Ума Аскерханова из Махачкалы с позывным Сестренка основала волонтерское движение в родном Дагестане и сплотила тысячи людей с целью помочь специальной военной операции. Как россиянка ездит к бойцам в Донбасс, кто еще поддерживает их и почему она разочарована в Пугачевой — в интервью NEWS.ru.
Почему Дагестан поддержал СВО
— В феврале 2022 года началась СВО. Для кого-то в нашей стране это стало неожиданностью. Но я, например, более 20 лет работала в структуре МВД Дагестана. Я юрист, майор запаса, курировала службу участковых инспекторов в республике.
С 1990-х годов СВО и контртеррористические операции (КТО) проводились на Северном Кавказе чуть ли не еженедельно. Мы боролись с террористическими группировками, боевики которых нападали и на мирных жителей, и на сотрудников правоохранительных органов.
Приходила на работу и наблюдала на стенде в учреждении все новые фотографии наших коллег и друзей, перевязанные траурной лентой. Каждый раз это отзывалось огромной болью. Как будто вырвали кусок сердца.
Огромной трагедией стала и гибель Магомеда Нурбагандова. Это известная история. Магомед был полицейским, его захватили боевики в июле 2016 года. Требовали записать видеообращение к коллегам, призвав сдаться бандитам, сложить оружие. Он отказался. Произнес фразу, которая стала одним из лозунгов нашего времени: «Работайте, братья!» И его убили.
Я уверена, что, будь Магомед жив, одним из первых поехал бы участвовать в СВО в Донбасс. Как и другие мои земляки. 11 уроженцев Дагестана к настоящему времени стали Героями России, мы ими гордимся.
С марта 2022 года я возглавила волонтерское движение в нашей республике. Это мой фронт, на котором сейчас служу. И я понимаю, что армия России борется на Украине с мировым терроризмом.

«Была пыточная ВСУ, все стены залиты кровью»
— Первая моя поездка была в Мариуполь, в марте 2022-го, сразу после освобождения города российской армией. Мы в республике собрали тогда фуру с вещами и продуктами. Выезжали из Махачкалы от офиса нашей организации — Общественного совета «Солидарность и Свобода».
Мариуполь встретил черными от взрывов многоэтажками, пустыми глазницами окон, разрывом снарядов… Еще продолжались бои. Местные жители выходили из подвалов, где просидели перед этим несколько недель под грохот взрывов с улицы. Испачканные, напуганные. В том числе дети и старики… Очень больно было наблюдать.
Историй много наберется почти за три года моих поездок в Донбасс. Лисичанский район, поселок Новодружевка. Тоже недавно, на тот момент, освобожденный ВС РФ. 2022 год, апрель. В домах ни света, ни воды. Я и еще трое наших ребят-волонтеров пригнали снова фуру с гуманитаркой.
Как раз в те дни ВСУ начали особенно крепко обстреливать трассу. Мощнейшие прилеты, без единого шанса выбраться живыми. И нам четыре дня пришлось провести в одном из подвалов. Местные жители тоже там сидели, около 30 бабушек и дедушек. Российские военные их кормили.
Поразила местная полуразрушенная школа. Часть стен и пол одного из кабинетов были буквально красно-бордовыми. Сопровождавшие меня ребята-военные сообщили, что здесь располагалась пыточная ВСУ. Пытали пленных солдат и мирных жителей. Эта страшная картина до сих пор стоит у меня перед глазами — кабинет, залитый кровью.
И мы видим, как ВС РФ относятся к украинским пленным: кормят их и лечат… Как говорится, две большие разницы.

Как волонтер Сестренка чуть не попала в плен
— Однажды я и сама чуть не оказалась в плену. Мы поехали группой на уазике через Донецк и отправились дальше. Дороги вокруг взорванные, темнота — хоть глаз выколи. Вдруг впереди вырос КПП — командно-пропускной пункт. Из него выбежали люди в форме и начали стрелять по нам.
Наш водитель буквально чудом развернул авто и дал по газам. Мы помчались в обратном направлении, вслед продолжали стрелять. За эти мгновения у меня вся жизнь промелькнула перед глазами. Я стала читать молитвы. Примерно через полчаса въехали обратно в Донецк. Все молчали, понимая, что возвращение могло и не состояться… Доводилось бывать и под обстрелами, и дроны над машиной летали.
Переживаю, когда это происходит по пути на фронт. Ведь если снаряды попадут по машине, то груз не будет доставлен по назначению. А люди ждут. Я не могу их подвести…
Наша волонтерская команда одной из первых приехала в освобожденный Артемовск: привезли помощь военным. Жителей там не было, это город-призрак.
Один из знакомых бойцов позвонил мне накануне и сообщил, что заказали сувенирную медаль для меня с надписью «Лучшая сестра на свете». Они же меня Сестренкой прозвали, это мой позывной. Приехав на первую линию, узнала, что этот боец погиб. Его боевой товарищ передал мне медаль.

Кто помогает бойцам СВО
— Иногда волонтеры из других городов спрашивают: «А вы помогаете только дагестанским военным?» Конечно, нет. У нас ведь нет дагестанской армии. Есть российская. И все военные — наши братья, невзирая на религию и национальность. И русский, и кабардинец, и чеченец, и бурят — все наши. Работают слаженно и дружно. И братская сила помогает действительно сегодня идти вперед.
Заезжаешь на линию фронта и наблюдаешь, что сегодня освободили одну деревню, другую… Это огромная радость и осознание, что ВС РФ — лучшие.
Настроение у ребят боевое. Даже у мальчишек двадцатилетних. Обещают: «Вернемся с победой!» И я, конечно, до победного обещаю быть рядом и помогать.
Мощь России: во все времена народ и армия едины и непобедимы. И движение волонтеров по всей стране сегодня это доказывает.
На наши волонтерские склады в Махачкале люди везут посылки со всех уголков республики. Участвуют и стар и млад. И разного статуса люди. И таксист, и бабушка, и мэр города, и судья, и педагог, и домохозяйка… Объединились под девизом «Народ и армия едины, вместе мы непобедимы». Кто-то сети плетет, кто-то готовит вкусности.
Звонят: «Я банки закатала, принесу», «А я хинкали приготовила», «А я носочки купила», «А я заказала балаклавы для ребят». Женщина без ноги на костылях дошла, принесла упаковку лекарств: «Передайте мальчикам на фронт».
Пять тонн капусты выделил один из районов, это целый КамАЗ. Куда столько, что с ней делать? Решили: а давайте квасить капусту. И мы неделю ее квасили. На 23 Февраля в прошлом году повезли прямо в лес. ВСУ стреляют, а мы капусту бойцам раздаем. Ребята потом благодарили: вкуснейшая, домашняя!
Даже те люди, о которых я думала, что они ждуны и молчуны, приходят добровольно и начинают помогать. Уже хотят даже ездить с нами на фронт, настолько прониклись общей идеей.
Военные, когда приезжаю, шутят: «Сестричка, нам неважно, что вы привезете. Важно, что вы приезжаете. Как будто наши родные нас навестили. Это нас вдохновляет идти и дальше вперед».
Недавно мы подсчитали, что за три года СВО доставили на передовую почти 350 тонн помощи. Я же не одна это сделала. Мы все вместе, нас много. Все люди трудятся во имя победы.

Почему волонтер Сестренка осуждает уехавших Пугачеву и Галкина
— Меня, как представителя народа, возмущает позиция деятелей культуры, покинувших Россию после начала СВО. Пугачева, Галкин (внесен Минюстом РФ в список иноагентов), Макаревич (внесен Минюстом РФ в список иноагентов) и остальные им подобные. Они ведь жили в РФ, таланты их открылись здесь. Мы, россияне, им аплодировали, покупали билеты на концерты. А они в трудный для страны момент сбежали. Хотя должны были, я считаю, встать в строй с простым народом.
Необязательно брать в руки оружие. Но ты хотя бы банку варенья можешь закрутить для бабушки из Донбасса, чья жизнь не сахар?! Это ведь наши люди. Но оказалось, что «не ваши». Я осуждаю каждого сбежавшего.
Один из главных врагов для меня — Владимир Зеленский. Я его как серьезную личность никогда не воспринимала. Одним словом, клоун. Как кукла-марионетка, которым управляют с помощью невидимых нитей.
Не пожелаю ему мягкой участи. Наоборот, считаю, наказание должно быть максимально жестким и прилюдным. В первую очередь должен быть наказан за украинских людей, которых продолжает отправлять на смерть.
Читайте также:
В ГД заговорили о сроках окончания СВО на фоне переговоров Трампа и Путина
Стало известно о безутешном состоянии Зеленского из-за планов США
«Оказались в лагере Сатаны»: в Госдуме высказались об иноагентах
«Свои же пристрелят»: в батальоне «Сомали» предрекли будущее Зеленского
«Мы все знаем, что они творят»: Гагин о химоружии ВСУ, Зеленском и СВО