16+

«Дальше - хуже»: зафиксировано рекордное за 16 лет падение прибылей бизнеса

Финансовые результаты падали за «коронавесну» до минус 3260%
17:30, 12 августа 2020 152
Фото: Nikolay Gyngazov/Global Look Press

Прибыль российских компаний за три весенних месяца 2020 года снизилась в годовом исчислении на 67%. Финансовые показатели бизнеса ухудшились в 58 регионах, с убытком в марте — мае вышли предприятия в 16 регионах — его величина составила 199 млрд рублей. Лидерами по чистому убытку оказались компании Москвы, Коми и Ямало-Ненецкого автономного округа. Экономические аналитики называют такое падение сильнейшим для весенних месяцев впервые за 16 лет. Об этом свидетельствует отчёт международной аудиторско-консалтинговой сети FinExpertiza, который имеется в распоряжении NEWS.ru. Опрошенные эксперты полагают при этом, что сокращение прибылей было вполне ожидаемым и «дальше будет только хуже». И объясняют, почему так.


Для понимания, «валовая» прибыль российского бизнеса за нынешнюю високосную весну, по данным FinExpertiza, составила 1,4 трлн рублей: свыше трети компаний вошли в убыток в размере 1,65 трлн рублей, а оставшиеся получили прибыль в размере 3,05 трлн рублей.

Бизнес понёс катастрофический ущерб во время пандемии коронавируса. В коронакризис пострадали как крупные компании из нефтегазового сектора и тяжёлой промышленности, так и предприятия от мала до велика — из отраслей, ориентированных на массовый спрос. Восстановление внутреннего потребительского спроса со стороны российского населения на фоне провалившихся доходов также будет крайне медленным. Это означает, что российская экономика, бизнес и население будут ещё долго преодолевать последствия коронавируса, — сетует президент FinExpertiza Елена Трубникова.

Бизнес в Москве, согласно новым аналитическим данным, понёс убыток в размере 85 млрд рублей (финансовый результат столичного бизнеса ухудшился на 107%), в Ямало-Ненецком автономном округе этот показатель составил 51,2 млрд рублей, а в Республике Коми — 19 млрд рублей. Картину антирейтинга также «написали маслом» Амурская область, Ненецкий автономный округ, Томская область, Чечня, Дагестан, Северная Осетия и Крым. При этом самый большой рост убытков показали Ингушетия (убыток местного бизнеса составил 3260% по сравнению с показателем годом ранее), Чечня (минус 984%), Ненецкий автономный округ (минус 324%), Амурская область (минус 323%), Крым (минус 315%).

В большинстве «убыточных регионов» финансовый результат предприятий существенно ухудшился по сравнению с весной 2019 года. Хотя исключение составили лишь два региона, Дагестан и Кабардино-Балкария, бизнес которых чудом улучшил показатели на 70% и 11% соответственно, однако такого роста было недостаточно для выхода в плюс, уточнили аналитики.

Finexpertiza

Улучшились же финансовые показатели только в 27 субъектах. Наибольший относительный рост прибыли показал бизнес Республики Алтай (+574%), выигравший от начавшегося наплыва туристов на фоне закрытых границ, предприятия Белгородской области (+237%), Мордовии (+108%), Мурманской области (+100%), Бурятии (+80%), Смоленской области (+76%), Кировской области (+74%), Нижегородской области (+69%) и Орловской области (+61%).

Как разъясняют независимые аналитики, увы, но от коронавирусных ограничений и затруднений пострадали практически все отрасли. Правда нашлись и «везунчики». Этой весной нарастить прибыль (на 8,3%) смогли лишь предприятия сферы сельского, лесного хозяйства и рыбоводства. На втором месте среди наименее пострадавших отраслей — арендный бизнес (его прибыль соскочила на 26,5%), далее следуют образовательная сфера (−30,5%), обеспечение электроэнергией, газом и паром (−31,2%), административная деятельность (аренда и лизинг, обслуживание зданий и территорий, охрана, хозяйственное обеспечение предприятий и прочие вспомогательные услуги для бизнеса; −32,2%).

Самый же серьезный удар пришёлся на гостиничный бизнес и сферу общественного питания (падение прибыли сразу на 1080% по сравнению с прошлогодней весной, или 45,5 млрд рублей убытка), здравоохранение (−248%), сферу культуры, спорта и развлечений (−140%), профессиональную, научную и техническую деятельность (речь идет о консультантах, аналитиках, бухгалтерах, юристах, исследователях, инженерах и прочих высококвалифицированных специалистах; −94%), торговлю (−88%). Крупнейшая по оборотам отрасль добычи полезных ископаемых сократила прибыль на 67%, а обрабатывающая промышленность недосчиталась 61% прошлогодней прибыли.

И всё же, по подсчетам FinExpertiza, главным генератором убытков за март — май 2020 года стала оптовая торговля природным газом из-за снижения цен на голубое топливо и падения спроса со стороны Европы (убыток в этом секторе составил 231 млрд руб.).

Между тем сокращение прибыли бизнеса в России за март — май 2020 года было вполне ожидаемым. Так считает доцент кафедры предпринимательства и логистики РЭУ им. Г. В. Плеханова Игорь Строганов.

Абсолютно все предсказывали падение в результате карантинных мер, эксперты расходились лишь в «желаемом» объёме этих потерь. Большинство предсказывало вообще катастрофические последствия для российского бизнеса, с полным закрытием отрасли общественного питания, торговли, образования и развлечений. В реальности же, если верить отчёту FinExpertiza, по результатам этого периода в убыток ушли лишь гостиницы, общественное питание, здравоохранение и развлечения и, в качестве основного генератора убытков — оптовая торговля природным газом. Именно вышеупомянутые отрасли наиболее сильно пострадали в результате ограничительных мер, и здесь совершенно очевидно, почему так случилось.

Игорь Строганов

доцент кафедры предпринимательства и логистики РЭУ им. Г. В. Плеханова

Ясно, что туризм «закончился» сразу, а значит — гостиницы оказались не нужны ни для иностранцев, ни для граждан России, рестораны закрылись, здравоохранение массово перевели на работу с ковидными больными, ну а развлечения массово ушли в онлайн. Почему просел газ, тоже понятно: промышленность в Европе и в Китае, основных потребителях газа, встала, а значит объёмы требуемых поставок углеводородов сократились.

Основным «драйвером» убытков отраслей, конечно, следует считать режим самоизоляции, хотя, по суждению Строганова, вряд ли стоит забывать, что весь мир сейчас входит в фазу весьма крупного экономического кризиса.

И COVID-19 здесь — лишь «бои местного значения», эпизод. Мы привыкли, что экономика всегда должна показывать рост, что квартал от квартала бизнес показывает цифры роста прибыли, а значит демонстрирует свою привлекательность для инвесторов. Проблема здесь в том, что трясёт всю мировую экономику, а в кризис положительные цифры роста могут и не быть достижимы. Хорошо, если бизнес будет показывать некое стабильное «плато» результатов, хотя в реальности, основным трендом для отраслей не связанных с жизненно важными товарами, будет, скорее всего, постепенное падение цифр продаж и, соответственно, прибылей.

Сергей Лантюхов/NEWS.ru

Посмотрите, продолжает экономист из РЭУ, на результаты и действия крупнейших мировых компаний за второй квартал 2020 года. Большинство, во-первых, сбрасывают непрофильные активы, фиксируют убытки, максимально сокращают расходы, то ест, готовятся к очень непростым временам. Российскому бизнесу, так как он точно также связан с мировым, надо готовиться к этому же самому, предупреждает Игорь Строганов.

При этом надо не жаловаться на правительство и требовать поддержки, а оптимизировать процессы и работать с клиентами и помнить одну очень важную вещь — «сытых и тёплых» времён уже не будет. Дальше будет только хуже, — сказал эксперт.

Однако есть и другой взгляд на представленные результаты. По мнению доцента НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге Екатерины Александровой, во-первых, «не очень понятен источник данных, да и не всегда так просто определить, к какой отрасли относится то или иное предприятие или организация». У многих предприятий по несколько ОКВЭДов, поэтому однозначно и безоговорочно верить во все приведённые цифры эксперт не советует. Во-вторых, продолжает она, надо понимать, что в представленном отчёте «перемешаны» все предприятия (крупные, средние, малые; с государственным участием и без; добывающие, перерабатывающие и прочие). Поэтому агрегированная статистика хоть и интересна, но слабо годится для каких-либо прогнозов, подчёркивает специалист.

Убыток трети размером в 1,65 триллионов рублей — это недополученные налоги на прибыль. Если бы были доступны результаты экономико-математического моделирования российской экономики в режиме крэш-тестирования, то заранее можно было бы принять адекватные меры. При этом если же обратиться к анализу пострадавших отраслей, то, кроме уже понятного набора гостиничного и ресторанного бизнеса, торговли и услуг, в аутсайдеры попали ранее очень успешные нефтегазовые компании, которые после полученных годовых премий за удачный 2019 год получают отрицательный финансовый результат вследствие резкого изменения конъюнктуры нефтегазового рынка.

Виктор Солнцев

доцент кафедры корпоративного управления Высшей школы корпоративного управления (ВШКУ) РАНХиГС

Если в этих бюджетообразующих отраслях будет наблюдаться стагнация или депрессия, то это может грозить дефицитом госбюджета, предупредил эксперт РАНХиГС.

В полку «лишних» прибыло

Верны или неверны выводы — не столь важно, ведь в любом случае убытки компаний откровенно бьют по самому больному — по трудоустройству и доходам обычных россиян. Поэтому ещё одной пострадавшей стороной сейчас может быть именно занятость, так как при сокращении расходов, первыми бизнес сокращает рядовых социально незащищённых сотрудников. И если в карантин сделать это мешали меры государственной поддержки, которые прямо требовали максимального сохранения коллектива, если предприятие хотело получить какие-то деньги от правительства РФ, то в посткарантинное время практически ничего не помешает компаниям увольнять «лишних» людей.

Вот почему здесь нужна очень грамотная работа государства с бизнесом для максимального сохранения кадров, а значит, социального равновесия в обществе ну и создание крупных инфраструктурных проектов, требующих рабочих рук, естественно, не мигрантов, а коренного населения России, — призывает экономист из РЭУ имени Плеханова.

Сергей Лантюхов/NEWS.ru

Ведь традиционно принято считать, что макрошоки перевариваются экономикой за счёт рынка труда. Поэтому в реальности может происходить следующее: при сжатии спроса на производимую продукцию или услуги предприятия и организации должны «высвобождать» низкопроизводительную рабочую силу, которая перераспределяется по другим секторам, где спрос на них потенциально может быть сохранён.

Такое перераспределение может даже способствовать росту производительности труда, лучшему мэтчингу между работниками и работодателями. Но это в идеале. Особенностью же нашего российского рынка труда является гибкость заработных плат, жёсткое трудовое законодательство, вторичная занятость. Гибкая зарплата позволит сохранить столько работников, сколько работодатели сочтут необходимым или возможным. Жёсткое трудовое законодательство «не позволит» сократить много. А высокий уровень вторичной занятости позволит найти альтернативу ряду работников, — считает Екатерина Александрова.

Численность безработных граждан, зарегистрированных в органах службы занятости, по состоянию на 12 августа составляет 3,39 млн человек, сообщили NEWS.ru в Минтруде. Больше всего сотрудников под риском увольнения в период карантинных мер отмечается в сфере торговли и бытового обслуживания, общественного питания, сфере административной и обеспечивающей работы, в сфере услуг, транспортной и строительной отраслей. По мере снятия ограничений риск увольнения и в этих отраслях снижается, а найм по этим направлениям постепенно возрастает, успокаивают в ведомстве.

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен

Загрузка...
Новости СМИ2