очень прошу тех, кто, как и я лежит в этом адовом месте, напишите в комментариях, приходил ли кто-нибудь к вам и есть ли хоть какая-то информация? Лечат вас или обследуют? Что здесь вообще происходит??? — пишет она.

Побег из Коммунарки

16 марта стало известно о побеге одной из пациенток из-под наблюдения. СМИ сообщали, что некая Марина Ф., у которой якобы был подтверждён вирус COVID-19, прямо в домашних тапках сбежала из больницы в неизвестном направлении. Полиция нашла её в собственной квартире на западе Москвы и вернула обратно в медцентр. На следующий день оказалось, что есть ещё сбежавшие, как минимум один: мужчина, у которого также был подтверждён коронавирус, ушёл из приёмного отделения и перелез через забор в три часа ночи. Его также быстро поймали. По другим данным, только 16 марта сбежало не менее четырёх человек.

Сергей Лантюхов/NEWS.ru

Дочь женщины, которая сбежала из больницы в Коммунарке, рассказала свою версию событий в своём аккаунте сервиса Twitter. Как выяснилось, её мать ушла из приёмного отделения, не попав в палату. 8 марта женщина вместе с мужем вернулась в Москву из Южной Америки с пересадкой в Италии. Четыре дня спустя к ним домой приехали санитары, чтобы взять анализы из-за того, что у одного из пассажиров их рейса подтвердился коронавирус. У дочери при этом взять анализ отказались. 15 марта женщине позвонили и заявили, что у неё обнаружили COVID-19, после чего к ней приехали санитары, чтобы забрать на карантин в находящуюся в Коммунарке больницу. В ответ на просьбу предоставить документальные доказательства обнаружения у неё вируса медработники заявили, что документа нет, а анализы отправлены в Новосибирскую лабораторию для окончательного подтверждения.

В медицинском центре женщину поставили вместе с другими больными в длинную очередь, которая, по её утверждению, не двигалась вперёд. Кроме того, в ней якобы вместе с остальными стояли пациенты-итальянцы с «подтверждённым» коронавирусом. Она прождала около трёх часов, после чего заявила, что уходит. В ответ женщине пригрозили полицией и судом. Однако она спокойно ушла, вызвав такси, с ней вместе уехали ещё трое собратьев по несчастью. На следующий день женщина собиралась отправиться в больницу снова, но утром к ней приехал врач в костюме биологической защиты, в сопровождении шести полицейских, после чего её вновь доставили в медцентр. При этом, по словам дочери, женщина почему-то требовала от главврача больницы Дениса Проценко принести ей извинения, чтобы «спокойно поехать в больницу», и даже дозвонилась до него. Но безуспешно.

От общения со СМИ девушка, рассказавшая эту историю, категорически отказалась, объяснив, что всё изложенное — её личное видение ситуации. При том, что 16 марта она в связи с произошедшим писала в Twitter: «Принимаю вопросы и радостно на них отвечаю». Судя по другим комментариям девушки, она готова судиться с изданиями, которые написали о побеге пациентки из медцентра в Коммунарке, имея в виду её мать.

Большой резонанс в соцсетях вызвала история, рассказанная Юлией Якимовой, которая 12 марта прилетела из Рима в Москву. В аэропорту Домодедово у неё была зафиксирована температура 37,5 ºC, которая, по словам девушки, для неё естественна из-за хронической болезни. С неё взяли согласие на госпитализацию, пригрозив в противном случае доставить в больницу силой. Якимову привезли в медучреждение в Подольске, где поместили в палату с тремя пустыми койками и стеклянной стеной, через которую за ней в любую минуту могли наблюдать врачи в скафандрах — костюмах биозащиты. Еду ей не предложили.

С одной стороны, на меня падал свет из окна, через которое за мной наблюдали скафандры; с другой стороны, прямо в лицо мне светил огромный фонарь, спать было невозможно. Всю ночь меня трясло от мысли, что прямо ночью ко мне в палату привезут больных с серьёзными симптомами, а кровати стоят впритык, — пишет она. — Я чувствовала себя, как зверёк в зоопарке, на которого глазеют странные безликие скафандры за стеклом и ждут, что же со мной будет дальше.

На следующий день девушке дали поесть, но случайно включили в палате кварцевую лампу. Выключить её она сама не смогла и избежала серьёзных последствий для здоровья только благодаря тому, что мимо прошёл другой врач и Юлия смогла привлечь его внимание через стекло. На третий день девушку перевели в другую больницу, расположенную в микрорайоне Львовском города Подольска Московской области. Там её положили в палату вместе с девушкой, которая летела из Милана в Иркутск, но была отправлена на карантин во время пересадки в Москве из-за температуры 38 ºC и других симптомов болезни. В их комнате площадью девять квадратных метров стояли четыре кровати впритык.

Мне было её одновременно жалко, потому что у неё даже вещей нет, и родители в другом городе, никто ничего не привезёт. С другой стороны, я её боялась, ведь у неё горло болит, — пишет Якимова о своей соседке, которая призналась, что заболела ещё в Италии незадолго до вылета.

Девушка была в шоке от того, что её, у которой к моменту госпитализации нормализовалась даже температура, подселили к человеку с явными симптомами.

И я даже знаю, в чём проблема, и как её можно решить. Дело в том, что все граждане из регионов летят транзитом из Европы домой через Москву, потому что прямые рейсы отменили. Их останавливают в аэропортах в Москве, не давая долететь до регионов и даже не давая забрать свой багаж. В итоге больницы в Москве переполнены, и нас всех кладут кучами друг с другом, а больницы в регионах пустые, — пишет она.

Правда, на четвёртый день пациентам сообщили, что коронавирус у них не обнаружен, но они пролежат в больнице положенные две недели. Кроме того, по словам врачей, медцентр переполнен и не будет принимать новых пациентов.

Также врачи мне сказали, что сегодня были приняты новые распоряжения по ускорению прохождения теста на коронавирус. Раньше у всех брали по два экземпляра теста, один направлялся в лабораторию в Мытищах, другой — в Новосибирск. И занимала вся процедура три дня именно из-за необходимости так далеко отправлять вторые пробы. Сейчас будут брать только один экземпляр и направлять в Мытищи. Я надеюсь, это правда, — написала Юлия Якимова.

От общения с прессой девушка также отказалась.

Кстати, до этого сообщалось, что в Климовской инфекционной больнице № 2, куда, по всей видимости, в первую очередь попала Юлия, целый этаж был занят гражданами Китая с подозрением на COVID-19.

Сергей Лантюхов/NEWS.ru

Житель Финляндии Алексей Одиноков на своей странице во «ВКонтакте» пересказал историю женщины, которая также вернулась из Италии и попала на принудительный карантин, когда по собственной воле решила сдать анализы из-за небольшого повышения температуры. Ей предложили проехать в больницу, чтобы подождать результатов анализов, которые будут готовы через четыре часа. Осталась она там на две недели, в ответ на попытки покинуть учреждение сотрудники грозят уголовной ответственностью.

Прошло пять дней, а результаты анализов мне до сих пор не сказали, на вопросы докторам ответа я не получаю, каждый день говорят про «завтра» либо говорят, что до сих пор не получили, сейчас выяснят, и исчезают, а на утро выходит новая бригада и всё по новому кругу... По словам одного из докторов, «половина всех, кто на карантине в этой больнице, задаёт вопрос про анализы». Для меня очень странно, что результаты не сообщаются вовремя, так как мне кажется, это один из самых важных пунктов, чтобы выстраивать дальнейшее взаимодействие с пациентом, — передаёт автор поста слова женщины.

При этом на просьбу корреспондента NEWS.ru связать его с источником этой информации Одиноков, ничего не отвечая, добавил его аккаунт в чёрный список.

Карантин с человеческим лицом

Главврач медцентра «Новомосковский» Денис Проценко отказался обсуждать претензии пациентов с корреспондентом NEWS.ru и порекомендовал обратиться в пресс-службу департамента здравоохранения Москвы. Там не стали давать пояснения без официального запроса, для ответа на который по закону отведено семь рабочих дней.

Денис ПроценкоДенис ПроценкоСергей Ведяшкин/АГН «Москва»

Доктор медицинских наук Наталья Эйсмонт в разговоре с NEWS.ru оценила информацию, поступающую от пациентов, об условиях в клинике в Коммунарке, а также поделилась своими соображениями о том, как оптимально организовать такие стационары.

На мой взгляд, целесообразно выделение отдельного приёмного покоя для больных, контактных и подозрительных и для уже болеющих коронавирусом. Для того, чтобы потоки пациентов с коронавирусом и пациентов с другими инфекциями не пересекались. В этом приёмном покое прибывшие должны проводить не более 30 минут. Для этого нужно увеличить количество врачей в приёмных боксах этого отделения. Если человек находится в приёмном покое более 30 минут, риск заражения увеличивается. И потоки прибывающих пациентов в приёмном покое надо распределять, ведь там есть и больные коронавирусом, и контактные — это те, кто хорошо себя чувствует. Тяжёлых больных нужно принимать в первоочередном порядке. На входе в приёмный покой сразу необходимо выдавать маску, которая действует два часа или до первого опускания с лица. Если снятие произошло — выдавать новою, а эту утилизировать в специальный контейнер, который потом тоже специальным образом утилизируется.

Также в приёмном покое необходимо предусмотреть сидячие места для ожидания. Если человек болен, у него интоксикация, конечно, на ногах ему стоять тяжело. Также необходимо поставить кулеры с водой и одноразовой посудой, чтобы пациенты в приёмном покое могли принимать жидкость. И, конечно, обработка помещения приёмного покоя специальными облучателями, которые уничтожают вирусы.

У пациента при поступлении берутся анализы, и если он себя плохо чувствует, ему назначается лечение. В данном случае у девушки было удушье (у Наталии Андреевой. — NEWS.ru), и нужно было назначить сразу симптоматическое лечение. Это мог сделать и инфекционист, и терапевт, и пульмонолог.

Конечно, нехорошо помещать в один бокс пациентов с установленным диагнозом коронавируса и контактного пациента, у кого первый анализ пришёл отрицательный. Это категорически нельзя делать, поэтому надо сортировать. Нормальный вариант — это когда двое контактных с отрицательным первым анализом могут быть под наблюдением в течение семи дней вдвоём.

Наталья Эйсмонт

доктор медицинских наук, врач-фтизиатр

Эйсмонт добавила, что в каждой палате должны быть установлены специальные облучатели, которые убивают вирусы и могут работать в присутствии людей. При этом она напомнила, что в Китае для пациентов вообще не делали боксов — они лежали в большом количестве в огромных залах. Это было сделано для того, чтобы врачам легче было наблюдать за больными и не пропустить момент ухудшения состояния здоровья.

В подготовке материала также участвовала Марина Ягодкина.

Добавьте наши новости в избранные источники