На проходящем с 3 по 6 июня в Москве фестивале «Красная площадь» научный директор Российского военно-исторического общества (РВИО), заведующий Центром истории войн и геополитики Института всеобщей истории РАН, профессор МГИМО Михаил Мягков презентовал книгу «Ответный удар Москвы. 1941–1942. Битва, изменившая мир». Историк рассказал, какой момент стал переломным в Великой Отечественной войне, и провёл параллели между немецкими нацистами 1930–1940-х годов и неонацистами на Украине.

«Это было святое поколение»

На встрече с читателями Михаил Мягков напомнил о существующих официальных военных документах, которые были составлены и подписаны немецким командованием ещё до начала Великой Отечественной войны. Согласно им «75% населения РСФСР должно было быть уничтожено или выслано в Сибирь».

Евреев и цыган [было указание] сразу расстреливать. Кто плохо посмотрит — сразу расстреливать. Эти приказы выходили в Германии до начала войны с СССР, — отметил историк.

Мягков напомнил, что на военную операцию по захвату советской столицы немецкий план «Тайфун» отводил менее полугода с момента начала войны 22 июня 1941 года. До первых зимних холодов Москва, по планам немцев, должна была пасть. Американцы, согласно военным документам, отводили на разгром Москвы и падение СССР четыре месяца.

Михаил Мягков Фото: Евгений ЗуевМихаил Мягков

По словам научного директора РВИО, в ходе второго немецкого налёта в июле 1941 года 250-килограммовая бомба попала в Кремлевский дворец, пробила крышу и верхний этаж, но застряла и не взорвалась. Историк подчеркнул, что Москве удалось избежать значительных разрушений благодаря высококачественной, лучшей в мире системе ПВО и отваге советских граждан.

К примеру, в Лондоне пожарные, чтобы не пострадать самим, тушили пожары исключительно после бомбёжки города немцами, уточнил Михаил Мягков. Советские же граждане начинали действовать уже во время бомбёжки. На крыше каждого дома находились дежурные, в том числе мальчишки-школьники. Они ловили кассетные бомбы — «кто щипцами, кто варежками, сразу опускали в бочку с водой или в ящик с песком, чтобы бомбы не успели взорваться в руках».

Мальчишки даже соревнования проводили на скорость, кто быстрее поймает «зажигалку». Не боялись. Вот такие дети были в то время. Святое поколение! — сказал историк.

Какой момент стал переломным в Великой Отечественной войне

Михаил Мягков отметил важность того, как быстро промышленность Москвы была переведена на военные рельсы. Завод компрессоров холодильного оборудования стал выпускать «Катюши», завод по производству губной помады — капсулы для гранат.

Школьные учебники истории называют Сталинградскую битву (с июля 1942 года по февраль 1943-го), завершившуюся победой советских войск, переломом в Великой Отечественной войне. Однако Мягков считает, что перелом произошёл значительно раньше — во время битвы под Москвой (с 30 сентября 1941 года по 20 апреля 1942-го).

Решающим же моментом в самой московской битве, по мнению историка, стал парад и выступление Сталина 7 ноября 1941 года, «речь которого вселила в советских граждан уверенность в нашей победе». Уже в начале 1942 года в столице вновь открылись магазины и рестораны, проходили даже джазовые концерты.

Плакаты висят о концертах! Притом что немцы находились всего в 40–50 км от Москвы! Но это одухотворяло людей: если играют джаз и работают рестораны — значит, мы победим! — добавил научный директор РВИО.

Михаил Мягков напомнил читателям об официальном визите в СССР британского политика Энтони Идена, входившего в военное коалиционное правительство Уинстона Черчилля (с 1940 по 1945 год), в начале 1942 года. По словам историка, тот «был шокирован, когда увидел разбитые колонны немецкой техники под Москвой».

Михаил Мягков Фото: Евгений ЗуевМихаил Мягков

Именно после битвы под Москвой, настаивает Мягков, поднялось антифашистское Движение Сопротивления во Франции, Польше, Голландии и других странах Европы.

До этого (до разгрома немцев под Москвой. — NWES.ru) не было никакого Движения Сопротивления в Европе. А тут европейцы перестали бояться гитлеровцев, поняли, что те никакие не сверхчеловеки, они смертны, вон их трупы валяются в Подмосковье, немецкая техника валяется. И началось Сопротивление в Европе, — отметил историк.

По его мнению, о психологическом надломе фашистов после битвы под Москвой свидетельствуют и письма из так называемого «трофейного фонда». Летом 1941 года, в начале войны, гитлеровцы пишут своим семьям: «Уничтожаем противника и радуемся». Но уже через несколько месяцев настрой становится совсем другим.

В письмах домой немцы удивляются тому, что в СССР проведена индустриализация, а сельское хозяйство и промышленность лучше, чем даже в Германии. Пишут, что «СССР, оказывается, по многим показателям нас превосходит». «Три дня лежим на земле и не можем головы поднять, потому что стреляют советские „Катюши“», — признаются они. У немцев произошёл психологический надлом, — рассказал Михаил Мягков.

Чем похожи нацисты Германии и неонацисты Украины

Историк провел параллели между фашисткой Германией 1930–1940-х годов и неонацистами современной Украины. По мнению Михаила Мягкова, «очень многое похоже».

Донбасская наступательная операция началась сразу после Курской битвы, и немцы в Мариуполе тоже прятались за «живым щитом» — мирными жителями. Прятались в школах и театре — их приходилось выбивать оттуда. Завод «Азовсталь» тоже взрывали. Украинский национализм является практически копией национализма германского. Это и расовое превосходство, и геноцид всех инакомыслящих, — считает учёный.

Михаил Мягков определил нацизм как явление не Германии или Украины, а всей Европы в целом. В качестве подтверждения своей мысли он рассказал о том, что «Индия за 100 лет британского пребывания там превратилась из процветающего государства в страну фактически „третьего мира“ — рухнула вся экономика, десятки миллионов людей погибли от болезней и голода». По мнению профессора МГИМО, «это ведь тоже геноцид и нацизм».

Михаил Мягков Фото: Евгений ЗуевМихаил Мягков

Мягков заявил, что спецоперация России на Украине завершится, когда «нацизм будет выкорчеван». Он напомнил, что на полную денацификацию и демилитаризацию Германии потребовалось около 30 лет, причём «этот процесс включал в себя замену школьного образования и культурного воспитания».

По словам научного директора РВИО, «сейчас наступил момент истины, когда как никогда необходимо единение общества». Мягков назвал Россию «сильнейшей в мире страной» и заверил, что россиянам нечего бояться.

У нас всё есть! Продукты есть свои, оружие. Самая главная ценность — люди. Главное — работать. И нам надо учиться сегодня военной экономике, которая была тогда. И управленцев бы побольше таких, какие были в СССР, — заключил историк.