Известный 57-летний российский художник прилетел в Москву рейсом из Праги. В аэропорту его встречали сыновья — художники Давид Тер-Оганьян и Иван Бражкин.


Скандально известный авангардист родился в Ростове-на-Дону. Учился в местном художественном училище, откуда был отчислен дважды за эстетическую несовместимость. В конце 1980-х основал в Ростове товарищество «Искусство или смерть», а затем перебрался в Москву, где стал знаковой фигурой.

В 1991–1993 годах руководил галереей на Трёхпрудном переулке, в 1995–1998 годах организовал «Школу современного искусства». В 1998 году вместе с учениками школы выпустил фильм «Вон из искусства!». Принимал участие в целом ряде выставочных проектов в РФ и за рубежом.

В 1998 году в отношении художника было возбуждено уголовное дело по 282 статье УК РФ за акцию «Юный безбожник» на выставке «Арт-Манеж». Тер-Оганьян был вынужден уехать из РФ, получив статус политического беженца в Чехии. Жил в Берлине и Праге, где активно коммуницировал с местным художественным сообществом, принимал участие в выставках. В 2013 году в пражской галерее Tranzit Display прошла большая персональная выставка Тер-Оганьяна «Музей русского футуриста».

Работы художника находятся в коллекциях государственной Третьяковской галереи, Русского музея в Санкт-Петербурге, частных собраниях РФ и Европы. После того как уголовное дело в России против него было закрыто, художник начал готовиться к возвращению на родину.

В эксклюзивном интервью News.ru Авдей Тер-Оганьян рассказал о положении современного художника в мире, новом отношении к акции «Юный безбожник» в Манеже. Также авангардист поделился своим видением ситуации в современном искусстве в России.

— Как долетели? Как провожали друзья в Праге?

— Прекрасно долетел, хорошее настроение. Я нахожусь в некотором восторге. Сегодня меня провожала куча народу. Пришли ко мне домой с тортом и проводили в аэропорт. И чехи, и русские. И вообще у меня последняя неделя — сплошь какие-то проводы, тусовки.

— Друзья советовали возвращаться в Россию?

— Очень по-разному. Сейчас такие настроения, что многие говорят: «Ни в коем случае! Это кошмар!» А некоторые говорили: «Приезжай, конечно, давно пора!»

— Как вы оцениваете уровень современных художников из России?

— Мне вообще современная ситуация в искусстве не нравится. Я не буду говорить о Москве, но вообще ситуация в целом очень плохая. В Москве она, как и везде. В целом уровень современных молодых художников очень плохой, это связано с большим кризисом, со многими проблемами, с экономикой и т.д. и в России в том числе. Потому что сегодня трудно быть художником, и требуются деньги. И всё это сказывается на искусстве, на качестве искусства.

— Вы по-прежнему считаете, что акция «Юный безбожник» в Манеже была в тот момент необходима?

— Наверное, если бы я понимал и точно знал, чем это всё кончится, я бы, конечно, отказался. Но, с другой стороны, если говорить о самой акции вне этого безумного скандала, который возник потом, то она хорошая и адекватная вполне. Просто, когда на искусство реагируют подобным способом — уголовным преследованием, это ненормально, я считаю.

— Изменились ли за 20 лет в Европе ваши взгляды на искусство, ваши политические взгляды?

— Конечно, изменились. Время идёт. Я как бы уточняю свои взгляды, становлюсь критичнее. И политические взгляды. Столкнувшись всерьёз с политическими преследованиями, это заставило меня очень серьёзно задуматься. До этого я легкомысленно ко всему относился, довольно поверхностно к политике, и меня всё это не очень интересовало. Меня жизнь столкнула. Я читал, разбирался в истории. Я более определился.

— Чем вы планируете здесь заниматься?

— Я — художник, продолжаю свою нехитрую деятельность. Планирую заниматься искусством, потому что ничего больше я делать не умею. У меня каких-то новых идей в этом смысле нет.