19 октября пьяный мужчина ударил ножом сотрудника столичной полиции в переходе станции метро «Савёловская». Пострадавшего старшего сержанта госпитализировали с ранением в грудь. Нападавшего моментально задержали. Им оказался мужчина 1991 года рождения.


Насколько можно судить, жизнь пострадавшего сотрудника полиции вне опасности. Другому силовику из Москвы повезло меньше: офицер Следственного комитета РФ полковник юстиции Владислав Капустин 1 октября был атакован гражданином с ножом и скончался в реанимации. Его убийца — петербуржец Сергей Григорьев — был арестован Басманным судом Москвы на два месяца. Во время заседания он говорил о проблемах с правоохранителями — якобы они не принимали его заявления. При этом известно, что в 2016 году Григорьев был госпитализирован в психоневрологическую больницу имени П. Кащенко в Петербурге, откуда выписался через год.

По мнению ряда наблюдателей, случаи нападения на сотрудников правоохранительных органов в последнее время участились. Так или иначе, эти инциденты происходят достаточно регулярно. Так, в сентябре один сотрудник полиции погиб, ещё один получил тяжёлые ранения в результате перестрелки на станции метро «Рязанский проспект». Правда, здесь речь о внутреннем конфликте — оперативники хотели задержать сотрудника безопасности метрополитена Алексея Смирнова по подозрению в получении взятки, но он оказал сопротивление и начал стрелять. В феврале другой сотрудник МВД пострадал уже от обычных граждан. Как сообщали в столичном главке, правоохранитель возвращался со службы домой, по дороге он сделал замечание нетрезвой компании, и несколько человек в ответ нанесли полицейскому ранения, в том числе одно ножевое. Нападавшие скрылись, сотрудника МВД доставили в больницу.

Сотрудник МВД Алексей Смирнов, обвиняемый в убийстве и тяжёлом ранении сотрудников полиции на станции метро «Рязанский проспект»Сотрудник МВД Алексей Смирнов, обвиняемый в убийстве и тяжёлом ранении сотрудников полиции на станции метро «Рязанский проспект»Александр Щербак/ТАСС

Автор проекта «Омбудсмен полиции» Владимир Воронцов поделился с News.ru мнением, что тренд на нападение на полицейских есть, но он появился не недавно.

Началось со знаменитой фразы «Нургалиев разрешил», когда он (экс-глава МВД Рашид Нургалиев. — News.ru) фактически разрешил бить полицейских, и был всплеск дел по 318-й статье, и эти случаи сопровождались выкрикиванием: «Нургалиев разрешил». По 318-й статье суды, как правило, если нет политического подтекста, дают мягкие приговоры. Часто ограничиваются подпиской о невыезде. То есть человек ударил полицейского, гуляет на свободе и, кроме как клейма судимости за то, что он ударил полицейского, никак не наказан, — утверждает Воронцов.

Эксперт видит проблему в отсутствии неизбежности наказания.

Было бы так, что за нападение на полицейского обязательно получали бы срок, и каждый гражданин заранее понимал риски, что он обязательно окажется за решёткой, — это бы ситуацию изменило. Что такое преступление? В Уголовном кодексе сказано, что это виновно совершённое деяние, запрещённое кодексом, под угрозой наказания. Угроза и должна быть. А если это угроза наказания мнимая, то человека это не страшит, — объясняет Воронцов.

Нельзя не отметить, что в последнее время критика сотрудников правоохранительных органов участилась в связи с такими историями, как задержание журналиста Ивана Голунова, насилие в отношении участников несанкционированных митингов в Москве, и сроками фигурантов «московского дела» за «тронутого омоновца» или брошенный пластиковый стаканчик. По мнению автора проекта «Омбудсмен полиции», в этом также кроется часть проблемы.

Иван ГолуновИван ГолуновАндрей Никеричев/АГН «Москва»

В любой цивилизованной стране должна быть адекватная защита полицейских — людей, которые охраняют конституционный строй. В России она неадекватная. Когда политического подтекста нет, реакция на насилие над полицейским крайне слабая. Когда этот подтекст есть, реакция крайне суровая. Впадаем из крайности в крайность, — говорит Воронцов.

Тем не менее проблема защиты от неправомерных действий силовиков в России актуальна.

Что касается необходимости иногда обороняться от сотрудников, которые совершают незаконные действия, то мы тут возвращаемся опять к истории с фразой Рашида Нургалиева. Ведь тогда он отвечал на вопрос о том, что делать в ситуации, когда, как это было у метро «Кузьминки», три пьяных милиционера забили палками до смерти мигранта. Нургалиев глупо, с учётом занимаемого им поста, ответил, что, «если происходит нападение, должна быть защита». Тогда его раскритиковали многие юристы, в том числе адвокаты. Ведь ситуации бывают разные. Бывает, что полицейские действуют строго в рамках закона, но гражданин убеждён в обратном, противодействует им и усугубляет своё положение. Сейчас положения закона «О полиции» достаточно либеральны, и, наверное, это хорошо. Согласно им, полицейский перед применением силы обязан сообщить, что он полицейский, выдвинуть законное требование и предоставить возможность их выполнить. Делать по-другому сотрудник имеет право, только если промедление приведёт к тяжким последствиям, когда, например, на кону жизнь заложника, — объясняет Воронцов.

Эксперт также предлагает своё видение решения проблемы.

Выдать единый рецепт невозможно, но, чтобы повысить объективность, уменьшить возможности давления на свидетелей, я, как руководитель проекта «Омбудсмен полиции», постоянно выступаю за повсеместное использование видеорегистратора. Если камера будет висеть на полицейском, это будет, во-первых, его дисциплинировать, а во-вторых, в случае чего защищать от клеветы и оговора, — говорит Воронцов.

Соответствующая программа действует в США с 2015 года. Нательные камеры инициировала генеральный прокурор США Лоретта Линч после волнений в Фергюсоне, где в августе 2014 года полицейский при попытке ареста застрелил юношу. Сейчас программу в той или иной форме одобрили в 23 штатах и в федеральном округе Колумбия. В ряде штатов предусмотрен и доступ общественности к записям.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен