Как стало известно News.ru, правление Союза биатлонистов России (СБР) подготовило проект реформы тренерского совета, которым недовольны представители некоторых регионов, но действенных рычагов против власти у них сейчас нет.


Драчёв решил узурпировать всю власть, отстранить выбранного председателя тренерского совета Максима Кугаевского и сделать должность назначаемой, а не выбираемой. Кроме того, представители ведущих регионов теперь вместо двух мест в совете будут иметь по одному. Это просто цирк какой-то, — не скрывал возмущения источник News.ru в СБР.

Ситуация понятная и ожидаемая. В разгар сезона председатель тренерского совета Максим Кугаевский пошёл на открытый конфликт с руководителем СБР Владимиром Драчёвым, которого он прошлой осенью победил на выборах с преимуществом в один голос. Кугаевский не стеснялся в выражениях, критикуя работу тренерского штаба, организационные пробелы руководства команды, а в ответ ему не давали аккредитации на этапы Кубка мира и обвиняли в неадекватности. Кто прав, а кто виноват, нельзя сказать однозначно, но такая ситуация шла во вред всему нашему биатлону, ведь и без этой публичной свары проблем в сезоне хватало.

Естественно, что в конце сезона должны были проследовать оргвыводы, и правление решило реформировать тренерский совет (который в биатлонном хозяйстве можно сравнить с парламентом), в том числе чтобы устранить главного оппозиционера Кугаевского («спикера парламента»), а заодно и ограничить полномочия органа, который в последние годы действительно вносил мало конструктивных предложений. За разъяснением ситуации мы обратились к первому вице-президенту СБР Алексею Нуждову.

Владимир ДрачевВладимир ДрачевСергей Булкин/News.ru

Действительно правлением СБР внесены изменения, в том числе в положение о тренерском совете. Действительно должность председателя тренерского совета будет не выборной, а назначаемой правлением по представлению президента. Также у президента и правления будет право как назначать, так и снимать с должности это лицо. Однако решение о снятии конкретно Максима Кугаевского и назначении другого председателя не принималось. Было и ещё одно изменение. Ранее ведущие регионы имели право делегировать по два человека на тренерский совет, но на заседании правления никто не смог дать определение, какой регион считать ведущим. С учётом размытости формулировки решено оставить демократическое право каждого региона делегировать на тренерский совет по одному представителю. Иначе дело попахивало бы неравноправием, — пояснил Нуждов News.ru.

Логика в словах вице-президента есть, однако сразу возникает здравый вопрос. Как можно давать одинаковые права и одинаковое число голосов регионам, где биатлоном занимаются один–два спортсмена и таким мощным центрам, как ХМАО и Тюменская область, которые поставляют в сборную каждый сезон по несколько воспитанников?

Касательно выборности или назначаемости председателя тренерского совета, то история знала много разных подходов к этому вопросу и нынешнее новое — это хорошо забытое старое. Своим мнением о нововведениях мы попросили поделиться многолетнего председателя тренерского совета Владимира Барнашова, который занимал этот пост в 2010–2018 годах.

Я считаю, что сокращать состав не было необходимости, поскольку десять ведущих регионов должны были иметь большее представительство, чем все остальные, поскольку их основная задача — поставка спортсменов в сборную команду и развитие биатлона. Что касается назначения или выборности, то ещё во времена Михаила Прохорова это была назначаемая президентом федерации на один год должность. Михаил Дмитриевич назначал меня четыре года подряд. С приходом Александра Кравцова эта должность стала выборной. И та, и другая модели имеют право на существование, — рассказал Барнашов.

Сам председатель тренерского совета Максим Кугаевский, находящийся на севере Тюменской области, от комментариев отказался.

За кресло я не держусь, — ответил он короткой репликой.

По сути это означает победу руководства над оппозицией и укрепление власти президента СБР Владимира Драчёва, который за год обжился в должности и от прозрачности и демократии переходит к принятию конкретных реформ. Имеет на это безусловное право, но при этом берёт на себя и дополнительную ответственность главным образом за результат на Олимпиаде, до которой осталось уже меньше трёх лет.