В некотором смысле на Урале столкнулся Екатеринбург со Свердловском. Екатеринбург, некогда купеческий златоглавый, а ныне промышленный центр с новыми буржуа, как в прошлые века, готовыми жертвовать на воссоздание храма Святой Екатерины, которым в своё время так гордился город. И Свердловск, в котором храмы взрывали и который теперь остаётся прибежищем группок фейсбучных протестантов-разрушителей, которые, как и комиссары в пыльных шлемах, склонны скорее крушить до основания, чем созидать.


Для тех, кто Facebook мобилизован и призван, протест — всё, а конечная цель — ничто. Протест ради протеста. Если, конечно, не считать такой целью просто нарушение стабильной жизни в уральской столице. Сейчас они ломают забор, установленный вокруг храмовой стройплощадки, где, кстати, сохранился и фундамент взорванной церкви, якобы защищая сквер перед драматическим театром. А годами раньше во многом те же действующие лица отчаянно и громко боролись с тем же клерикальным проектом на городской площади, вступившись за фонтан, без которого, конечно, городу не быть. Готовы они были и бежать по воде городского озера аки посуху, когда тот же храм предлагали построить на намытом острове.

В течение нескольких лет фактически одни и те же люди встают, подобно зомби, против каждого нового варианта восстановления храма Святой Екатерины. Собираются исключительно для того, чтобы гнать перед собой волну возмущения. Такая в миниатюре местная «цветная революция», выстраиваемая по всем технологическим канонам таких заварушек. Мобилизация через соцсети. Никаких явных лидеров, которых, с одной стороны, нельзя было бы задержать, парализовав протест, а с другой, нельзя и посадить за стол переговоров, потому как в толпе никто себя как реальных лидеров не проявляет. Так что идеолог «оранжевых» Джин Шарп может быть доволен. И на Урале у него есть стойкие последователи. А то, что цель всех их телодвижений мелковата, так и политическая курочка клюёт по зернышку. Зато уже не один год существует очаг напряжённости. А там, как мы знаем, и из искры иногда возгорается пламя.

vk.com/te_ekb

Удивительно, как кадровые протестующие ещё в жёлтые жилеты не обрядились. То ли их не так просто купить на Урале, то ли таинственные имиджмейкеры ещё полностью не выстроили дизайн протеста. Или настоящее финансирование нон-стоп акции не открыли. А так можно было бы счесть себя частью глобального протеста.

Надо сказать, что власти в лице губернатора и сити-менеджера Екатеринбурга несколько упустили время для своего очередного посреднического вмешательства. Что дало повод порассуждать о том, мол, есть ли в городе власть? Да и с народом, дескать, надо уметь говорить, а не травить его слезоточивым газом да руки заламывать. Вот только история вопроса как раз и свидетельствует о том, что власти только и реагировали на протестный запрос и постоянно, как мы видим, меняли предполагаемую дислокацию стройки. Но, как говорил классик, всему же есть границы!

И получается, что собранный по лекалам Шарпа через соцсети скорее либеральный, чем объективный протест постепенно скатывается то ли к средневековому иконоборчеству, то ли к раннему советскому богоборчеству. Притом что в таком большом городе, как Екатеринбург, явно есть проблемы куда более серьёзные и важные, чем локация будущего храма. Однако протест ведь как бы нацелен против двух целей сразу — губернских властей и Русской православной церкви.

А главное, видимо, по мнению теневых закопёрщиков, такие затяжные акции способствуют в целом политизации общества, играя роль школы для активистов. Да и под видом протеста против стройки можно постепенно объединять просто чем-то недовольных, а отнюдь не только озабоченных судьбой скверика. Недаром представители РПЦ уже отметили, что протестующие раскалывают местное общество.

Ведь стоит храмоборцам вновь заявить, что они против вырубки деревьев для стройки, притом что храм займёт только часть сквера у драматического театра, как их противники припомнят, сколькими зелёными насаждениями было пожертвовано ради строительства Ельцин-центра, который ныне рассматривается, как местный либеральный духовный центр. И тогда противостояние может выйти на новый уровень. Как говорится, не приведи Господи!